Русская Православная Церковь

ПРАВОСЛАВНЫЙ АПОЛОГЕТ
Богословский комментарий на некоторые современные
непростые вопросы вероучения.

«Никогда, о человек, то, что относится к Церкви,
не исправляется через компромиссы:
нет ничего среднего между истиной и ложью.»

Свт. Марк Эфесский


Интернет-содружество преподавателей и студентов православных духовных учебных заведений, монашествующих и мирян, ищущих чистоты православной веры.


Карта сайта

Разделы сайта

Православный журнал «Благодатный Огонь»
Церковная-жизнь.рф

Царственные страстотерпцы


Владимир Хрусталев: Как убивали Романовых

Историк-исследователь, публикатор дневников императорской фамилии о предательстве, о страстях и о казни семьи в масштабе европейской геополитики

 

Фото: Наталья Львова

Редактор серии — кандидат исторических наук и сотрудник Государственного архива РФ (ГАРФ) Владимир Хрусталев. Он занимается Романовыми всю жизнь. Он с ними страдал, с ними умирал, он их спасал. Ему и вопросы.

 

Вы давно занимаетесь царской семьей, на вашем счету десятки публикаций на эту тему. Как она вошла в вашу жизнь?

— В детстве я хотел быть криминалистом, потом — археологом, что в моём представлении также связывалось с расследованием. Но ни тем, ни другим по состоянию здоровья я заниматься не мог и пошёл в историко-архивный. Поступил и не жалел. Библиотека шикарная, закрытые фонды (с ними можно ознакомиться, но нельзя использовать). И вот там мне попалась книжка Николая Соколова «Убийство царской семьи». А у меня бабушка тоже Соколова. Не родственники ли? Я увлёкся темой и понемногу стал собирать информацию. Во время студенческой практики в ЦГА РСФСР в фонде персональных пенсионеров мне попало в руки признание Николая Жужгова, одного из убийц Михаила Романова, родного брата Николая II.

Убийц же много было?

— Да. Я всех взял на заметку и начал потихонечку их отслеживать.

Какова их дальнейшая судьба?

— Жизнь их по-разному сложилась, но совесть не мучила, и не преследовал рок. Они гордились участием в расстрелах. Несколько человек персональную пенсию получили. Хотя комендант Ипатьевского дома, член Екатеринбургского ЧК Яков Юровский (Янкель Юровских) умирал от язвы желудка в страшных муках в Кремлёвской больнице. 

 

 

У моего отца сохранилась магнитофонная запись одного из этих людей. Он был у нас дома. Я его не видела, не помню имени, а некоторые подробности его признаний знаю только со слов родителей. Он говорил, что девочки, великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия во время расстрела долго оставались в живых, потому что их корсеты были нашпигованы бриллиантами, и пули отскакивали. Им же сказали, что их вывозят из Екатеринбурга. Наверное, готовились к отъезду, надеялись, что смогут бежать. Кто бы это мог быть?

— Возможно, Петр Ермаков. Его называли «товарищ Маузер». Недавно о нём повесть вышла под тем же названием. Ермаков участвовал в расстреле, штыком добивал царевен. Когда казнили, во дворе дома завели мотор грузовика, чтобы заглушить выстрелы. По окончании экзекуции увидели, что некоторые живы. А мотор-то выключен, пальбу услышат, и кололи штыком. Но Ермаков умер в начале 1950-х.

Значит, не он. То интервью отец взял в 1970-х. Вы поддерживаете версию чудесного спасения самой младшей великой княжны, Анастасии?

— Когда всё кончилось, тела стали сносить в грузовик. Подняли Анастасию — она закричала, и её заколол Ермаков. Отсюда слухи и целая череда самозванок. Самая известная — полячка Анна Андерсон. В 1920-е годы на судебном процессе она пыталась доказать принадлежность к царской семье. Её признавали даже некоторые из Романовых, поскольку она знала вещи, известные только ближнему кругу. Скорее всего, её кто-то консультировал. Рядом с ней, между прочим, находился сын лейб-медика Николая II Глеб Боткин, который свидетельствовал, что она царская дочь. Потом она вышла замуж за американца и уехала в США. Профессор МГИМО Владлен Сироткин и следователь из Прибалтики Анатолий Грянник, оба непрофессиональные историки, нашли некую грузинскую даму и выдавали её за Анастасию. Она написала книжку «Я Анастасия Романова», и эти двое стали готовить презентацию. Дама к тому времени успела умереть, но они продолжали выдавать её за живую. Странная история. Далее этот самый Грянник опубликовал монографию «Завещание Николая II» и утверждал, что царская семья под фамилией Берёзкиных жила на Кавказе и что туда якобы приезжали Елизавета Фёдоровна (которую убили в Алапаевске и чьи останки лежат в Иерусалиме), и Михаил Романов (которого убили в Перми и чьи останки до сих пор не найдены). По этой версии, все они прожили долгую жизнь и благополучно скончались неподалёку от Сухуми. Шизофрения какая-то.

