Иерофей Митрополит  Навпактский и святовласиевский

Мысль и духовность Святых Отцов

Болезнь, врачевание и врачеватель согласно святому Иоанну Лествичнику

Στοχασμός και πνευματικότητα των Πατέρων

Ασθένεια, θεραπεία και θεραπευτής, κατά τον άγιο Ιωάννη τον Σιναΐτη

Μητροπολίτης Ναυπάκτου και Αγίου Βλασίου κ. Ιερόθεος

часть 1

Сегодня очень часто говорят о терапии, лечении людей, поскольку убеждаются в том, что человек, который проводит индивидуалистический образ жизни, отрываясь от общества и будучи вынужден жить в традиции, которая утратила свой социальный характер, где хотя и существует общество сохраняющее личность человека, но оно является больным. И, вполне естественно, когда мы говорим о недуге, болезни, то мы ее понимаем не с точки зрения неврологии и психологии, но как гибель жизни в подлинном смысле этого слова. Именно это то главным образом, преимущественно, и по сути является болезнью.

Православная Церковь лечит пораженную болезнью человеческую личность, а это, несомненно, является и делом Православного богословия. В святоотеческих текстах мы встречаемся с той истиной, что Православное богословие является терапевтической наукой и воспитанием. С одной стороны это потому, что богословами являются только те, которые приобрели личное знание Бога, в откровении. А это означает, что прежде в нем были исцелены божественной благодатью все душевные силы, а во-вторых потому, что те, которые нашли подлинный смысл жизни, истинную цель своего существования, такие в дальнейшем другим людям оказывали помощь следовать по этому пути, пути обожения.

 Пытаясь изучить проблемы человека, мы сможем убедиться в том, что по своей сути они являются богословскими, поскольку человек создан по образу Божию и по подобию Божию. Это означает, что человек создан Богом для того, чтобы сохранять, блюсти связь, связь с Богом, связь с другими людьми и связь со всем творением. Эта связь успешно осуществлялась первозданными людьми непосредственно потому, что они имели Божественную благодать. Однако же, когда заболел внутренний мир человека, когда он утратил свою ориентированность к Богу, когда он утратил Божественную благодать, то тогда прекратила свое существование и эта живая и оживотряющая связь. В результате чего потрясение претерпели все связи с Богом, с другими людьми, творением и с самим собой. Все внутренние и внешние силы были расстроены. Бог перестал быть для человека центром, им стал он сам, но, однако же, он, оторванный от остальных связей, самоизолировался, в результате чего он вознедуговал по сути и в действительности. Поэтому то здоровье, которое было бы следствием, воспринималось как реальная связь, а недуг, болезнь как разрыв этой связи, когда человек, вместо диалога с Богом по сути, диалога с другими людьми, своими ближними и творением, впал в некий трагический монолог.

Для того, чтобы привести какой-то пример, нам следует сначала сказать, что до падения человека его центром был Бог. Его душа питалась Божественной благодатью, а тело получало ее от облагодатствованной души, а эта та действительность, которая отражалась и на твари. В этом смысле человек являлся царем всего творения. Однако грехом это равновесия нарушилось. Душа, поскольку она пала и лишилась питания божественной благодатью, иссушило тело, и, таким образом, появились душевные страсти (эгоизм, гордость, ненависть и т.д.). Тело, поскольку оно перестало питаться от души, впитало в себя вещественную тварность, из-за чего возникли телесные страсти (гортанобесие, жажда, плотские удовольствия и т.д.) В этой перспективе начинает страдать и тварь, и  она испытывает некое насилие, поскольку  вместо того, чтобы воспринять Божественную благодать через чистое созерцание, которое совершается через ум человека, приемлется от человека насилие, поскольку он желает удовлетворить свои страсти. А отсюда возникают и экологические проблемы. У человека после грехопадения наблюдаются совершенно иные отношения с Богом, с человеком, с другими людьми и ближними  и тварью. Это и называется недугом, болезненностью. Итак, терапия, как на нее смотрит Православная Традиция, это обновление  и верное направление отношений в человеке, реконструкция бытия человека, дабы его центром был Бог, чтобы его душа питалась от Бога, а в дальнейшем, чтобы низвести и перенести божественную благодать на тело, а от него дабы благодать излилась бы на все неразумное, бессловесное творение.

Следовательно, проблемы человека это не просто проблемы психологические, социальные и экологические. Но это проблемы непосредственно связанные с его отношениями, связями, всеобщей ответственностью, то есть это проблемы, имеющие онтологический характер. В этих рамках мы и говорим и о болезненности, недуге человека,  и в свете этого мы говорим, что Православная Церковь  не отвергает медицинскую науку, которую в многочисленных случаях она приемлет и использует, но она онтологически смотрит на проблемы человека и старается преподать человеку верный на них взгляд и изначальное онтологическое направление. Исходя из этого, мы можем говорить о духовной психотерапии, о сущностном психосинтезе, а не о психоанализе. В этой перспективе и всякий, кто вроде бы и здоров с точки зрения психиатрии, с точки зрения богословской может быть больным.

В этих рамках вели свою работу и святые Церкви, среди которых находится и прп. Иоанн Синаит, автор широко известной книги, которая называется Лествица, которая получила такое наименование потому, что она указывает на лестницу восхождения человека к Богу. Это восхождение, на самом деле, является фактически осмыслением отношений человека с Богом, с ближними, с творением, и, вполне естественно, с самим собой. Те, которые последуют  этой Лествице должны, по сути, встать в эти рамки.

Личность прп. Иоанна Лествичника

Прп. Иоанн Лествичник жил в районе горы Синай в 6 столетии. В возрасте 16 лет он стал монахом и, безусловно, стал вести строгий аскетическо-исихастский образ жизни. В конце своей земной жизни он стал игуменом священной обители святой Екатерины, но в конечном итоге он возвратился в пустыню, которую он так сильно возлюбил.

Жизнеописатель прп. Иоанна нам дает небольшую информацию о его жизни, но он преимущественно нам описывает то, как он стал вторым Моисеем, который руководил новых Израильтян на пути от земного рабства к земле Обетованной. При вкушении небольшого количества пищи он победил рог спесивого мнения и тщеславия, которые являются весьма тонкими страстями и едва различимыми для  людей, парализованных многими мирскими попечениями. Благодаря безмолвию-исихии, умной и телесной, он потушил пламень пещи плотских вожделений. Благодатью Божией и своим собственным подвигом он освободился от работы идолам. Его душа воскресла от смерти, которая ей угрожала. Благодаря умертвию стремлений и благодаря ощущению невещественного и небесного, он порвал узы печали. Он даже излечился от тщеславия и гордости.

Оказывается, что святой Иоанн Синаит вел великую личную битву, нес огромный подвиг ради достижения духовной свободы, для разрешения от уз тирании чувств и чувственного, дабы все его силы могли служить сообразно природе и превыше природы. Ум его был освобожден  не только от господства страстей, но и от смерти смертной.

Умная молитва, в действительности же, очищает ум человека от различных внешних воздействий, и тогда человек становится прозорливым и предвидящим, и  он может понять те проблемы, которые есть у других людей и в мире. Тогда чистый ум находится в другом измерении и ясно видит все вещи. Как различные медицинские приборы могут диагностировать имеющиеся в теле болезни, точно также и чистый ум святого может видеть имеющееся внутреннее состояние души. Он обладает способностью вникать и проникать в душу, но и обладает мягкостью. Хотя по благодати Божией он и видит всю глубину человеческой души и проникает в нее, однако же он объемлет человека в объятия любви и мягкого отношения к нему. Он некоторым образом может в каком то смысле применить слово Ветхого Завета:«Земля же была невидима и пуста (не устроена) и тьма была над  бездной и Дух Божий носился над водой» (Быт. 1, 2). Бездна это сердце болезненного человека, однако же, над человеком носится Бог, с милосердием и любовью, для того, чтобы создать новое творение.

Огромным препятствием для терапии человека является смешение ума с идолами страстей и внешними образами. В этом состоянии человек взирает на вещи через некую разбитую призму, и, конечно же, он не умеет и не может оказать помощь травмированному и ищущему истину и свободу человеку.

Прп. Иоанн Лествичник достиг такой чистоты ума не благодаря обучению в великих центрах той эпохи, но благодаря научению в исихии-безмолвии в пустыне, там, где, прежде всего, неистовствуют страсти и они стремятся уничтожить человека. Его ум стал боговидным (θεοειδής) и богоподобным (θεοείκελος). Прп. Иоанн стал, прежде всего, таким человеком, которого создал Бог и обновленным во Христе Иисусе по действию Святого Духа. И то, что он написал, он это принес не от человеческих знаний и мудрых идей, но от собственной жизни. А поэтому его слово является сильным, ошеломляющим и терапевтическим, но и актуальным.

Так что Лествица прп. Иоанна является продолжением исихатстких творений-текстов великих Отцов Церкви, первым систематическим анализом душевных болезней и духовного здравия человека. Она проделывает удивительный и весьма успешный психосинтез человеческой личности. И, конечно же, эту важную работу позднее продолжили и другие Отцы  Церкви. Это такие Отцы как прп. Максим Исповедник и свт. Григорий Палама. За много веков до появления психоаналитических теорий разных психиатров, психоаналитиков и психологов, Отцы Церкви, а в особенности прп. Иоанн Лествичник, детально раскрыли, чем является душа человека, они ее рассекли на части, чтобы вновь ее воссоединить. Сами исследователи этих Отцов были по сути сами в себе ограничены. Поэтому то, когда кто-то на самом деле осознает и понимает проблему зла в своем собственном бытии, но при этом, не имея желания его сокрыть, тогда он всеми своими силами начинает заниматься злом, которое имеется во всем творении.

Далее мы отрывочно исследуем, но  не аналитически, известное слово прп. Иоанна Лествичника «К пастырю».

Священник как врач

В моей ранее написанной книге, в которой я писал о Православной психотерапии (Архим. Иерофей Влахос. Православная Психотерапия), в первой ее главе я говорил о Христианстве, а в особенности о Православной богословии, что оно является наукой о терапии. Еще до обстоятельного разъяснения того, чем являются болезнь, недуг и терапия, прежде чем я анализирую понятия болезнь, недуг и терапия души, ума, разума, страстей и т.д. я, прежде всего, добавил главу о священнике как врачевателе. Некоторые из тех, которые читали эту главу, говорили, что вначале необходимо было бы мне сказать о терапии, а в дальнейшем написать о том, кто является терапевтом-врачом.

Однако же, внесение главы о деле священника как врачевателя-терапевта имело для нее большое значение, поскольку только тот клирик, который обладает необходимыми качествами, знаниями и опытом, а в особенности подлинным здравием, только он может применять учение Святых Отцов о терапии-врачевании людей. Если же клирик не является врачевателем, пусть даже он и любит Православную Традицию, он может оказаться жестоким и бессердечным, при этом используя учение Святых Отцов Церкви. То есть, ради врачевания, спасения,  исихии-безмолвия, он может привести человека к духовному тупику. Иными словами, когда библейские и святоотеческие тексты используются каким-то клириком неудовлетворительно и нетерпимым образом, тогда они могут превращаться в идеологические  тексты и даже в моралистические увещевания, что в своей перспективе принесет человеку, его душе страшные последствия. Такое неверное использование текстов  не преобразит страстного человека и не приведет его к обретению изначальных верных связей и отношений.

По словам прп. Иоанна Лествичника, священник, который берет на себя труд для врачевания человека, сам должен обладать соответствующими качествами, дабы верно осуществить этот труд,  и он должен прежде сам обладать в пределах личной жизни опытом богообщения.

