Русская Православная Церковь

ПРАВОСЛАВНЫЙ АПОЛОГЕТ
Богословский комментарий на некоторые современные
непростые вопросы вероучения.

«Никогда, о человек, то, что относится к Церкви,
не исправляется через компромиссы:
нет ничего среднего между истиной и ложью.»

Свт. Марк Эфесский


Интернет-содружество преподавателей и студентов православных духовных учебных заведений, монашествующих и мирян, ищущих чистоты православной веры.


Карта сайта

Разделы сайта

Православный журнал «Благодатный Огонь»
Церковная-жизнь.рф

От predator до глобальной технологической мутации авторитаризма

 

 

 

От predator до глобальной технологической мутации авторитаризма

Автор: Никодимос Каллинтерис , юрист (магистр публичного права)

Стремительное развитие цифровых технологий радикально изменило возможности осуществления государственной власти, создав новые механизмы сбора информации, слежки и социального контроля. Технологический прогресс, несмотря на его решающий вклад в безопасность и эффективность государственного управления, сопровождается серьезными рисками для индивидуальных свобод и демократического управления.

 

Именно этот аспект подчеркивается в отчете организации Privacy International под названием «Авторитарное использование технологий: глобальный отчет», опубликованном в октябре 2026 года, в котором документируются авторитарные практики использования передовых технологий слежки на глобальном уровне.

Главный вывод исследования вызывает особую тревогу: авторитарное использование технологий не является исключительной чертой нелиберальных режимов, а проявляется также в государствах с устоявшимися демократическими институтами. В докладе вводится понятие «авторитарное использование технологий», описывающее практики, выходящие за рамки единичных случаев незаконного наблюдения и ведущие к системному подрыву верховенства права, ограничению политического участия и нормализации слежки. Ключевым элементом является не только легитимность технологического инструмента, но и цель его использования, его масштабы и реальные последствия для демократического общества.

В исследовании рассматриваются пять основных категорий технологий: биометрическое распознавание лиц (стр. 11–32), анализ данных мобильных телефонов (стр. 33–48), шпионское ПО (стр. 49–70), систематический мониторинг социальных сетей (стр. 71–85) и перехват массовой информации (стр. 86–95). Их общей чертой является способность собирать и сопоставлять чрезвычайно большие объемы информации, что позволяет восстанавливать личные отношения, политические действия и повседневное поведение.

Биометрическое распознавание лиц — яркий пример трансформации общественного пространства в постоянно контролируемую среду. В Бразилии программа Smart Sampa в Сан-Паулу включает около 25 000 камер, охватывающих мегаполис с населением в один миллион человек. В Соединенном Королевстве отмечается расширение использования аналогичных систем полицейскими властями, а на оккупированных палестинских территориях рассматривается возможность их применения для идентификации и контроля передвижения палестинцев. Особую озабоченность вызывает их использование во время политических митингов, как это зафиксировано в Венгрии и России.

Не менее проблематичным является извлечение данных из мобильных телефонов, поскольку это позволяет получить доступ к сообщениям, фотографиям, контактам, геолокации и другой конфиденциальной информации. В докладе освещается использование подобных технологий, в том числе компанией Cellebrite, против журналистов и политических активистов. В Сербии было задокументировано использование инструментов цифровой криминалистики в сочетании со шпионским ПО NoviSpy, а в Соединенном Королевстве в 2022 году суд постановил, что широкомасштабное изъятие и изучение мобильных телефонов просителей убежища было незаконным. Эти случаи показывают, как технологии, разработанные для расследования преступлений, могут быть преобразованы в инструменты для непропорционального вмешательства в частную жизнь.

Особое внимание уделяется продвинутым шпионским программам, таким как Pegasus и Predator, которые позволяют скрытно внедряться в электронные устройства и получать доступ даже к самой личной переписке. В докладе представлены многочисленные случаи слежки за журналистами, оппозиционными деятелями и правозащитниками.