Подобные мифы просто так не рождаются. Как долго в России и в эмигрантской среде оставалась надежда, связанная с восстановлением монархии?

— Сохранились воспоминания Татьяны Мельник-Боткиной, дочери лейб-медика Николая II. Она писала, как их везли из Екатеринбурга до Тюмени. Туда железной дороги не было, стояла зима, и пароходы не ходили. Везли на повозках. Когда они через деревни проезжали, меняли лошадей, крестьяне принимали их за царский кортеж и говорили: «Слава Богу, царь-батюшка возвращается! Скоро порядок будет». Но Николая II затем и убили, чтобы этот порядок не вернулся никогда. С другой стороны, белогвардейскому движению во время гражданской войны нужна была общая идея, и такой идеей стало возвращение монархии. Это не был их официальный лозунг: большинство белых отрицали монархию, были кадетами, эсерами, октябристами… Но им было важно сохранить единый фронт антибольшевистский, и потому они негласно делали ставку на царя: что не умер, что где-то скрывается и скоро вернётся и примирит всех. По этой причине многие не верили ни в изыскания Николая Соколова, который представлял версию белого движения, ни в другие расследования по убийству Романовых, которые множились с конца 1918 года, опасаясь эту идею потерять. Белогвардейские газеты часто публиковали сообщения, что брат Николая II, в.к. Михаил, то в Омске появился, то у Врангеля в Крыму, то в Индокитае, в Лаосе, то где-то ещё. Такие «утки» долго летали. Частично сами большевики пускали эти слухи. Ведь, по официальной версии, убили только царя, а царскую семью вывезли, и среди прочих Анастасию. Её особо упоминали, что она спаслась. Нашли даже какую-то особу, которую выдали за неё. Но оказалось, это какая-то чуть ли не воровка, и её быстро разоблачили. И о Михаиле, когда его расстреляли, официально писали, что он бежал и якобы объявился в Омске и призвал освободить Россию от большевиков. Более того, спустя месяцы после его смерти подготовили сообщение, что он задержан и ведётся следствие ЧК. Уже этот текст в типографии набрали, но в последний момент дали команду отменить, чтобы лишний раз внимание не привлекать. И в газетах остались пустые места. А в одном уездном листке снять не успели, и в печать проскочило, что Михаил арестован вместе со своим секретарём англичанином Джонсоном.

Кем был автор книги Николай Соколов, почему он расследовал?

— До революции он жил в Пензе и был судебным следователем, а когда началась Гражданская, переоделся в крестьянское платье, перешёл на сторону белых и в конце концов попал к Колчаку. Хотя следствие по делу убийства Николая II уже велось, он посчитал, что сделает это лучше, и занялся им сам. Но он приступил только в феврале 1919 года, то есть через полгода после расстрела. К этому времени многие улики были утеряны.

 