Прп Иоанн, раскрывая труд доброго священника, в самом начале дает ему многие определения, приемля некоторые образы из его времени. Клирик, который руководит другими людьми, является «Пастырем», «Кормчим», «Врачом», «Наставником» (2, 3, 4, 5). Все эти четыре признака самым тесным образом связаны между собой, потому что они имеют связь с различными видами деятельности, которой должен заниматься священник. Следовательно, между этими четырьмя признаками существует взаимосвязь. Предполагается, что пастырь имеет словесное стадо, которое он должен правильно пасти. Кормчий, предполагается, что у него есть корабль, матросы и волны. У врача есть больные. У Наставника-Учителя есть не наученные ученики, которых необходимо обучить. Так, Пастырь одновременно является и кормчим, врачом и наставником-учителем. Кормчий является  пастырем, врачом и учителем. Врач является пастырем, кормчим и учителем. Наставник-учитель является всеми предшествующими.

Однако, прп. Иоанн Синаит, используя эти образы, представляет и соответствующие добродетели, которыми должен отличаться священник. Пастырю следует иметь для врачевания стада «незлобие, тщание и молитву» (2), Кормчим может быть тот, кто  достиг, «кто получил от Бога  за тяжелые труды (подвиги) духовную крепость», Врачом является тот, кто обрел здравие тела и души и в никаком лекарстве для своего здоровья не нуждается (4). Наставником-учителем является тот, кто восприял «духовную книгу знания». Потому что, согласно прп. Иоанну, таковой он уже не нуждается в том, чтобы он наставлялся из сочинений и наставлений других, как и художнику, чтобы ему делать списки с чужих рисунков (5).

Из этих образов, а также и признаков, которые оказываются тесно с ними связаны,  следует, что священник-врачеватель должен, по возможности, сам быть врачевателем, то есть по крайней мере должен иметь верное направление, обладать личным опытным знанием: ведением Бога для того, чтобы оказывать людям помощь из личного опыта. Речь не идет о какой-то человеческой силе и действовании-энергии, но о богочеловеческом действовании, помощи, которая исходит от Бога, которая, безусловно, действует через конкретного врачевателя-священника.

Во всяком случае, следует нам подчеркнуть, что из всех этих образов, тех, которые преобладают во всем тексте книги Лествица, но и в той главе, которую мы исследуем, главное место занимает образ врача.Клирик должен врачевать недуги людей, а это происходит не благодаря человеческим знаниям, а по действию Бога и его собственном содействии. Поэтому, говорит прп. Иоанн Синаит: «Добрый кормчий спасает корабль, и добрый пастырь оживотворит и уврачует недужных овец» (гл. 6). Некоторые, однако же не учитывают всю степень ответственности в этом деле и, конечно же, не обладая собственным опытом, «предприняли труд пасти неразумные души» (6).

Во всем тексте  Послания прп. Иоанна Синаита указаны благодатные дары и качества, которые должны украшать священника-врачевателя. Мы представим некоторые из них:

Прежде всего, как он подчеркивает, врачевание не является делом человеческим, но божественным, которое, безусловно, совершается и благодаря добровольному принятию священником этого дела. Он говорит о том, что есть некоторые, которые «получили от Бога силу принимать бремена иных», однако же, они не приемлют это дело с благодарностью ради спасения брата (48(12, 6). Во всяком случае, только тот, кто ощутил милость Божию, он и может  «неприметно  благодетельствовать недужным» (43 (11, 6). Потому что врачевание людей совершается не антропоцентричными средствами, но благодатью Божией, а посему врачевание в большинстве случаев совершается неприметно и скрытно. Клирик от Бога становится духовным устроителем человеческих душ.(81).

Благодать Божия в сердце человека, а в особенности священника-врачевателя,  имеет явные признаки, поскольку человек возрождается духовно.  Указанием на это возрождение являются духовные дары, которые, в действительности, являются дарами Всесвятого Духа, то есть такие как смирение, которое хотя и является наивысшим даром, создает проблемы для врачующих (85), терпеливость, кроме, конечно же, случаев проявления непослушания (84), небоязнь смерти, поскольку «стыдно пастырю бояться смерти» (77(13, 1), готовность понести труды и лишения ради врачевания других (86),  внутренне безмолвие (95), поскольку тогда он будет иметь возможность увидеть болезни и их врачевать.

Выше всех благодатных даров является дар любви, поскольку «истинный пастырь выказывает любовь, ради любви Великий Пастырь распинается.. Все это является обязательным, несомненно потому, что  научаемые и врачуемые смотрят на пастыря и своего врача «как на первоначальный образ» и все, что им говорится и делается «воспринимается как правило и закон» (23).

В текстах прп. Иоанна Синаита часто говорится о бесстрастии, которым должен отличаться врачеватель. «Блаженна у врачей небрезгливость, в наставниках (у игуменов ) – бесстрастие» (13 (2, 11). Страшно для врачевателя тел, когда он чувствует себя больным при врачевании физических ран, но страшнее то, когда духовный врач стремится исцелить психические раны, будучи сам страстным. Тот же, кто в действительности окончательно очистился от страстей, тот будет судить людей как божественный судия (6). Клирику необходимо быть бесстрастным, потому что «небезбедно и тому, кто еще сам страстен, начальствовать над другими страстными», как и  льву не свойственно пасти овец (47 (11, 1).Безусловно, поскольку прп. Иоанн Синаит в точности знает, что врачевание не является просто лишь человеческим делом, но является следствием действия Бога и содействия Ему человека, то в своем слове он утверждает, что очень часто Бог чудотворит с помощью неопытных и небесстрастных старцев (41, 51).

Когда прп. Иоанн Синаит говорит о бесстрастии, то под ним он понимает не умерщвление страстности души, что является догмой стоических философов и иных восточных религий, но преображение сил души. То есть, в состоянии бесстрастия силы души, разумная, желательная и раздражительная, движутся к Богу и в Боге любят все создание. Следовательно, речь не идет о бездействии, но о некоем движении всех психосоматических сил.

Бесстрастие является необходимым для врачевателя, поскольку, таким образом, ему подается возможность судить, врачевать с рассуждением и благоразумием. Поскольку только тогда чувства души становятся открытыми «для различения между добром и злом и среднего» (14). То есть он знает, когда какая-то энергия исходит от Бога, а когда от дьявола, различает между тварным и нетварным, что имеет большие последствия для его болезни. Священник также знает, когда необходимо смиряться ради врачевания, а когда не следует, потому что  «пастырь не должен смиряться безрассудно, но не должен и возноситься несмысленно» (35 (8, 2) Безусловно, это зависит от расположения и состояния больного. Некоторые испытывают необходимость в смирении Пастыря, некоторые же, однако, в наказании. Достоинство добродетели рассуждения мы раскроем позднее, когда мы будем исследовать способы врачевания-терапии, которые применяет и использует рассудительный врач.

Прп. Иоанн положение и состояние священника-врачевателя уподобляет положению и состоянию Моисея. Как Моисей видел Бога, взошел на высоту созерцания, беседовал с Богом, а в последствии руководил израильским народом по пути из Египта в Землю Обетованную, встречаясь с многочисленными проблемами и искушениями, тоже самое делает и врач. Сам он должен находиться в духовном состоянии Моисея и своим собственным взором вести народ Божий в землю Обетованную.(100)

Этот образ и наша направленность напоминает нам, что цель православного врачевания это обожение человека, а не приобретение психологического равновесия. Этим делом занимается только такой священник, душа которого соединилась с Богом, а, следовательно, «он не имеет расположения к иноверному учению, но тайнотворит и ведет сообразно вечному Слову, и в нем пребывает просвещение и блаженство». Весь текст Послания прп. Иоанна вращается не на человеческом уровне, а на божественном, в нем не говорится о случаях с психологическими и неврологическими болезнями, но говорится о людях, которые хотят удовлетворить свои внутренние потребности, что является исполнением цели их творения, то есть об обожении. А это действительно и является величайшим голодом и жаждой.

Человек как больной

 Психическая-духовная болезнь и наличие священника-терапевта, безусловно, предполагают больного пациента. Раньше мы в какой-то мере определили, что такое психическое заболевание, о котором говорится в книге Лествица прп. Иоанна Синаита и, в частности, в  главе «К пастырю». Прп. Иоанн подробно объясняет этот вопрос, и мы должны обратить внимание на характеристики болезни и больного человека.

Как мы уже ранее говорили, психическое заболевание предполагает утрату богообщения, нарушение отношений человека с Богом и другими людьми, а также со всем творением и, конечно же, изменением и болезнью всех психических и физических сил. Речь идет о духовном отчуждении человека. Итак, больной видит свою болезнь в своих отношениях с Богом и другими. Когда он делает Бога своей идеей или воображением, когда он использует других ради своей оценки, когда он оказывает на творение некое насилие, то тем самым он раскрывает свою духовную болезнь.

Конечно, когда мы говорим о человеке, мы имеем в виду всю структуру, все существо человека, состоящее из души и тела, поскольку человек является самым состоящий из двух частей, а не только из души и тела. Это означает, что есть взаимодействие между душой и телом. Болезни души отражаются в теле, а также физические болезни имеют или могут иметь последствия в душе человека. Таким образом, когда человек не может удовлетворить свой экзистенциальный голод, выполнить самую глубокую цель своего существования, тогда все его существование, даже это тело, страдает и травмируется. Жалобы, разочарование, беспокойство, страдание, отчаяние связаны с неудовлетворенностью его духовных запросов.

Во-первых, Святой Иоанн говорит о духовной работе человека. Сам он был создан Богом и, однако же, он впал в рабство. Речь идет о духовной работе на дьявола, для греха и смерти. Таким образом, это подобно случаю с иудеями, которые были подчинены фараоны и нуждались в освобождении. Блестяще ассоциируя состояние травмированного человека к состоянию иудеев находившихся в земле Египетской, прп. Иоанн Лествичник говорит о «мертвенной оболочке» поскольку человек скрывает внутри себя мертвенность по причине страстей. Он говорит о " грязных кирпичах из глины "[1], поскольку человек, созданный для высшего, впал в земные и низменные вещи. Он говорит о Чермном и полыхающем море плотским огнем, говорит о «мраке и мгле, и бездне», и о тремрачной темноте неразумия, говорит о мертвом и бесплодном море, но и о приключениях во время странствования в пустыни (р ).[2] Человек на протяжении своей жизни очень часто оказывается  перед лицом трагических состояний, которые удерживают его в плену и ввергают его в  страшное отчаяние. И все это происходит от экзистенциального вакуума, пустоты, вины и проблемы смерти во всех ее значениями.

Во-первых, Святой Иоанн говорит о духовной работе человека. Сам он был создан Богом и, однако же, он впал в рабство. Речь идет о духовной работе на дьявола, для греха и смерти. Таким образом, это подобно случаю с иудеями, которые были подчинены фараоны и нуждались в освобождении. Блестяще ассоциируя состояние травмированного человека к состоянию иудеев находившихся в земле Египетской, прп. Иоанн Лествичник говорит о «мертвенной оболочке» поскольку человек скрывает внутри себя мертвенность по причине страстей. Он говорит о "грязных кирпичах из глины "[3], поскольку человек, созданный для высшего, впал в земные и низменные вещи. Он говорит о Чермном и полыхающем море плотским огнем, говорит о «мраке и мгле, и бездне», и о тремрачной темноте неразумия говорит о мертвом и бесплодном море, но и о приключениях во время странствования в пустыни (р ).[4] Человек на протяжении своей жизни очень часто оказывается  перед лицом трагических состояний, которые удерживают его в плену и ввергают его в  страшное отчаяние. И все это происходит от экзистенциального вакуума, пустоты, вины и проблемы смерти во всех ее значениями.

Все эти описания показывают человека, который подвергается пыткам и страданиям, которые полностью травмированы. Святой Иоанн Синайский не говорит о состояниях невроза или психоза, но он говорит о всех тех случаях с человеком, когда они сами чувствуют, что они несчастны в жизни вовсе не потому, что не получили удовлетворение каким-то земным целям, но потому что не обрели удовлетворение самой глубокой цели своего бытия, которой является связь и общение их с Богом, являющейся конечной целью их творения.