В Польше стало известно, что в период с 2017 по 2022 год программа Pegasus использовалась против 578 человек, а в Египте задокументировано преследование оппозиционного деятеля Ахмеда Эльтантави с помощью программы Predator после того, как он объявил о своем намерении баллотироваться в президенты. Аналогичные случаи зафиксированы в Сальвадоре, Мексике, Судане и странах Персидского залива. Транснациональный аспект цифровых репрессий имеет особое значение, поскольку правительства могут следить за диссидентами даже в зарубежных странах.

Греция также включена в этот европейский контекст (стр. 55), при этом в отчете прямо упоминается скандал со шпионским ПО Predator. Согласно приведенным данным, греческое Управление по защите персональных данных выявило по меньшей мере 87 человек, ставших жертвами попыток взлома их устройств, включая министров, высокопоставленных военных и критиков правительства. Особое значение придается тому факту, что 27 из этих лиц одновременно находились под контрактным наблюдением Национальной разведывательной службы.

Организация Privacy International считает, что это совпадение создает убедительные доказательства координации или общих целей между лицами, причастными к разработке шпионского программного обеспечения, и аппаратом государственной безопасности. В докладе также упоминаются последовавшие за этим отставки и уголовное расследование дела. Таким образом, греческий случай поднимает важные вопросы об эффективности институционального контроля над разведывательными службами, прозрачности и подотчетности.

Другой, но не менее тревожный аспект — мониторинг социальных сетей (SOCMINT). Систематический сбор и алгоритмический анализ онлайн-публикаций позволяет фиксировать политические убеждения, идентифицировать участников протестов и составлять карты социальных сетей. В докладе рассматриваются методы мониторинга социальных сетей заявителей на студенческие визы в США, а также аресты граждан в Турции после протестов против Экрема Имамоглу в 2025 году, которые также были связаны с онлайн-публикациями. Аналогичные практики зафиксированы в Колумбии и Великобритании. Тот факт, что информация находится в открытом доступе, согласно исследованию, не подразумевает безусловной легитимности ее систематической обработки государством.

Наконец, рассматривается массовый перехват сообщений посредством доступа к телекоммуникационным сетям, автоматизированного сбора данных и таких систем, как IMSI-перехватчики. В Венесуэле представлены данные о перехвате сообщений более чем 1,58 миллиона абонентов в 2021 году. В Ливии поставка французской компанией Amesys передовых систем слежки режиму Каддафи стала предметом судебных расследований по подозрению в соучастии в серьезных нарушениях прав человека. Эти случаи также подчеркивают ответственность частных компаний, занимающихся продажей технологий слежки.

С юридической точки зрения, суть проблемы заключается во взаимосвязи между государственной безопасностью и основными правами. Защита частной жизни, свободы выражения мнения и собраний требует, чтобы любое вмешательство имело адекватное правовое основание и подчинялось принципам необходимости и соразмерности.

Организация Privacy International предлагает запретить распознавание лиц в режиме реального времени в общественных местах и ​​массовый перехват сообщений, в то время как в отношении других технологий она требует строгих ограничений, предварительного независимого судебного разрешения, прозрачности, надзора и эффективных правовых средств защиты.

Однако более глубокий вывод исследования выходит за рамки вопроса о законности индивидуального наблюдения. Систематическое наблюдение создает более широкий «эффект запугивания», поскольку знание или даже подозрение в слежке может побудить граждан к самоцензуре, воздержанию от политической деятельности и ограничению публичной критики. Таким образом, технология потенциально становится механизмом превентивной дисциплины общества, не всегда требующим прямых репрессий.

Таким образом, задача современных демократий состоит не в том, чтобы отвергать технологический прогресс, а в том, чтобы фактически подчинить технологический аспект требованиям верховенства права. Ведь когда возможности слежки расширяются быстрее, чем институты, которые их контролируют, сама технология рискует превратиться из средства защиты общества в инструмент ограничения его свободы. И тогда на кону стоит не просто конфиденциальность коммуникаций, но и качество демократии и реальные пределы государственной власти.

Источник: https://aktines.blogspot.com/2026/10/predator.html



Подписка на новости

Последние обновления

События