Ставка

Начальнику штаба

     В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три

года поработить нашу Родину,  Господу Богу угодно было ниспослать

России  новое тяжкое испытание.  Начавшиеся  внутренние  народные

волнения  грозят  бедственно  отразиться  на  дальнейшем  ведении

упорной войны.  Судьба России, честь геройской нашей армии, благо

народа,  все будущее дорогого нашего Отечества  требуют доведения

войны  во  что  бы то ни стало до победного конца.  Жестокий враг

напрягает последние силы,  и уже  близок  час,  когда  доблестная

армия   наша  совместно  со  славными  нашими  союзниками  сможет

окончательно сломить врага.  В эти решительные дни в жизни России

почли мы долгом совести облегчить народу нашему тесное единение и

сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и  в

согласии с Государственной думою признали мы за благо отречься от

престола  государства Российского  и  сложить  с  себя  верховную

власть.  Не  желая расстаться с любимым сыном нашим,  мы передаем

наследие наше брату нашему великому князю Михаилу  Александровичу

и   благословляем   его  на  вступление  на  престол  государства

Российского.   Заповедуем    брату    нашему    править    делами

государственными    в    полном    и   ненарушимом   единении   с

представителями  народа  в  законодательных  учреждениях  на  тех

началах,  кои  будут  ими установлены,  принеся в том ненарушимую   123

присягу. Во имя горячо любимой Родины призываем всех верных сынов

Отечества   к   исполнению   своего   святого   долга  перед  ним

повиновением царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь

ему   вместе   с   представителями   народа  вывести  государство

Российское на путь победы,  благоденствия  и  славы.  Да  поможет

Господь Бог России.

 

     Подписал: Николай

г.Псков. 2 марта, 15 час. 1917 г.

Министр императорского двора генерал-адъютант граф Фредерикс

До гробовой доски

Если попытаться определить роль последнего царя в русской истории — в чём она? Разве это не роль закланного агнца, жертвы? Весь его путь, начиная с коронации на Ходынке и заканчивая расстрелом в Екатеринбурге, — сплошное жертвоприношение, кровь.

— Так думали не все. Одни видели в февральской революции грех и ужас: смена режима, помазанника Божьего скинули с трона. Для них Николай был царь-агнец. А другие считали, что таким образом они освободились от царизма и теперь их ждёт светлое будущее. И в разные эпохи восприятие тоже меняется. Нельзя однозначно ответить на этот вопрос.

Великие княжны Татьяна и Анастасия везут воду для огорода. Лето 1917

В августе 1915-го государь сменил на посту главнокомандующего своего двоюродного дядю, в.к. Николая Николаевича, Николашу. Это не жертва? Ведь он понимал, что оппозиция его заклюёт. Зачем он это сделал?

— Он с самого начала войны хотел занять эту должность, но его отговорили, и он назначил Николая Николаевича. Временно, поскольку всегда мечтал руководить армией сам. Между тем, к концу 1914 года ситуация на фронте изменилась. Сначала-то мы наступали, Львов и Галич взяли...

...«исконно русские города», как пишет князь Константин Константинович…

— Да, хотя они переходили из рук в руки и в конце концов оказались в Австрии. Но уже в августе-сентябре 1914 наши понесли поражение от немцев. Две армии почти погибли, главнокомандующий 2-й армии генерал Александр Самсонов застрелился. В 1915 году немцы вошли в Прибалтику, выбили нас из Галиции, и среди русских паника началась. Стало ясно: надо срочно что-то предпринимать. Между тем Николай Николаевич вёл свою игру. Неудачи на фронте он списывал на военного министра Сухомлинова, который не обеспечил поставки оружия. Его стараниями этого министра отстранили и отдали под суд. Вслед за Сухомлиновым он пытался других министров переназначать, меняя их на демократов, близких Думе. Николай II сначала его слушал, но Александре Фёдоровне это не нравилось, и Распутину тоже. И они стали внушать государю, что Николай Николаевич забирает власть. А тут слухи пошли, что-де Николай Николаевич заявил:

Распутин в Ставку приедет – я его на суку повешу, а царицу отправлю в монастырь, чтобы она в дела не лезла.

И царь, видя, что дела на фронте неважные, а в тылу заговор, отослал Николашу на Кавказ и сам встал во главе армии. Это было правильное решение. Таким образом он пресекал критику в адрес военного начальства. Потому что одно дело критиковать Николая Николаевича, а другое — царя. И все сразу осеклись. Так что здесь преобладают соображения государственной необходимости, а вовсе не жертвенность. Он жертвовал, да. Своей репутацией, если бы война покатилась до Москвы. Но, по смене военного руководства, ход боевых действий стабилизировался, и военная промышленность стала набирать обороты. Пошли поставки снаряжения из-за границы, ужесточился контроль военных заказов в стране, армия вновь перешла в наступление и вновь чуть не до Львова дошла. Возглавив Ставку, царь спас положение

В последней всероссийской переписи в графе «род занятий» Николай II написал: хозяин земли русской. Он сам себя так определил: не воин — хозяин. А звание его было полковникЕго он получил ещё до венчания на царство и в нём остался, приняв верховное командование. Насколько статус главнокомандующего соответствовал его самоощущению?