Однако святой Иоанн Синайский не ограничивается внешними и общими описаниями, а переходит к другим внутренним диагнозам. Он представляет человека, страдающего в его ментальном мире. Это не эпидермальные, физические, а внутренние болезни, которые происходят в глубине души. Это психическое заболевание, поскольку человек характеризуется как «страждущий душой» (π), дремлющий душой (8 '), как пребывающий ночи страстей (9). В своей душе человек чувствует ужасную толпу помыслов (63), которые его мучают, а  он хочет ее освободить от них.

Опять же, мы должны сказать, что речь идет не об общем и абстрактном состоянии, а о внутренней нечистоте. Человек осознает эти состояния, но не может только сам обрести свободу. Он нуждается в божественном вмешательстве, в помощи опытного духовного врачевателя. Характерны слова, используемые святым Иоанном Синаитом, которые указывают на это внутренний недуг человека. Он пишет: «Устыдившиеся врачей подвергали раны свои гниению, а многие нередко умирали».[5] Люди этой категории стыдятся раскрывать травмы своих душ, и поэтому внутренние раны души доводятся до состояния гниения и даже приводят их к духовной смерти. Вот почему больные с доверием должны раскрывать свои травмы опытному врачу (36). В пространстве души есть «невидимая скверна» для невооруженного глаза, внутренняя нечистота, сгнившие члены, а душа нуждается во врачевании и очищении(12).[6]

Это означает, что человек не нуждается во враче для психологической поддержки и эпидермального лечения, он не нуждается в священнике для удовлетворения своих религиозных потребностей, а он нуждается в рассудительном и любовном вмешательстве, в божественной благодати и в проявлении своей собственной свободы, в том, чтобы совершить врачевание его внутреннего мира, во врачевании его собственного погибшего корабля, своей нечистоты. Такой врач, который благодаря своей собственной чистоте сам познал в своей личной жизни «отирает скверну других чистотою, данную ему от Бога, и от нечистых приносит Богу дары»(85)[7]

Духовный врач подходит к психически раненному человеку с осторожностью, сочувствием и мягкостью, изобилием любви, знанием, а главным образом с божественной благодатью. Он не играет со спасением других людей, он не издевается над тем, кто приходит к нему и ищет такого очищения от внутренних страстей.
Действительно, страшно подойти к священнику, чтобы удовлетворить весь этот внутренний голод, очистить язвы своей души, устранить всю эту внутреннюю грязь и, тем не менее, увидеть возрастание внутренних страстей и накопление экзистенциального вакуума и экзистенциальной агонии, чтобы еще больше увидеть духовную смерть, чтобы понять, что ты ей обладаешь. Тогда наносится глубокая травма и происходит мучительная агония.

продолжение следует...

перевод выполнен интернет-содружеством "Православный Апологет"2018г.

источник ΑΠΟ ΤΟ ΠΕΡΙΟΔΙΚΟ: ΝΕΑ ΚΟΙΝΩΝΙΟΛΟΠΑ 30 - ΚΟΙΝΩΝΙΟΛΟΓΙΚΗ ΕΠΙΘΕΩΡΗΣΗ ΤΗΣ ΝΕΑΣ ΕΛΛΑΔΑΣ -Β’ ΠΕΡΙΟΔΟΣ 13ος ΧΡΟΝΟΣ - ΑΝΟΙΞΗ 2000 - ΕΚΔΟΣΕΙΣ ΠΑΠΑΖΗΣΗ

Митрополит Навпактский и Святовласиевский Иерофей

Мысль и духовность Святых Отцов

Болезнь, врачевание и врачеватель

Согласно святому Иоанну Лествичнику

Часть 2

Στοχασμός και πνευματικότητα των Πατέρων
 

Ασθένεια, θεραπεία και θεραπευτής, κατά τον άγιο Ιωάννη τον Σιναΐτη

Μέρος Β’

Способы врачевания

Поскольку мы уже сказали, каким должен быть врач-терапевт и кто такой больной, то далее нам следует исследовать способы терапии, которые использует Бог через опытного и умелого, одаренного врача.

Ранее мы немного упомянули о необходимости иметь одаренного и опытного клирика-врача, который, конечно же, мыслится как такой, что он сам достиг состояния исцеления. Поскольку эти вопросы, то есть о врачевании, враче-терапевте и способах врачевания по необходимости связаны друг с другом, то посему в некоторых случаях мы будем к ним возвращаться.

Для того, чтобы применять и использовать подходящую методику врачевания, для этого, прежде всего, должен быть подлинный, а не ложный духовный врач. Сам врач должен хорошо знать самого себя и обладать безграничной любовью к врачуемому, христианину. Христианин должен проявлять радость даже одному простому присутствию духовного врача. В итоге, само существование врача предполагает наличие духовно недугующего. Св. Иоанн Лествичник пишет: «хотя, может быть, и никакой пользы от него не получит». (гл.2, 1). Это, конечно же, означает, что врач должен иметь ясное знание о том, «мысленный грех пастыря », то есть грех врача-терапевта, который совершается в помыслах, намного хуже греховного действия послушника (гл.12, 7). Это знание его соделает более рассудительным и врачом в большей мереи степени, потому что различие будет налагать большую ношу.

Врачевание больных не является чем-то легким. Необходима любовь, духовное мужество, потому что на пути врачевания будут возникать многие проблемы, и будет появляться много зла, потому что, безусловно, врачу приходится иметь дело при столь детальной и тщательной работе с тонким, психически чутким миром человека. Поэтому врач должен прилагать «все твое старание и любовь, горячность, прилежание, и моление к Богу покажи о далеко заблудших и сокрушенных». (гл. 13, 18). Здесь больной получает характеристику сокрушенного, а посему он и нуждается в детальном хирургическом вмешательстве. Врач должен обладать способностью выявить болезнь не только как просто внешние травмы и явления, но как причины психической болезненности, которые не проявляются внешне. (κβ΄). Ему также следует различать приходящих к нему сообразно их стремлениям, понимать того, что хотят они от врача. Ему необходимо принимать на себя искусство врачевания людей, поскольку он отличает среди обращающихся к нему них «истинных чад» (γνησίων τέκνων, законные от первого брака - в русской версии), «от второбрачия», подкинутых, а  «иных от рабынь» (ετέρα χαμαιρρίφη, из публичного дома). Поэтому, на самом деле, все молящиеся больные не ищут одного и того же. А поэтому в этой тщательной хирургической операции, которая проводится в мире души, необходимо иметь рассуждение. Всегда, как подчеркивает святой Иоанн Синаит, требуется от духовного врача в этом столь ответственном деле всецелая отдача, то есть требуются «предание души своей за душу ближнего во всем». Впрочем это восприятие иногда связано с грехами прошлого, а иногда с грехами совершенными в будущем. Отсюда, исходя только из такого рода труда, очевидным становится то, что врач должен обладать большой духовной силой. «Прежде всего, честный отче, нужно нам иметь духовную силу», потому что ему необходимо держать младенцев своих под властью и вести их по правильному пути, а для этого ему прежде надо многих младенчествующих и не имеющих достаточно сил поднять на свои плечи и понести их (Слово к пастырю гл. 14, 3 sγ’) . А посему служение духовного отцовства очень тяжелое, тонкое, определенное, ответственное, жертвенное.

Безусловно, в данном случае нам следует упомянуть о том, что служение духовного врача не совершается антропоцентически и самостоятельно. Требуется взаимодействие божественной благодати со свободой больного. Лечение психических травм человека не совершается в согласии с человеческими советами и методиками учреждений, а Божественным действием, энергией и при содействии духовного врача. Во всем труде св. Иоанна Синаита ведется речь о молитве, о божественном вмешательстве, о том, что духовный врач это Бог, а не человек. Но также говорится и том, что Бог не может действовать, ни оказывать помощь удовлетворительным и должным образом, духовно безгранично, если больной человек не оказывает Богу содействие. В науке православного врачевания, лечения все совершается свободно, никогда не используется насилие и навязывание.

Следствием свободы, которой должен обладать больной, является способ исповеди. То есть важным средством исцеления является тайна исповеди, в которой пациент с его абсолютной свободой раскрывает свои внутренние раны. Здесь очень выразителен святой Иоанн Синайский. Конечно, мы очень хорошо знаем, что есть два типа исповеди, а именно проявление психических травм, чтобы они могли получить исцеление, но также и приобретение расчетов, чтобы человек мог получить духовное руководство.

Святой Иоанн предлагает очень важные сведения об исповеди. Прежде всего, исповедь должна приноситься с абсолютной искренностью и свободой пациента, потому что тогда предлагается эффективная помощь. «Безмерное же прощение подается же им и через нашу исповедь». И это связано с тем, как он советует, что необходимо «все прочие согрешения днем и ночью вспоминать подробно »(гл.12, 8 (ξα’'). А святой Иоанн говорит об этом, поскольку, когда больной делает подробнейший, детальный анализ помыслов, то неким образом через воспоминание  услаждается и получает удовольствие, из-за чего в его внутреннем мире происходят столь тонкие пагубные процессы и изменения.

Конечно, он также подчеркивает важность тайны исповеди, поскольку врачу не разрешается раскрывать другим содержание тайны исповеди. Врач не должен раскрывать откровения души, принесенные ему другими. Он ставит это на богословскую и спасительную основу, поскольку, с одной стороны, Бог не раскрывает исповедание, которое он слышал, а с другой стороны, потому что возможное раскрытие ее создает огромные проблемы для спасения исповедников, поскольку в таком случае «их недуг он сделал бы неизлечимыми». (гл . 13, 14, πγ΄)
Но затем мы должны немного исследовать, изучать способы, которыми будет пользоваться хороший врач, поскольку есть разница между приходящими с точки зрения их духовного возраста, образа жизни, психических заболеваний и т. д. Все это должен знать опытный духовный врач, потому что иначе будут искажены способ и метод лечения, упразднена свобода человека.

Врач должен знать, «для кого, как и когда» должны применяться различные повеления Священного Писания. Время и образ жизни людей играют важную роль для выбора для них метода лечения. Как и военачальник, пастырь должен четко знать «положение и чин каждого» (λε’), потому что существует разница между духовным возрастом:, и они нуждаются в молоке, а другие в твердой пище, поскольку, в конце концов, это «время призыва »(νδ '). У людей много различий друг с другом, потому что «приобретается много несходств и различий». Следовательно, те, кто отвечает за это мученическое служение, за врачевание людей, должны принимать во внимание «и места, и образ жизни (воспитание), и обычаи (привычки)» (μστ '). Поскольку приход к врачу людей различен, то поэтому каждый человек хочет иметь свой собственный способ противодействия болезни.( μδ’ ).

Важное изречение св. Иоанна Синаита заключается в том, что целитель не должен работать справедливо или заботиться о том, чтобы всегда вершить правосудие, потому что не все люди могут быть одинаковыми. И это показывает, как мудрый и благоразумный старец поступил с двумя братьями, которые, очевидно, поссорились друг с другом. Один был виноват, но более слаб, и этот духовный целитель объявил его невиновным. Другой был невиновен, но, поскольку он был сильным и храбрым, он обличил его, и это «для того, чтобы правдой не учинить раскол». Конечно, он обращался конкретно ко всем, особенно к психически виноватым (гл.13, 11, π’ '). Здесь видно, что лечение людей основывается не на судах и отправлении правосудия, а на медицинской науке, то есть на возможностях, которые есть у каждого человека.

Знания, которыми должен обладать врач-терапевт, чтобы вылечивать психические заболевания приходящих, необходимы, потому что они тесно связаны со способами лечения и с лекарствами, которые он будет давать. Это требует не только правильного диагноза и знания индивидуальности каждого человека, но и правильного приема лекарств. Мы увидим некоторые способы исцеления, представленные им святым Иоанном, этим опытным руководителем душ.