— Пост главнокомандующего был для него равносилен царскому званию. И то и другое он понимал как свой священный долг. Он помазанник Божий, давал клятву на Библии хранить верность России и самодержавию. И как он не волен был выбирать, быть ему царём или нет, так не мог отклониться от поста главнокомандующего. А полковника он ещё до женитьбы получил, когда командовал ротой Лейб-гвардии Преображенского полка. Сам Александр III, между прочим, ещё в 18 лет генералом стал, а Николай следовал по всем ступеням и дошёл до полковника. Он по-настоящему служил. В лагерях был, командовал батальоном. А когда Александр III умер, он посчитал, что раз отец ему это звание дал, он его за собой и оставит. Но в любом случае он верховный главнокомандующий по статусу. Как сегодня президент Путин: по званию не генерал, но всё равно главнокомандующий. Детей дома Романовых специально готовили и по университетской программе, и по военной. Каждый мужчина-Романов считался военным.

Не только мужчины. И императрица Александра, и великие княжны-дочки были полковницами.

— Женские воинские звания почётные. Татьяна и Ольга считались полковниками, но не служили, а были шефами гусарских полков. А касательно того, считал ли себя Николай II военным, есть воспоминания, как ещё до войны государь испытывал форму во время учений пехотного полка. По окончании учений он заполнил почётную книжку солдата: Звание — СолдатСрок службы — До гробовой доски.

 

Большой большевистский секрет

Вы расследовали «дело Романовых», но это было расследование в стол?

— Неофициально я собирал материалы не столько по царской семье, сколько по великим князьям, которых тоже расстреляли. А официальная моя кандидатская диссертация называлась «История создания системы государственных заповедников Российской Федерации». Мой отец был военным, сначала на Дальнем Востоке служил, на озере Ханка, после в Средней Азии и на Украине. Был охотником, грибником, увлекался рыбалкой и меня брал с собой. Я любил эти путешествия.

Вы помните, как впервые поняли, что вся семья уничтожена? Это же был наш большой советский секрет. О Николае Александровиче и царице ещё было известно, но что детей убили, врача Боткина, сестёр и братьев, знали немногие.

— О детях я слышал, когда совсем маленьким был, и это впечатление врезалось. Моя бабушка Женя родилась в один год с цесаревичем, в 1904-м. Часто повторяла, что она с ним ровесница. Мне странно было это слышать. В школе одно говорят, бабушка другое. Казалось, то время страшное, людям сложно жилось — что вспоминать? Но она не рассказывала, что детей тоже убили. Об этом я узнал позже, когда Соколова прочитал в 1967 году.

И как вы это восприняли?

— Как… Ужасно! Мы с другом по интернату маршировали и «Боже Царя храни» пели. Меня вот ещё что возмущало: есть царская история, а есть советская. И одно с другим часто не совпадает. Я увлекался русско-японской войной, 1-й и 2-й Тихоокеанскими эскадрами. И вот, спрашиваю учителя о крейсере «Авроре», о его участии в боевых действиях. А она — «не знаю, был он там или нет». Но я-то читал у Новикова-Прибоя в «Цусиме» и в «Порт-Артуре» Степанова — был!

Теперь точно установлено, чей был приказ расстрелять Романовых?

— До сих пор спорят, хотя в записке коменданта Ипатьевского дома Юровского читаем: «Пришёл приказ из Москвы через Пермь на условном языке» (телеграммы тогда шли не напрямую, а через Пермь). Значит, о расстреле. Потому что была договорённость о сигнале сверху на условном языке.

Имена отдавших приказ?

— Ни в одном документе их нет, но подразумевается, что это Ленин и Свердлов. Существует мнение, что во всём виноваты местные власти, — Петросовет, Уралсовет. Но ведь известно, что военный комиссар, секретарь Уральского областного комитета Филипп Голощёкин (настоящее имя Шая Ицович-Исакович, партийная кличка Филипп), ездил в Москву в июне-июле 1918 года перед левоэсеровским мятежом и спрашивал, как поступить с царём. Он, кстати, дружил с Яковом Свердловым и в эту поездку проживал в его доме. Но вернулся ни с чем. Не дали санкцию ни в тыл их увезти, ни в Москву, где подручнее суд устраивать. Нет, велели на передовой держать, хотя наступали белочехи и Сибирская армия. Уже, видно, боялись. Привезёшь в Москву, немцы скажут: давайте нам, по крайней мере, царицу обратно. Но, возможно, с немцами договорились. Получили карт-бланш на участь Романовых. Незадолго до казни Голощёкин обратился к Урицкому и Зиновьеву в Петроград, так как царя вроде судить собирались. А куда судить, если белые наступают, того и гляди Екатеринбург возьмут? Те дали депешу в Москву: «Филипп спрашивает, что делать». В конце концов, Юровский записал, что приказ из Москвы получен. Но это косвенные свидетельства, потому что есть масса шифротелеграмм, которых никто не читал.

Государь с детьми и прислугой на царскосельском огороде. Весна 1917

Какое отношение к расстрелу имел Троцкий?

— Он сам в эмигрантских дневниках отрицает своё участие в этих событиях — дневники опубликованы. Он утверждает, что в июне 1918 он находился на фронте. Но в действительности, когда принимали решение о расстреле, он находился в Москве. Он пишет, что спросил у Свердлова: «Расстреляли всю семью?» — «Да». «А кто принимал решение?» — «Мы здесь»«Мы» — это Свердлов, Зиновьев и в целом политбюро.

А Войков?

— Его имя связывают с расстрелом царской семьи. Но это миф. Считается, что это он оставил немецкую надпись в комнате ипатьевского дома, где был расстрел. Мол, Юровский безграмотный, а Войков жил за границей, владел языками и мог это написать. В действительности он в расстреле не участвовал. Это мелкая сошка. Он был комиссаром по снабжению в Екатеринбурге.

Что за надпись?

— Belsatzar war in selbiger Nacht von seinen Knechten umgebracht — В эту ночь Валтасар был убит своими холопами. Это цитата из стихов Гейне о библейском царе Валтасаре. Её обнаружили белые офицеры, когда вошли в Екатеринбург. Написано на обоях. Этот кусок вырезали, он оказался в архиве Соколова, был вывезен за границу и в конце концов появился на аукционе. Сейчас фрагмент этой надписи вернулся в Россию. Возможно, это белочехи писали. К приходу белых в Ипатьевском доме уже перебывало много народа.

Вы очевидец и участник процесса раскрытия правды о екатеринбургском и алапаевском расстрелах. Как он шел?

— Он начался с приходом Ельцина, который привёз в Москву свою команду, историков, профессоров Свердловского университета. В начале 1990-х приехал Рудольф Германович Пихоя — возглавил Главный архив. Приехал профессор Юрий Алексеевич Буранов. Его темой была история металлургии Урала.  Но там волей-неволей, когда материал собираешь, на это выйдешь. Буранов работал в Центральном партийном архиве, но ходил заниматься с документами по Романовым в ЦГАОР (Центральный государственный архив Октябрьской революции, сейчас ГАРФ), и меня пригласили его консультировать. Это было в конце 1980-х, а в начале 1990-х у нас уже были публикации в «Совершенно секретно» Артёма Боровика.

Это первые публикации архивов царской семьи?

— Да. Мы с Бурановым подготовили два материала: «Голубая кровь» — о расстреле великих князей и их окружения в Алапаевске в 1918 году и «Неизвестный дневник Михаила Романова — это последние записи Михаила Александровича за 1918 год, фрагмент его дневников из Пермского архива. После мы нашли этот же фрагмент за 1918 год в Москве. В Питере в основном хранились документы дворов императорской фамилии. Если этой темой заниматься, то все архивы надо знать и областные тоже. Конечно, большая часть материалов попала в архивы ФСБ (прежде КГБ) и партийные архивы. К ним доступ сложнее, и опять же надо знать, где искать. На Западе сохранились документы тех, кто сумел бежать. Это фонд великой княгини Ксении Александровны, родной сестры Николая II. Частично — фонд Александра Михайловича (Сандро), троюродного брата и друга царя. Их документы попали в основном в библиотеки американских университетов.

Кому из Романовых удалось выехать?