Прием духовных лекарств тесно связан с сострадательным сердцем врача-терапевта. То есть духовный врач соучаствует в боли и душевном состоянии брата. Настоятель должен четко знать все «чтобы ко всем иметь сострадание и расположение сообразно достоинству каждого» из приходящих(n '). Только с помощью «сострадательного сердца» проводится эффективное лечение. Боль другого становится его собственной болью, и он страдает сообразно состоянию больного. Это не объектное лечение, а весьма личностное. Духовное вмешательство осуществляется таким образом, чтобы превратить лукавых, злых монахов в простых, а не простых и прямых монахов лечить так, чтобы они стали злыми и опутанными сложными помыслами.

Требуется индивидуальный подход и благоразумие.

В замечательном тексте, имея в виду инструменты, которые врачи того времени использовали для лечения физических болезней, он адаптирует их к методам лечения психических травм и болезней. Духовный врач должен использовать «пластырь» для лечения невидимых внутренних страстей и для очищения внутреннего мира с помощью «пития», то есть медицинской жидкости, для очистки духовных очей «глазную примочку», а для хирургических операций, когда он собирается очистить некоторую гниль, он пользуется «лезвием», т.е. бритвой, и «кровопусканием», и «ножом». Однако недостаточно работать и использовать соответствующие инструменты во время хирургической операции, но необходимо использовать различные инструменты и лекарства и во время операции и после нее, то есть «прижигание, то есть охлаждение пациента сладостями и мягкими и простыми словами", «прижигания», т.е. правила и епитимии по любви на короткое время, «растирание мазью», т.е. мазь, т.е. слово или утешение для облегчения пациента, «снотворное», то есть для того, чтобы врачу снять тяжесть груза с послушника, так чтобы послушник имел «святую слепоту» и не видел бы своих добродетелей. Конечно, бывают случаи, когда врач должен использовать «нож», чтобы отрезать гнилой член, чтобы тот не повредил невинности других братьев и сестер (l0 – в русском переводе – чтобы он не передавал своей заразы').

Кажется очевидным, как описывает это св. Иоанн, что лекарства и инструменты разнообразны. Иногда требуется лечение, иногда удаление зловоний, иногда хирургическое вмешательство, а иногда резекция. Но операция должна проводиться осторожно, не причиняя пациенту боли.

Лекарства, назначаемые психически больным, должны соответствовать их духовному состоянию. Рекомендует: «но должно рассматривать, и избирать приличные врачевства». Тем, кто слишком много согрешил, нужно таковых утешить, чтобы они не впали в отчаяние. Гордым и эгоистам нужен узкий и извилистый путь (1б ').

О других врач должен молиться с большим трезвением (Когда овцы сии, от зноя, т. е. от телесного распаления, станут дремать душою, тогда пастырь, взирая на небо, должен еще усерднее бодрствовать над ними'), для других он предложит свое слово или свое учение (g '), для других он будет контролировать и причинять им небольшую боль « дабы не закоснел в своем недуге, или не умер от проклятого молчания ». (26). Другие получают пользу от «напоминания об исходе из этой жизни» (pa '), другие - от «бесчестия», то есть от унижения недугующего (πθ ), другие нуждаются в тяжелой епитимии (νη’). Врач дает каждому то, что принесет ему духовную пользу. Для каждого определяется и способ молитвы. Даже диета, которая соблюдается, она назначается различной. Фактически, используется воспитание  и опыт игумена, он говорит, что предпочел бы изгнать кого-нибудь из монастыря, потому что таким образом он приобретет больше, несмотря на то, что останется в монастыре и во имя милосердия и снисходительности останется в его воле ( сд ').

Каждый человек нуждается в разной помощи. В одном случае, когда в нем зажигается божественная любовь, то не действует на него страх от слов. С другой стороны, наличие страха перед адскими мучениями созидало в нем терпение при несении любого вида труда, а с другой - надежда на Царство Небесное привела его к презрению всего земного.

Из того, что было сказано ранее, ясно, что способ врачевания - это служение крестоношения, а не легкомысленное, поверхностное дело. Индивидуальность каждого человека, но и его темперамент требуют разного отношения, в основном требуется проницательный, чуткий, опытный духовный врач, который не только поставит правильный диагноз и даст верное лечение, но, прежде всего, будет готов проявить сострадание к немощствующему пациенту, почувствовать его собственной душе, но и на его телесной боли и сопереживание при духовном руководстве. Духовная медицинская наука - это не церебральное служение, а мученическая жизнь, следуя примеру Христа и всех святых, таких как Пророк Моисей, который с болью в сердце руководил жестокосердных людей.

Условия для врачевания

До сих пор мы говорили о том, что такое духовное заболевание, кто является подходящим врачом, что такое лекарство и, конечно же, как его обрести. Остается подчеркнуть, что лечение человека заключается не просто в психологической поддержке и индивидуалистическом акте, но, прежде всего, это путь, по которому человек может пойти, чтобы перейти от своей индивидуальности к личным отношениям, от изобилия к самолюбия к боголюбию и человеколюбию, от эгоистичности к бескорыстной любви. Поэтому лечение проходит в определенной духовной атмосфере.

Церковь, которую воспринимают как семью, но также как духовную лечебницу, является подходящим местом для аскетико-врачевательного воспитания. Мы уже подчеркивали, что психические заболевания являются результатом потери человеком связи с Богом, его ближними, самим собой и всем творением. Грехопадение человека тесно связано с потерей отношений. Следовательно, исцеление заключается в приобретении настоящих отношений с Богом, другими людьми, самим собой и творением. Это реализуется внутри Церкви.

Весь текст святого Иоанна Синаита, который мы изучаем, предполагает существование киновии, монастыря. Он говорит об  игумене, который является пастырем и чья работа заключается в врачевании душевных и телесных страстей монахов. В данном месте не следует слишком останавливаться, потому что простое прочтение текста «К пастырю» подтверждает это.

Я просто хотел бы подчеркнуть, что св. Иоанн говорит о внимании при принятии «чад» (pt '), чтобы они хотели присоединиться к пастве с чистым расположением и ревностью ради своего спасения. Соответствующий возраст прихода считается необходимым, чтобы не было сожалений позже, после принятия монашеской схимы (o '). Но, хотя монахи живут в определенной общине, тем не менее, должна быть возможность свободы в зависимости от возраста. Предстоятель должен обратить внимание на этот вопрос, потому что, в конце концов, «Все находящиеся под твоим руководством, по различию телесного их возраста, должны иметь различные занятия и различные жилища» (гл. 13, 3'). Также требуется особая осторожность, ведь сожительство подвижников с ленивыми создает множество опасностей.

Поэтому община, киновия, монастырь, воспринимаются как терапевтическое сообщество, к которому человек присоединяется для лечения, чтобы стать личностью, а также обрести подлинное общение с другими. В этом терапевтическом сообществе есть врач-специалист, а также другие духовные братья, которые помогают находящимся в братстве.

Однако в центре внимания сообщества не человек, то есть сообщество не формируется на уровне, ориентированном на человека. В центре - Бог, так как Пастырь-игумен также выполняет свою миссию с силой и действием Бога. Таким образом, община, которую имеет в виду святой Иоанн Синайский, - это монастырь, а центр его - Святой Храм, в котором совершается Божественная Евхаристия, этот в высшей степени социальный акт, поскольку через него мы обретаем единство с Богом и братьями, и даже со всем творением и, конечно же, с помощью всего богослужения, которое совершается в Святом Храме. В какой-то момент святой Иоанн упоминает, что один из боголюбивых братий сказал ему, что «хотя Бог и всегда награждает рабов Своих дарами, но наиболее в годовые и Господские праздники» (3, 2'). Кажется, что речь идет не о гуманном лечении, о психологическом равновесии, а о дарах, которые подаются от Бога и фактически во время Господских праздников. Необходимо совершать богослужебное собрание для всех членов Церкви. Фактически, путь человека к его единению с Богом воспринимается через образ Божественной Евхаристии (sγ ')

Существование общины и совершение Евхаристии и богослужеия неразрывно связаны с другим важным элементом исцеления человека, и это догматическая истина Церкви, догматы и так называемая вера. Святой Иоанн будет рекомендовать пастырю: «Прежде всего оставляй сынам твоим в наследие непорочную веру и святыедогматы, чтобы тебе не только сынов, но и внуков твоих привести к Господу путем православия». Православие состоит из апатичной веры и благочестивых догм. Через эту православную веру человек приводит к Господу не только своих духовных детей, но и внуков. И, конечно же, это величайшее духовное наследие.

Следовательно, эти три фактора являются необходимыми условиями для исцеления человека, а именно Община - Церковь, Евхаристия - поклонение и Православие (бесстрастная вера, благочестивые догматы). Но даже и сам исихаст и пустынник, отшельник, не является несвязанным с общиной, потому что он либо раньше жил в общине, либо все еще вдохновляется им, потому что он живет в духе общины, поскольку, любя Бога и имея общение с Ним, он имеет общение со всем миром и, конечно же, чувствует необходимость ходить в церковь и причащаться Тела и Крови Христа. Однако это факт, что когда человеку удается познать глубины своего существа и зла, которое находится внутри него, и на самом деле, когда по благодати Божией и с помощью опытного духовного врача он исцеляется психически, тогда он познает глубину зла, но также и высоту искупления. Достаточно пережить кому-то падение и воскресение в недрах своего существования. Тогда он знает весь мир.

Выводы

Врачевание человека - это самая важное дело, которая может совершаться на Земле. Святой Иоанн скажет: «Итак, блаженный отче, не тех ублажай, которые жертвуют Христу имением, а тех, кои приносят Ему словесных овец» (гл.14, 1). Нет более желанного дара Христу, чем «как приношение Ему словесных душ чрез покаяние»(гл.13, 18). И это потому, что весь мир не стоит столько, сколько одна душа, поскольку «весь мир не стоит одной души, потому что мир преходит, а душа нетленна, и пребывает во веки» (s ').

Врач со своей чистотой, которая является не его собственным трудом, а даром Божиим, удаляет (обтирает) грязь других, показывает себя «соработником бесплотных и умных сил», поскольку это их собственная работа (οη ').

В конце концов, люди сегодня ищут исцеления, как оно описано и представлено святым Иоанном Синайским и каковое приносит Православная Церковь. И когда люди ищут справедливости, мира, равенства между людьми, в глубине души они ищут исцеления, то есть своих правильных отношений с Богом, другими, самим собой и творением. Жалобы человека, его сожаления, его постоянные ропот, стоны вызваны тем, что глубоко внутри человек не живет своей полнотой. И, конечно же, для этой работы необходимо присутствие чуткого, терпеливого духовника, который сам психически свободен, чтобы полностью проявлять уважение к свободе другого и вести его к свободе духа, а не к его собственным эгоистическим стремлениям.

перевод выполнен интернет-содружеством "Православный Апологет"2021г.

Дозволяется частичное или полное копирование, цитация и использование статьи при обязательной ссылке на "Правславный Апологет"

источник ΑΠΟ ΤΟ ΠΕΡΙΟΔΙΚΟ: ΝΕΑ ΚΟΙΝΩΝΙΟΛΟΠΑ 30 - ΚΟΙΝΩΝΙΟΛΟΓΙΚΗ ΕΠΙΘΕΩΡΗΣΗ ΤΗΣ ΝΕΑΣ ΕΛΛΑΔΑΣ -Β’ ΠΕΡΙΟΔΟΣ 13ος ΧΡΟΝΟΣ - ΑΝΟΙΞΗ 2000 - ΕΚΔΟΣΕΙΣ ΠΑΠΑΖΗΣΗ

Проигумен священной обители Великие Метеоры Афанасий Афанасиу

«Православие как терапия»

«Ἡ Ὀρθοδοξίαὡς θεραπεία»

ΠανοσιολογιωτάτουἈρχιμ.ἈθανασίουἈναστασίου

ΠροηγουμένουἹερᾶς Μονῆς Μεγάλου Μετεώρου

Речь в Святом храме св. Афанасиу Барас, 10 марта 2024 г.