— Убиты 18 членов императорской фамилии. Бежали те, кто оказался в Крыму: вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, Александр Михайлович, Николай Николаевич — главком российской армии в 1914-1915 и 1917 годах и двоюродный дядя царя, его брат Петр Николаевич. В Брестском договоре есть параграф о том, что немцы и выходцы из Германии имеют право в течение 10 лет свободно выехать из России. Немецкие принцессы, жены великих князей и их дети под эту статью подпадали. А скажем, Константиновичи (дети великого князя Константина Константиновича, К.Р. –Прим. ред.) не только подпадали, поскольку их мать, Елизавета Маврикиевна, Мавра, была немкой, но ещё и в очереди престолонаследия не стояли! Они даже не были великими князьями, а только князьями императорской крови. Всего их было почти 50 человек — членов императорской фамилии. Гавриила Константиновича с туберкулёзом держали в Петербурге в тюрьме, и только благодаря Горькому, позволили в лечебницу переехать, а после в Финляндию. С другой стороны, все были под арестом, но в.к. Владимир Кириллович, а потом и Керенский сумели бежать в Финляндию. Существовал список императорской фамилии, по нему арестовывали. Сразу после революции этим занимался Петросовет. Но такое же постановление было выпущено ещё при Временном правительстве. Причём официально оно предписывало только арест царской семьи — т.е. Николая II, Александры и детей, — а негласно все Романовы должны были находиться под стражей и там, где их застала революция. Например, Мария Павловна, тётка Николая II (с 1909-го — президент Академии художеств, в 1910-х вместе с великим князем Николаем Михайловичем возглавляла великокняжескую оппозицию Николаю II), с сыновьями Андреем и Борисом оказалась на отдыхе в Кисловодске и там была арестована. Как им удалось спастись, непонятно. Возможно, взяткой откупились и сумели спрятаться. Они скрывались в горах, пока белые не пришли, а когда те начали отступать, в 1920 году выехали морем в Европу. Кроме них в Кисловодске оказалось несколько генералов, в т.ч. командующий Северным фронтом генерал Рузский.

Это тот царский адъютант, глава псковской Ставки, который принуждал Николая отречься, руки выламывал?

— Да. Его и других военачальников не просто убили — искромсали шашками. А старший брат Константина Константиновича (К.Р.) Николай Константинович был арестован в Ташкенте, куда его ещё в царские времена сослали. У него любовница была, американка, — то ли актриска, то ли танцорка. Денег ей на подарок не хватало, и он украл драгоценные камни из оклада фамильной иконы из Мраморного дворца. Был страшный скандал, Александр II сослал его в Среднюю Азию. Там он и помер, хотя говорят, что его убили.

А великую княгиню Елизавету Фёдоровну задержали в Москве...

— Да, в Марфо-Мариинской обители, которую она основала. Был третий день Пасхи 1918-го. Её арестовали и вместе с двумя помощницами увезли в Пермь. Одну из них отпустили, другая осталась с Елизаветой Фёдоровной, её тоже убили. В Перми тогда многие Романовы находились. Потом решили их в Екатеринбург свезти. Свезли в Екатеринбург — вроде, многовато. И тех, кто непосредственно в семью не входил, переправили в Алапаевск.

В 1992-м Елизавету Фёдоровну канонизировали, а при жизни её ненавидели и травили. В 1915–1916 годах она стала любимой мишенью московских погромщиков. Потому что немка и родная сестра императрицы Александры Фёдоровны?

— Кто не знал, как она людям помогала, те ненавидели. Во время войны пропаганда против немцев велась страшная. А кто знал, относились с любовью. Когда погромщики пошли на Марфо-Мариинскую обитель, её отстояли.

В общей сложности Романовы содержались в восьми местах: Тобольск, Петербург, Крым, Ташкент, Кисловодск, Пермь, Екатеринбург, Алапаевск. Я все назвала?

— В девяти — ещё Вологда. Туда увезли двоюродных дядей Николая II: великого князя Николая Михайловича, он историк был, его брата великого князя Георгия Михайловича, управляющего Русским музеем, а также великого князя Дмитрия Константиновича, управляющего государственным коннозаводством.

Кого убивали в Алапаевске?