Уважаемые отцы, наши возлюбленные братья

Тема, которую мы будем раскрывать сегодня вечером, имеет первостепенное значение и напрямую касается нашего спасения. Поскольку мы также коснемся некоторых тонких и сложных для понимания богословских вопросов, поэтому я прошу вас уделить мне особое внимание и, может быть, немного больше времени.

Название нашей сегодняшней темы – «Православие как терапия». Блаженной памяти отец Георгий Металлинос[1] говорил, что православие – это, лечение «терапия, врачевание от болезни религии»[1]. И действительно, что отличает христианство главным образом от религий мира, так это то, что христианство — это не религия, а Божественное Откровение.

Общие религии являются изобретением человека и отражают врожденное стремление человека найти своего создателя. В основном они включают консолидированный набор ценностей, представлений и практик, касающихся отношений человека с Богом. В действительности, то есть человек сам конструирует своего Бога. То есть во всех распространенных религиях мы наблюдаем движение человека вверх, чтобы приблизиться к божественному.

В Православии мы имеем прямо противоположное направление. Человек не пытается открыть Бога своими индивидуальными силами. Напротив, сам Бог открывается человеку. Сам Бог, Сын и Слово Божие, становится человеком, совершенным человеком и совершенным Богом. Им становится Богочеловек Иисус Христос, пришедший на землю, проповедовавший Свое слово, Свое Евангелие и давший нам Свои заповеди. «И Слово стало плотью и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как Единородного от Отца»[2]. (То есть Слово стало человеком и обитало посреди нас, и мы видели Его славу, славу, которую Он имеет как Единородный Сын Отца, полный благодати и истины.)

Православная вера и истина – не человеческое изобретение. Истина в Церкви не субъективна: «Истина в Церкви — это не идея, не мнение. Это Ипостасный [Человек]. Это Сам Христос»[3], воплощенная Все-Истина. Сам Христос заверил нас о Себе: «Я есмь путь и истина и жизнь»[4]. «Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине»[5]. (То есть: «Вот почему я родился и именно поэтому я пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине».)

Мы очень рады, потому что у нас самая лучшая Вера, наша Православная Вера, единственная явленная и истинная! Православие – это не религия, это не философская система, это не система ценностей, это не социальная система. «Бог [для нас] не является «универсальной силой», согласно языку Нового Века («все едино, все Бог!»), потому что как творец [Бог] превосходит вселенную, находясь в Своей сущности: «Нечто» совершенно иное («Das ganz Andere»). Между тварным [вселенной мира, человеком] и Творцом нет аналогичной связи. И по этой причине Несозанный [Бог - ἄκτιστος=ἀδημιούργητος] познается [только] Его самооткровением (самоявлением)»[6]. [То есть только Несотворенный-несозданный Бог может самораскрыться и самопроявиться в чистом уме-сердце человека]. Так что наша вера – это не набор заповедей и правил, соблюдение которых гарантирует нам место на Небесах. Церковь – это не группа добродетельных и нравственных людей, совершающих добрые дела для того, чтобы получить за них награду в следующей жизни. Церковь это лечебница, больница и целительный центр для душ, где христиане своим методом врачевания очищают сердце от страстей и ум от помыслов, чтобы принять Самооткровение-Самоявление Бога.

Однако, чтобы понять роль Православия как лекарства, терапии мы должны сначала увидеть, в чем состоит болезнь, недуг от которого Православие излечивает человека. Болезнь это та, которая проявляется здесь уже тысячи лет, с момента создания человека!

По этой причине нам следует вернуться к началу сотворения человека Богом и в общих чертах описать основные характеристики православной антропологии.

Как известно, человек создан «по образу» и «по подобию» Божию:

«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и подобию...»[7]. «И создал Господь Бог человека из праха, и вдунул в лицо его дыхание жизни, и стал человек душею живою»[8].

Что такое образ Божий?

Мы видим, таким образом, что с первого момента своего создания Богом человек получает свои основные черты, свою особую идентичность, свои особенности, которые есть «по образу», а также свое конечное предназначение, которым является «по подобию», то есть его обожение.

Что значит «по подобию»?

«По подобию» (καθ’ ὁμοίωσιν) указывает на курс, на конечную цель. Оно состоит в возможности человека по своей свободной воле и содействии Бога достичь обожения, то есть стать Богом по благодати. Отцы нашей Церкви особо подчеркивали, что содержанием и путем к достижению подобия является соединение со Христом, охристосывание человека.

Как очень метко замечает блаженной памяти архимандрит Георгий Капсанис[2], «Бог дал человеку дары «по образу» для того, чтобы достичь очень высокого, достичь с их помощью своего подобия Богу и Создателю своему, иметь не внешнее, нравственное отношения с Ним, а личный союз со своим Создателем.

«Может быть, очень смело, — продолжает просвещенный Геронда, — даже говорить и думать, что цель нашей жизни — стать богами по Благодати. Однако Священное Писание и Отцы Церкви не скрыли этого от нас. К сожалению, невежество существует как среди людей вне Церкви, так и среди многих внутри Церкви. Потому что они думают, что цель нашей жизни – это, в лучшем случае, просто наше моральное совершенствование, чтобы стать лучше. Но из Евангелия, из Предания Церкви и от Святых Отцов нам сказано, что не это является целью нашей жизни. То есть сделать человека только лучше, чем он есть, нравственнее, справедливее, воздержаннее, внимательнее. Все это необходимо сделать, но это не великая цель, конечная цель, ради которой наш Творец и Создатель сотворил человека. Какова эта цель? Обожение. Чтоб соединить человека с Богом не внешним или эмоциональным образом, а действительно онтологически»[10].

Человек как психосоматическая единица

Человек в своей целостности состоит и из души, и из тела. Ни душа сама по себе, ни тело само по себе не составляют всего человека, а обе они. Душа, как и тело, – творение Божие и как творение она тварна. Это «сущность рожденного»[11], как говорит нам св. Григорий Нисский. Другими словами, она сотворена, создана, а несозданна, поскольку только Бог является Творцом (несозданным).

Другими словами, каждое творение, создание имеет начало и конец. Так что ни одно творение не является вечным и бессмертным. В особенности что касается души, то она, хотя она имеет начало и должна, как создание, иметь и конец, по божественной воле, не по своей природе, а потому, что так пожелал Бог, она не имеет конца, она бессмертна. То есть душа смертна по природе, но бессмертна по благодати.

По мнению прп. Иоанна Дамаскина, душа жива, проста, бестелесна, невидима для очей телесных, разумна (словесна) и умеющая ум, мысленна, не имеющая формы, самоврастна, имеющая волю и энергию, вседозволенная, произвольная (т. е. может выбирать добро сама по себе). или зло) и строитель[12].

По мнению Святых Отцов нашей Церкви, душа разделяется на разумную-словесную (разум λόγος), раздражительную (гнев θυμός) и желательную (желание ἐπιθυμία), которые в своем естественном состоянии устремлены к Богу и «делают человека божественным и боговидным». [13]. Святой Максим Исповедник отмечает, что «разумом -логикой [λογιστικό] мы взыскуем  [чтобы познать Бога], желанием мы устремляемся ко благу, которое ищем [Бога], гневом боремся за него [Бога]»[14] .

Телесным чувствам, которых пять (зрение, обоняние, слух, вкус и осязание), соответствуют пять и душевных чувства, которые Отцы называют также силами. Этими силами являются следующие: ум ὁ νοῦς, разум-словесность ἡ διάνοια (разум, логика), слава - ἡ δόξα (мнение γνώμη), воображение и чувство (ἡ φαντασία καίἡ αἴσθηση)[15]. Помимо этих сил, которые характеризуются как познавательные, существуют также жизненные или аппетитные силы души, то есть желание и самовластие, свобода выбора (ἡ βούληση καίἡ προαίρεση)[16].

Важнейший вопрос, который всегда занимал человека и на который никогда не давали адекватного ответа ни философия, ни медицинская наука, заключается в том, как и когда создается человеческая душа. Однако наша Церковь и православное учение дали на него очень ясный ответ. Душа создается одновременно с телом человека, ни до, ни после создания тела. Оно создается, как учат нас святые отцы, «с момента зачатия»[3][17].

С зачатием, т. е. человеческого эмбриона, мы имеем одновременно сотворение души. Создание человеческого тела происходит по божественной воле из генетического материала, т.е. союза мужчины и женщины.

«Рождение души, — как говорит нам святой Максим Исповедник, — происходит не подобно телам, из предсуществующей материи, но по воле Божией, Его жизненным дыханием [энергией, действием Святого Духа], в неизреченном и неведомым образом, как знает только его Создатель»[18].

У души нет наследия, она уникальна. Она создана Богом из ничего и не происходит из генетического материала родителей. «Рука [Божия], сотворившая тогда Адама, творит его потомков ныне и всегда и дарует им существование»[19], уверяет нас свт. Афанасий Великий.

Душа проявляется и выражает себя по мере развития плода и человека. Как замечает святитель Григорий Богослов, душа изначально совершенна, но она не может, однако, проявить свои действия с самого начала из-за неразвитости человеческого тела[20]. Действия его, то есть, проявляются постепенно по мере физического развития.

Святой Иоанн Дамаскин говорит нам, что «не душа в теле, но тело в душе»[21]. А душа, по мнению святителя Григория Паламы, находится в каждой части тела, она продолжает человеческое тело, содержит его, составляет его, поддерживает его и оживляет его[22]. То есть она тоже находится внутри всего тела, но в то же время окружает все тело снаружи. Душа – это то, что передает жизненную силу и восприятие чувственных вещей органам и чувствам тела[23].

Душа, как мы ранее говорили, волевая и самовластная, то есть имеет свободную волю, свободное произволение и свободный выбор[24].

Самовластие (τό αὐτεξούσιο) – это способность человека управлять собой, свободно и без усилий выбирать образ своей жизни и своей деятельности.

Как отмечает профессор г-н Димитрий Целенгидис: «Создавая свободного (самволастного) человека, Бог также лишил дьявола возможности совершать насилие над человеком. Таким образом, только уговором или обманом [не вынужденно] лукавый дьявол может повлиять на волю человека и сделать его соучастником своего отступничества»[25].

Дьявол может только убеждать и искушать, но не вынуждать. Поэтому ни Бог не заставляет нас верить в Него и следовать за Ним, ни дьявол не заставляет нас грешить. Пожалуйста, давайте обратим на это особое внимание, чтобы не оправдывать себя тем, что виноваты не мы, а Бог (потому что такими нас создал) или дьявол.

Свободное произволение, самовластие – поистине уникальный и великолепный дар Божий человеку, так как оно дает ему возможность и право не только отрицать Его, но и оскорблять Его и хулить Его! Вот почему Отцы нашей Церкви характеризуют и свободное произволение человека как равного Богу, конечно, по благодати. Святой Григорий Нисский говорит нам, что «Самовластие (τὸ αὐτεξού­σιον) является равенством Богу»[26].

Таким образом, возможность свободного выбора человека была, так сказать, подвергнута испытанию Богом. И этим испытанием он дал первозданным людям не вкушать запретный плод.

Первозданные люди, ослушавшись заповеди Божией, вкусили запретный плод и тотчас же вкусили духовную смерть, то есть прекращение видения, зрения Бога и своего общения и связи с Богом, а со временем претерпели и физическую смерть, которым является разделение души из тела.

Непослушание первых людей было действием свободной воли, произволения. Это был выбор самопровозглашенного равенства Богу. То есть вместо того, чтобы первозданные люди, чтобы подчиниться воле Божией, чтобы стать богами «по благодати», они приняли дьявольский обман и обольщение и стремились стать богами «без Бога и до Бога, а не по Богу»[27] ] (т. е. без Бога, пред Богом и по Богу), как подчеркивает святой Максим Исповедник.

Следует отметить этот момент и обратить на него особое внимание, ибо человек наследует не вину, а последствия греха Адама, т. е. тление (болезни, страсти, боли, скорби, нестастья и т. д.) и смертность, то есть физическую смерть. По словам святителя Иоанна Златоуста, первозданные люди «стали тленными и рождали таких же детей»[28] (т. е. тленными).

Напротив, папское схоластическое богословие ложно утверждает, что мы унаследовали собственный грех Адама, его вину, что каждый человек, т. е. согрешил в лице Адама и потому каждый является причиной своей собственной смерти. К сожалению, это неправильное мнение мы встречаем и среди православных.

Что такое ум

Ум (ὁ νοῦς) и логика (разум ὁ λόγος) — две из пяти сил души. Ум — центр души, и поэтому Отцы называют его «владычественной души»[29] или оком души[30]. Ум – это созерцательная (мысленная) энергия души. Умом человек познает Бога, он приобретает Божественный опыт, то есть приобретает духовное знание. Ум имеет свое место в сердце, в духовном сердце, и поскольку он функционирует в нем, именно поэтому многие Отцы Церкви отождествляют термины «ум-сердце». Сердце – это центр человека, основа его личности и источник его самосознания. Это духовное сердце, «глубинное сердце», по мнению Отцов, есть сокровенное человека, центр личности каждого человека и находится в глубине плотского сердца.

Ум, стало быть, действует внутри сердца, как по словам святителя Григория Паламы, «мы точно знаем, что наше словесное-разумное [ум - ὁ νοῦς] находится, хотя бы и не как бы внутри сосуда, так как он бестелесен, и не вне его, так как он прикреплён к нему, но, как орудие, в сердце... [плотском]»[31].

Святой Софроний Эссексский отмечает следующее: «Входя умом в сердце, сначала в плотское сердце, он начинает проникать в глубины его, где он уже не есть плоть. Он находит «глубокое» сердце, духовное, метафизическое, и в нем видит, что существование всего человечества не является чем-то чуждым, иным ему, а неразрывно оно связано с его личным существованием»[32].

Только с очищенным умом - сердцем человек может приобрести вкус, то есть опыт и правильное познание Бога. «Вкусите и увидите, яко благ Господь»[33], по словам пророка Давида.

Что такое разум (логика)

Разум (логика) (Ὁ λόγος (ἡ λογική)) — это практическая (логическая-словесная) энергия души, базирующаяся в мозге. С помощью логики человек познает природу и сотворенное творение. Познание творения и физического мира, то есть творения Божия, безусловно, помогает человеку прийти к познанию самого Бога, которое, однако, он приобретает только умом (ὁ νοῦς).

То есть разумом мы не можем познать Бога, который находится за пределами разума. Логика приводит нас к необходимости поверить в то, что существует Бог-Творец. Однако истинное знание – опыт переживания Бога мы приобретаем чистым умом и сердцем. Как мы уже упоминали выше, в уме-сердце Бог раскрывает Себя, а затем логика формулирует откровение Бога с помощью построенных глаголов.

Прп. Паисий Святогорец блестяще и образно сказал, что логика есть процессор, принтер, передающее орудие ума. По аналогии, жесткий диск в некотором роде соответствует человеческому разуму, в котором запечатлен образ Божий. Когда ум обогащается нетварной божественной благодатью, человек имеет возможность увидеть нетварный свет, нетварную славу Божию. Вместе с тем, однако, логика человека также обогащается (освещается) по своим возможностям, ни в коем случае не выходя за рамки его ума. Ум — единственный, кто может видеть нетварный свет и нетварную славу Божью и напрямую и лично общаться с Самим Богом. Это, конечно, происходит тогда, когда человек содержит в чистоте свой ум и сердце. Однако когда человеческий ум помрачен и нечист от страстей и грехов, тогда он отождествляется с разумом и, таким образом, не может видеть и познавать Бога. Только ум, очищенный от греха, сердце, очищенное от страстей, могут познать и пережить Бога.

Как замечает отец Георгий Металлинос: «Нефункционирование или недостаточное функционирование умной энергии [ума-сердца] человека является сутью грехопадения [болезни человеческой природы]. Позорным «первородным грехом» является именно неспособность человека даже в начале своего исторического появления сохранить память о Боге, то есть общение с Богом, в своем сердце. Все потомки первозданных людей разделяют это болезненное состояние, потому что это не моральный, т. е. личный, грех, а болезнь человеческой природы («По причине греха наша природа заболела», — замечает св. Кирилл Александрийский, +444). ) и передается [болезнь] от человека к человеку, как болезнь дерева передается всем остальным [деревьям], происходящим от него»[34].

После грехопадения образ человека был запятнан, но не был разрушен. Потом и заболел, помрачился ум. Он потерял свое основное занятие, то есть утратил память и познание Бога и отождествил себя с разумом-логикой (своим рассудком).

Отец Георгий Металлинос заметил, что: «Естественно-природное (подлинное) состояние человека Святыми Отцами определяется работой в нем трех систем памяти, две из которых известны и контролируются медицинской наукой, а третья – это дело пастырского попечения о врачевании [Православной Церкви]. Первая — это клеточная память (ДНК), которая определяет все в человеческом организме [и расположена в ядрах клеток]. Вторая — церебральная клеточная память, функция мозга, регулирующая наши отношения с самим собой и окружающей средой (то есть вся нервная система памяти человека, центром которой является мозг). Медицинская наука знает эти две системы и обеспечивает их бесперебойное функционирование.

Опыт Святых знает о другой системе памяти — сердечной или ментальной памяти, которая функционирует внутри сердца. Сердце в Православной традиции работает не только естественным образом как насос для циркуляции крови. Также, по святоотеческому учению, не мозг и нервная система являются центром нашего самосознания, а сердце [ум -νοῦς]. Потому что помимо естественно-природной у него есть еще и сверхъестественная функция. При определенных условиях [покаяние, смирение, молитва, простота и чистота сердца] оно становится местом общения с Богом, с помощью т.е. Его несозданной энергии. Конечно, это воспринимается через опыт Святых, а не через логические операции и интеллектуальное богословие»[35].

Что такое болезнь ума и сердца?

Величайшей болезнью человека сейчас и на протяжении тысячелетий, со времени его создания, является «бездеятельность [существует, но не функционирует] умной функции [ума νοῦς], или памяти о Боге [которая действует в сердце] и ее смешение с функцией мозга [логики-разумом]»[36]. Это самое большое и существенное препятствие, которое не позволяет человеку достичь познания и переживания Бога: то есть он пытается познать Его неправильным путем, неправильными средствами. Он заменяет ум-сердце разумом (логикой) и таким образом приходит к рационализму и неспособности истинно познать Бога. Потому что, как говорил нам в университетских лекциях наш блаженной памяти профессор отец Иоаннис Романидис[4], «поскольку человеческая логика имеет расчеты, он не может познать Бога. Все расчеты, все значения в человеческом сознании исходят из окружающей среды, из здания и построек. Другими словами, нет никакого расчета, никакого смысла, сошедшего с небес. Вот почему, по мнению Святых Отцов Церкви, человек должен изначально перестать отождествлять логику с разумом, чтобы открыть, что есть еще и разум, важнейший познавательный центр, единственный, с помощью которого он может найти Бога. , его Создатель и Создатель. Очистив сердце и разум от расчетов, человек может стать восприимчивым к проявлению Бога».

То есть, братья мои, как мы уже говорили выше, в человеке есть два познавательных центра, два способа понимания вещей человеком, то есть созданное природное творение, но и сам Бог. Единый центр — это ум, который действует, то есть его местонахождение — сердце. Другой центр — это разум, логика, которая работает и действует через мозг.

Только умом, причем очищенным умом, человек может познать Бога и обрести опыт переживания Бога. С помощью разума (логики) человек познает только окружающую среду, природу и сотворенное творение. То есть с помощью логики мы ни при каких обстоятельствах не можем познать Бога. Истинное познание Бога совершается исключительно и только умом, сердцем, а не логикой. Только там Христос раскрывает себя при упомянутых нами условиях, то есть смиренном, чистом и простом сердце. Бездеятельность ума или его отождествление с логикой или, что еще хуже, его невежество представляет собой величайшую болезнь человека здесь и за 7500 лет со дня сотворения мира. Лечат эту болезнь исключительно и только в духовной больнице, по мнению святителя Златоуста, Православной Церкви[37].

Откровение Бога уму и сердцу человека - это духовное знание, которым обладают не только умные, образованные, учёные. Оно не требует сложного мышления, сложного анализа и рассуждений. Духовное знание – это дар Божий, который предлагается всем, образованным и неграмотным, знающим и невежественным, умным и простым. Ведь с Тайной Святого Миропомазания мы все получили одни и те же дары, одни и те же дары Святого Духа, ни кто меньше, ни кто больше. Эти дары в чистых, смиренных и простых душах действуют и привлекают более богатую благодать Божию и ведут к большей степени переживания и познания Бога и Его нетварной славы.

Наш профессор Георгий Галитис говорил нам, что ни одного человека никогда не удалось убедить поверить в Бога с помощью логических аргументов. Никогда. Бог и Божественные истины, поскольку они нетварны и несозданны, вне разума и вне понимания, подвластны другому познавательному центру, то есть уму и сердцу.

Чтобы лучше понять функцию этих двух познавательных центров, ума и логики, обратимся к эмпирическому примеру, переданному нам святым наших дней, Ефремом Катунакским:

«Какую бы работу вы ни делали, творите молитву. Иногда вам трудно произносить молитву одновременно с работой. Однако наступит время, когда, делая какую-либо работу, занимаясь каким-либо занятием, вы одновременно будете произносить молитву. Молитва пойдет сама собой. Вы чувствуете, что у вас два мозга. Один говорит молитву, а другой выполняет разную работу, совершает любое занятие»[38]. Эти «два мозга», о которых нам говорит Старец, и есть те два познавательных центра, о которых мы говорили выше. Ум – это одно, а логика-разум – это другое. Иными словами, можно, используя логику, заниматься даже самыми трудными и тонкими умственными задачами (расчеты, учет, эксперименты, тонкие операции, вождение автомобиля и т. д.) и при этом сохранять свой разум нетронутым и полностью сосредоточенным на памяти Бога, произнося молитву: «Господи наш Иисус Христе, Сыне Божий, помилуй мя».

Лечение ума

Первое, что мы должны понять, это то, что у всех людей есть два когнитивных[5] центра: ум-сердце и логика. Второе, что мы никогда не должны путать и отождествлять ум-сердце с логикой-разумом и самое худшее – не игнорировать ум. И третье — исцелить ум от расчетов и сердце от страстей, чтобы мы имели познание, вкус, опыт Божественный, то есть видели Нетварный Свет, Нетварную Благодать, Нетварную Славу Божию, и в этой и в другой жизни – как свет, а не как огонь поядающий, огонь, который будет гореть.

И это лечение, как подчеркнул отец Иоаннис Романидис, «должно начаться [и закончиться] в этой жизни, потому что «в аду нет покаяния». Вот почему православное богословие не надмирное, не футурологическое, не эсхатологическое, а чисто внутреннее (ἐνδοκοσμική). Потому что интерес Православия обращен к человекаув этом мире, в этой жизни, а не после смерти».

И отец Иоаннис продолжает: «Все люди на земле имеют одинаковую цель с православной богословской точки зрения. Православный ли человек, или буддист, или индуист, или агностик, или атеист, кем бы он ни был, то есть каждому человеку на земле суждено увидеть славу Божию. Все люди увидят славу Божию, но с одним отличием: Воплощённые увидят славу Божию как сладкий и возвышающий Свет, а находящиеся в аду увидят ту же славу, как огонь поядающий, как огонь, который их сожжёт. То, что мы все увидим славу Божию, является истинным и ожидаемым фактом. Однако переживание этого Света для меня будет иным, чем для них»[39].

Нетварный Свет, Нетварная Благодать, Нетварная Слава Триединого Бога, по духовному опыту нашей Церкви и, насколько возможно тварными словами описать опыт переживания Творца, это действие творческой и Боготворческой. энергия Бога. Этот божественный свет неисчерпаем, сладок, грациозен и остр (чист), свет безначален и вечен, однороден, целен, который обогащает и наполняет возрождающегося человека психосоматически трансцендентальной и непостижимой радостью и невыразимым наслаждением, миром, радостью и весельем, и это источник сверхъестественных даров и откровения небесных тайн.

Сам Христос наш уверяет нас, что Бог есть Свет: «Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни»[40]. И в большинстве других случаев в Святом Евангелии Бог упоминается как Свет.

Нетварный свет – это божественная нетварная энергия Бога. В Православии мы имеем четкое различие между Нетварной Сущностью и Нетварными Энергиями Бога. У Бога есть Нетварная Сущность, которая нематериальна, безымянна, неописуема, непостижима, недоступна, невыразима, безначальна, непостижима, неприступна. Однако в Нем есть и нетварные энергии-действования, такие как созидательная, сохраняющая, просвещающая, освящающая, обоживающая и т. д., которым  человек становится причастным при определенных духовных состояниях. То есть, когда через покаяние, делание, молитву и участие в несозданнной Благодати через Святые Таинства, человек очищает свой ум и сердце.

Очищение и исцеление ума от страстей, обращение его от отступничества и возвращение к Богу происходит через покаяние. Великий святой нашего времени преподобный Паисий Святогорец особенно подчеркивал огромную потребность в наши дни покаяния: «Сегодня, если бы покаянию учили мир, только это могло бы помочь... Если бы было покаяние, дела было бы упорядочились. Может быть, может быть, мы пройдем! Пусть Бог приложит к этому Свою руку! Попросим покаяния за весь мир и за тех, кто хладнокровно творит зло в Церкви и не имеет намерения исправиться, чтобы Бог дал им покаяние и потом взял их. Поможем, чем можем, миру в покаянии, чтобы получить Божьи благословения. Покаяние и исповедь, вот что необходимо сегодня. Я всегда рекомендую покаяние и исповедь, чтобы диавол лишился своих прав, чтобы внешние бесовские влияния были отсечены»[41].

Мы особенно настаиваем на необходимости покаяния сегодня, когда беззаконие и грех активны и приобрели огромное распространение и напористость. Эти моменты современного отступничества ставят нас лицом к лицу с беспрецедентным и многогранным кризисом и особенно болезненной реальностью. Реальность, полная дилемм и тупиков, полная путаницы и разделения, сомнений и неверия, которая сопровождается преизбытком греха, отпадения бесчестия, коррупции на личном и коллективном уровне.

Отступничество, наша отдаленность от Бога и наша нераскаянность являются причиной наших нынешних и будущих страданий и проблем. Это абсолютная и насущная необходимость задуматься и смиренно признать каждую свою ошибку и свою греховность, принять и принять на себя свою долю ответственности, не всегда считая себя ответственным за все остальные.

Существенное, решительное, искреннее, слезное, присполнное боли и неуклонное покаяние – это то, что привлечет благодать, благоутробие и милость Божию и сможет предотвратить, обратить или даже отвратить во времени как настоящие, так и будущие страдания.

Здесь нам хотелось бы особо подчеркнуть ценность и важность таинства святой Исповеди, которой диавол завидует больше всего на свете и с такой яростью борется с ней, и к которой многим нашим христианам трудно приблизиться. Признание в том, что если бы мы могли реализовать параллелизм, что такое удаление или, скорее, форматирование жесткого диска компьютера, при котором удаляются все данные, которые он больше не может использовать для восстановления компьютером. Подобным же образом исповедь стирает и совершенно исчезает, то есть онтологически стирает всякий грех из ума, из памяти и из сердца человека.Каковы бы ни были эти грехи и как бы они ни были велики и многочисленны, после исповеди они никогда больше нас не беспокоят во всей нашей жизни и мы не найдем их снова перед собой даже в следующей жизни, по Божьему критерию. Уверяю Вас с абсолютной уверенностью – и как духовник, и как исповедающийся, – что таинство святой исповеди действительно спасительно. Она прощает, упокаивает, умиротворяет и восстанавливает душу верующего человека, исцеляет разум и сердце. Сердечная и братская просьба: не пренебрегайте нашим участием в этом спасительном таинстве.

 Наши возлюбленные братья, к сожалению, большинство людей, не только внецерковных, но и большинство православных христиан, совершенно не знают, что такое ум и где находятся разум и сердце, составляющие центр самосознания человека, и какова их фактическое служение, функция. Они придают уникальную ценность логике, которую абсолютизируют и обожествляют. Другими словами, они не задействуют оба когнитивных центра – ум-сердце и разум. Они пытаются познать Бога логикой, а не умом и сердцем. Вот почему в наши дни так много незнания Бога, так много отрицания Бога, так много атеизма и безбожия, и такая яростная война против нашей Церкви. Современный человек ведь, исходя из своей разумности, организовал свою жизнь и свою повседневную жизнь так, что она удушающе полна забот, занятий, различных попечений и отвлечений. Все это поглощает все его время, без малейшей возможности заняться своим духовным состоянием и ходом своего спасения.

Множество технологических преимуществ и возможностей, множество технологических приложений Интернета, социальных сетей, мобильных телефонов стали величайшим бедствием нашего времени. Постоянный поток информации, возможность доступа к данным, предоставление обновлений в каждый момент о мельчайших деталях и о самом невероятном происшествии, которое может произойти в самой отдаленной части земли, разжигают любопытство и воображение. Они обладают непреодолимым очарованием, сильным притяжением и захватывающим и опьяняющим удовольствием и наслаждением, которые ловят и заключают в тюрьму человеческий разум и делают его бездействующим. Они оставляют его логику и воображение необузданными и тревожат его страсти, так что они не могут познать Бога.

Братья, давайте будем честными, чрезмерное и длительное просиживание, до поздней ночи и раннего утра, перед телевизором, мобильным телефоном, компьютером, планшетом; постоянная занятость и участие в онлайн-дискуссиях и контакты в Фейсбуке, Инстаграме, Твиттере (Х), в Скайпе, Вайбере и многих других, они отнимают даже минимум свободного времени, создают права, постоянное раздражение и гнев, усталость, отчуждение и несметное количество страданий. И поэтому человек в конечном итоге игнорирует свой ум и сердце или отождествляет ум со своей логикой и не может познать Бога.

Братья, давайте перестанем, наконец, стремиться только к развитию своего ума и логики. И прежде всего, пусть родители перестанут предлагать своим детям только знания, знания и знания. Пусть они перестанут перегружать их многочисленными занятиями, репетиторством, иностранными языками, танцами, балетом, музыкой, рисованием, баскетболом, футболом, тхэквондо, каратэ, дзюдо, различными видами спорта, всем остальным, то есть, кроме того, что они будут развивать свой ум, Сердце и душу. А потом мы удивляемся росту подростковой преступности, а безбожное государство наивно полагает, что, увеличив наказания, только оно снизит преступность!

В мире действительно много радостей и удовольствий! Но давайте будем уверены, что есть и другая жизнь, хотим мы этого или нет. Есть Рай и Ад. Чтобы увидеть Бога как Нетварный Свет, как Небо, а не как огонь поядающий, как Ад, нам придется уврачевать, исцелить себя в этой жизни, потому что в следующей жизни нет покаяния.

Логикой мы никогда, никогда, никогда не сможем познать Бога, а только чистым и просвещенным умом, со смиренным, простым и чистым сердцем. Исцеление ума и сердца совершается в духовном санатории и больнице нашей Святой Православной Церкви ее уполномоченными врачами и врачевателями, Архиереями, то есть духовенством, монахами, проповедниками, катехизаторами, духовными учителями, и совершается только в этой жизни, а не в другой жизни.

Братья, только при этих условиях мы сможем познать Бога, прикоснуться к Нему, вкусить Его, ощутить Его, обнять Его и прежде всего увидеть Его как Божественный и Нетварный Свет, как Божественную и Нетварную Славу, как наш Рай и в этой жизни и прежде всего вечно в следующей жизни. Рожденный.

СНОСКИ

[1]Протопресвитер Георгий Металлинос. Рай и Ад в Православной Традиции. Πρωτ. Γεωργίου Μεταλληνοῦ, Παράδεισος καί Κόλαση στήν Ὀρθόδοξη Παράδοση, στό Δοκίμια Ὀρθόδοξης Μαρτυρίας, ἐκδ. Ἄθως, σελ. 182

[2] Ин. 1, 14

[3]Димитрий Целенгидис. Письмо Священному Синоду Элладской Церкви. Δημητρίου Τσελεγγίδη, Ἐπιστολή πρός τήν Ἱερά Σύνοδο τῆς Ἐκκλησίας τῆς Ἑλλάδος, 30-8-2016

[4] Ин. 14, 6

[5] Ин. 18, 37

[6] прот. Георгий Металлинос. Православие и терапия π. Γ. Μεταλληνοῦ, Ἡ Ὀρθοδοξία ὡς θεραπεία, ὅ.π., σελ. 215

[7] Быт. 1, 26-27

[8] Быт. 2, 7

[9] Кол. 1, 15

[10]  Архим. Георгий Капсанис. Игумен монастыря прп. Григория. Обожение как цель жизни человека.Ἀρχιμ. Γεωργίου Καψάνη, Καθηγουμένου Ἱ. Μ. Ὁσ. Γρηγορίου, Ἡ θέωσις ὡς σκοπὸς τῆς ζωῆς τοῦ ἀνθρώπου, Ἱ. Μ. Ὁσίου Γρηγορίου, Ἅγιον Ὄρος 2000, σελ. 14-15

[11]Свт. Григорий Нисский. Слово о душе и воскресении. Ἁγ. Γρηγορίου Νύσσης, Λόγος περί ψυχῆς καί ἀναστάσεως, PG 46, 29B, ΕΠΕ 1, Πατερικές ἐκδ. «Γρηγόριος ὁ Παλαμᾶς», Θεσ/νίκη 1990, σ. 228

[12]Прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение Православной веры. Ἁγίου Ἰωάννου Δαμασκηνοῦ, Ἔκδοσις ἀκριβής τῆς Ὀρθοδόξου πίστεως, PG 94, 924, ΕΠΕ 1, σελ. 212

[13]Прп. Никита Стифат. Главы деятельные. Сотница 1-я Ὁσίου Νικήτα Στηθάτου, Πρακτικῶν Κεφαλαίων Ἑκατοντάς Α΄, Φιλοκαλία ΕΠΕ 20, σελ. 22-23

[14]Прп. Максим Исповедник. Сотница четвертая различных глав.  Ἁγίου Μαξίμου τοῦ Ὁμολογητοῦ, Τέταρτη ἑκατοντάδα διαφόρων κεφαλαίων, Φιλοκαλία τῶν ἱερῶν Νηπτικῶν, τόμ. Β΄, ἐκδ. Τό Περιβόλι τῆς Παναγίας, σελ. 172

[15]Свт. Афанасий Великий. О терминах, О душе и уме. Ἀθανασίου τοῦ Μεγάλου, Περί ὅρων, Περὶ ψυχῆς καὶ νοός, PG 28, 548: «ἔχει δὲ ὁ ἄνθρωπος αἰσθήσεις πέντε σωματικάς,καὶ πέντε ψυχικάς·αἱ σωματικαὶ μέν εἰσιν·ὅρασις,ἀκοὴ,ὄσφρησις,γεῦσις,καὶ ἁφή…τῆς δὲ ψυχῆς τὰ αἰσθητήριά εἰσι ταῦτα·νοῦς,διάνοια,δόξα,φαντασία,καὶ αἴσθησις».

[16]Прп. Иоанн Дамаскин. Указ.сочин. Ἁγ. Ἰωάννου τοῦ Δαμασκηνοῦ, ὅ.π., PG 94, 941, ΕΠΕ 1, σελ. 236-238: «Χρή γινώσκειν,ὅτι ἡ ἡμετέρα ψυχή διττάς ἔχει τάς δυνάμεις,τάς μέν γνωστικάς,τάς δέ ζωτικάς.Καί γνωστικαί μέν εἰσί νοῦς, διάνοια, δόξα, φαντασία, αἴσθησις, ζωτικαί δέἤγουνὀρεκτικαί βούλησις καί προαίρεσις». Προαίρεση εἶναιἡ κινητήρια δύναμη τῆς ψυχῆς,ἡ ὁποίαὁδηγεῖ τόνἄνθρωπο στό καλόἤ στό κακό.Ἡ κίνηση αὐτή φανερώνεται στήν βούληση (ἐπιθυμία) πού εἶναι τό πρακτικό μέρος τῆς προαιρέσεως καί μορφοποιεῖ τό ποιόν τῆς προαιρέσεως, τό καλόἤ τό κακό.

[17]Прп. Иоанн Дамаскин. Там же. Ἁγίου Ἰωάννου Δαμασκηνού, ὅ.π., PG 94,1088

[18] Прп. Максим Исповедник. О различных недоумениях. Ἁγίου Μαξίμου Ὁμολογητοῦ, Περί διαφόρων ἀποριῶν, Ἀπορία ΡΗ΄,  Φιλοκαλία, ΕΠΕ 14Ε, σελ. 25

[19]Свт. Афанасий Великий. О Соборе в Никее Μεγάλου Ἀθανασίου, Περί τῆς ἐν Νικαίᾳ Συνόδου, ΕΠΕ 9, σελ. 50-51: «Καὶ ἡ χεὶρ δὲ ἡ πλάσασατότε τὸνἈδὰμ αὕτη καὶ νῦν καὶ ἀεὶ τοὺς μετ᾽ ἐκεῖνον πάλιν πλάττει καὶ διασυνίστησι».

[20] Свт. Григорий Богослов. О богословииἉγίου Γρηγορίου Θεολόγου, Ἔπη Θεολογικά

[21]Прп. Иоанн Дамаскин. Ἁγίου Ἰωάννου Δαμασκηνοῦ, ὅ.π., TLG, Work #003 6.13 to Work #003 6.14: «Οὐκ ἔστιν οὖν ἡ ψυχὴ ἐν σώματι͵ ἀλλὰ τὸ σῶμα ἐν τῇ ψυχῇ». Βλ. καί PG 94, 853A, ΕΠΕ 1, σελ. 128   

[22]Гомилия 19. О Самарянке. Свт. Григорий Плама. Ἁγ. Γρηγορίου Παλαμᾶ, Ὁμιλία ΙΘ΄ Περί τῆς Σαμαρείτιδος, ΕΠΕ 9, 562, PG151,260Α: «Ἡ μέντοι ψυχή συνέχουσα σῶμα,ᾧ καίἐκτίσθη, πανταχοῦ τοῦ σώματοςἐστίν οὐχὡςἐν τόπῳ οὐδ᾽ ὡς περιεχομένη (ἐννοεῖται τοῦ σώματος),ἀλλ᾽ ὡς συνέχουσά τε καί περιέχουσα καί ζωοποιοῦσα τοῦτο (τό σῶμα δηλ.) κατ᾽ εἰκόνα καί τοῦτοἔχουσα Θεοῦ». Ἡ μέν ψυχή δηλ. συνέχει τό σῶμα, μέ τό ὁποῖο ἐκτίσθη μαζί, εἶναι σέ ὅλο τό σῶμα, ὄχι σάν σέ ἕνα τόπο, καί ὄχι ὅτι περιέχεται ἀπό τό σῶμα, ἀλλά ἡ ψυχή συνέχει καί περιέχει καί ζωοποιεῖ τό σῶμα καί εἶναι βέβαια εἰκόνα του Θεοῦ.

[23]Свт. Григорий Нисский.Ἁγ. Γρηγορίου Νύσσης, ὅ.π., PG 46, 29B, ΕΠΕ 1, σ. 228

[24]Прп. Иоанн Дамаскин.  Ἅγίου Ἰω. Δαμασκηνοῦ, ὅ.π., PG 94, 924, ΕΠΕ 1, σελ. 212: «Ψυχὴ τοίνυνἐστὶν οὐσία ζῶσα,ἁπλῆ,ἀσώματος, σωματικοῖςὀφθαλμοῖς κατ’ οἰκείαν φύσινἀόρατος, λογική τε καὶ νοερά,ἀσχημάτιστος,ὀργανικῷ κεχρημένη σώματι καὶ τούτῳ ζωῆς, αὐξήσεώς τε καὶ αἰσθήσεως καὶ γεννήσεως παρεκτική, οὐχἕτερονἔχουσα παρ’ἑαυτὴν τὸν νοῦν,ἀλλὰ μέρος αὐτῆς τὸ καθαρώτατον·ὥσπερ γὰρὀφθαλμὸςἐν σώματι, οὕτωςἐν ψυχῇ νοῦς· αὐτεξούσιος, θελητική τε καὶ ἐνεργητική, τρεπτὴ,ἤτοιἐθελότρεπτος,ὅτι καὶ κτιστή. Πάντα ταῦτα κατὰ φύσινἐκ τῆς τοῦ δημιουργήσαντος αὐτὴν χάριτος εἰληφυῖα,ἐξἧς καὶ τὸ εἶναι καὶ τὸ φύσει οὕτως εἶναι εἴληφεν».

[25]Беседа для студентов Богословской школы Святого Креста в Бостоне. Ὁμιλία στούς φοιτητές τῆς Θεολογικῆς Σχολῆς, Holy Cross, τῆς Βοστώνης, Η.Π.Α., τό ἐαρινό ἑξάμηνο τοῦ 2005

[26] Свт. Григорий Нисский. Ἁγίου Γρηγορίου Νύσσης, Εἰς τοὺς κοιμηθέντας, G.N.O. IX.1, σ. 54.1-10, ΕΠΕ 10, σελ. 182-183: «Ἐπειδὴ γὰρ θεοειδὴς ὁ ἄνθρωπος ἐγέ­νετο καὶ μακάριος τῷ αὐτεξουσίῳ τετιμημένος (τὸ γὰρ αὐτοκρατές τε καὶ ἀδέσποτον ἴδιόν ἐστι τῆς θείας μακαριότητος)…εἰ γὰρ ἑκουσίως τὴν ἀνθρωπίνην φύσιν κατὰ τὴν αὐτεξούσιον κίνησιν ἐπί τι τῶν οὐ δεόντων ὁρμήσασαν βιαίως τε καὶ κατη­ναγκασμένως τῶν ἀρεσάντων ἀπέστησεν,ἀφαίρεσις ἂν ἦν τοῦ προέχοντος ἀ­γα­θοῦ τὸ γι­νό­με­νον καὶ τῆς ἰ­σο­θέ­ου τι­μῆς ἀ­πο­στέ­ρη­σις (ἰ­σό­θε­ον γὰρ ἔ­στι τὸ αὐ­τε­ξού­σιον)­». Δηλαδή: Ἐπειδή δηλαδή ὁ ἄνθρωπος ἔγινε ὅμοιος μέ τόν Θεό καί μακάριος, τιμημένος μέ τό αὐτεξούσιο (γιατί ἡ αὐτεξουσιότητα καί ἡ ἐλευθερία εἶναι ἰδιότητες τῆς θείας μακαριότητας)… Ἄν δηλαδή ἀποσποῦσε τήν ἀνθρώπινη φύση μέ τήν βία καί τόν καταναγκασμό ἀπό ὅ,τι τῆς ἄρεσε, ὅταν εἶχε ὁρμήσει σύμφωνα μέ τήν αὐτεξούσια κίνησή της σέ πράγματα ἀνεπίτρεπτα, τό γεγονός θά ἦταν ἀφαίρεση τοῦ ἐξαίρετου ἀγαθοῦ καί ἀποστέρηση τῆς ἰσόθεης τιμῆς (γιατί τό αὐτεξούσιο εἶναι ἰσόθεο).

[27] Прп. Максим Исповедник. О различных недоумениях. Ἁγίου Μαξίμου Ὁμολογητοῦ, Περί Διαφόρων Ἀποριῶν, ΛΖ΄, Φιλοκαλία, ΕΠΕ 14Δ, σελ. 194

[28] Митрополит Навпактский Иерофей. Жизнь после смерти. Μητροπολίτου Ναυπάκτου Ἱεροθέου, Ἡ ζωή μετά τόν θάνατο, σελ. 50

[29] Прп. Иоанн Дамаскин. Ἁγ. Ἰωάννου τοῦ Δαμασκηνοῦ, ὅ.π., PG 94, 1005, ΕΠΕ 1, σελ. 308: «ἡγεμονικὸν μὲν γὰρ ψυχῆς τε καὶ σαρκὸς νοῦς».

[30] Прп. Иоанн Дамаскин. Ἁγ. Ἰωάννου τοῦ Δαμασκηνοῦ, ὅ.π., PG 94, 924, ΕΠΕ 1, σελ. 212: «ὥσπερ γὰρ ὀφθαλμὸς ἐν σώματι, οὕτως ἐν ψυχῇ νοῦς».

[31] Свт. Григорий Палама. В защиту священно-безмолвствующих. Слово 1, 2 Ἁγίου Γρηγορίου Παλαμᾶ, Ὑπέρ τῶν ἱερῶς ἡσυχαζόντων, Λόγος 1,2, ΕΠΕ 2, σελ. 105

[32]Прп. Архим. Софроний. Прп. Силуан Афонский. Ἀρχιμ. Σωφρονίου, Ὁ Ἅγιος Σιλουανός ὁ Ἀθωνίτης, Ἱ. Μ. Τιμίου Προδρόμου, Ἔσσεξ Ἀγγλίας 2018, σελ. 55-56.

[33] Псалом. 33, 8

[34] Прот. Г. Металлинос. Православие и терапия. π. Γ. Μεταλληνοῦ, Ἡ Ὀρθοδοξία ὡς θεραπεία, ὅ.π., σελ. 209-210

[35] π. Γ. Μεταλληνοῦ, ὅ.π., σελ. 207-208

[36] π. Γ. Μεταλληνοῦ, ὅ.π., σελ. 210

[37]Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на книгу Бытие, слово 1. Ἁγ. Ἰω. Χρυσοστόμου, Εἰς τήν Γένεσιν Α΄, PG 53,22, ΕΠΕ 2,12

[38] http://anavaseis.blogspot.gr/2010/12/blog-post_292.html

[39]Прот. Иоанн Романидис. Святоотеческое богословие. Πρωτοπρ. Ἰω. Ρωμανίδη, Πατερική Θεολογία, ἔκδ. «Παρακαταθήκη», Θεσσαλονίκη 2004, σελ. 46-48

[40] Ин 8, 12

[41] Прп. Паисий Святогорец. Слово 2. Духовное пробуждение. Γέροντος Παϊσίου Ἁγιορείτου Λό­γοι Β΄, Πνευματική Ἀφύπνιση, ἐκδ. Ἱ. Ἡσυχαστηρίου «Εὐαγγελιστής Ἰωάννης ὁ Θεολόγος», Σουρωτή Θεσσαλονίκης, 1999, σελ. 350-352

Источник: http://aktines.blogspot.com/2024/03/blog-post_0.html#more

© перевод выполнен интернет-содружеством «Православный Апологет»2024г.