— Детей князя Константина Константиновича — Игоря, Иоанна и Константина Константиновича, великого князя Сергея Михайловича, родную сестру императрицы Елизавету Фёдоровну и Владимира Павловича Палия — сына великого князя Павла Александровича, который хотя и носил другую фамилию, также принадлежал к царской семье. Их тела пытались уничтожить, как и останки царской семьи. Кинули в шахту. И после того как её не удалось обрушить, закидали мусором.

И это особая тема. Дело в том, что подлинность царских останков официально признают не все. Есть разночтения у исследователей разных лет. Например, Николай Соколов и Константин Дитерихс, которые писали о Романовых в 1920-е, свидетельствуют, что тела сожгли. Соколов нашёл фрагменты, оплавленные пули, но самих останков не обнаружил и склонялся к тому, что их уничтожили. Белоэмигранты утверждают, что царскую семью уничтожили, а тут вдруг раз — останки нашлись. Лично я считаю, что они подлинные, хотя, конечно, надо всё перепроверять. В ходе следствия много искажений допущено.

В начале 1990-х была создана комиссия по царским останкам. Вы принимали в ней участие?

— Я входил в экспертную группу при комиссии, наблюдал за её работой. И меня вот что поразило. Во-первых, её состав. Бог знает кто, несведущие люди. Замминистра текстильной промышленности! А во-вторых, не все документы смотрели. Многие уральские архивы за лето 1918 года пропали, и никто даже не пытался серьёзно искать. Открыли партийный архив за этот период — не находим! Может, пропали, может, уничтожили, когда Екатеринбург эвакуировали в Вятку. Но там ни белых, ни немцев не было, потерять не могли. Некоторые материалы всплывают на Лубянке. Неожиданно! Ведь когда комиссия по останкам обращалась, там клялись, что по убийству Романовых у них ничего нет, а спустя годы вдруг целых два тома по царской семье оказалось.

С чем это связано?

— Возможно, плохо знают свои архивы первых лет советской власти. А есть версия, что часть документов разбомбило во Вторую мировую во время эвакуации. Их же из Москвы вывозили. На Волге баржа погибла, и многие материалы, — например, наркомата земледелия — тогда пропали. Это засвидетельствовано в актах, я эти акты видел. Но и найденных материалов достаточно, чтобы понять: оба убийства идентичны, фактически это был один приказ. В Екатеринбурге убили в ночь с 16 на 17 июля 1918 года. В Алапаевске — сутки спустя. Тела царской семьи раздели, вещи сожгли. Это засвидетельствовано похоронной командой чекистов. Алапаевцев сбросили в шахту живьём, с документами, в одежде. Акты, составленные белогвардейцами, удалось разыскать. Согласно им, тела кинули в шахту и пытались взорвать в обоих случаях, и в Алапаевске, и под Екатеринбургом. А комендант Ипатьевского дома Юровский пишет, что временно хотели их там поместить. Как временно, если вы гранаты в шахту кидаете! Вскоре о расстреле царской семьи начали говорить, и чтобы пресечь слухи, к останкам вернулись, свозили керосин, серную кислоту… Видимо, сами не знали, что делать. Нельзя было, чтобы их нашли. В «Правде» и «Известиях» тогда написали: «В связи с угрозой захвата царя белочехами по решению Уралсовета его расстреляли. Семья находится в надёжном месте». И немцам сообщили то же самое.

Кузен Джорджи и тетя Alix

Вы сказали — с расстрелом тянули. Почему?

— Потому что первоначально было решение судить. Предполагалось, что Троцкий устроит какой-то процесс.

Или ожидали, что царскую семью вывезут? Начиная с Петра Романовы женились на немках, с другими дворами Европы тоже были родственные отношения. Мать Николая II, вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, — дочь короля Дании. Её родная сестра Александра, вдовствующая королева Англии, приходилась матерью английскому королю Георгу V и родной тётей Николаю. Кузен Джорджи и тетя Alix (не путать с Аликс — жена Николая II, императрица Александра Фёдоровна. — Прим. ред.) не пытались?

— Нет. Хотели бы — возможности были и у немцев, и у англичан.

Известно, что британский брат побоялся дать убежище русскому брату. Официальный предлог — парламент проголосовал против. Но это предлог, а он сам-то этого хотел? В письмах к российским родственникам он подписывался «кузен и старый друг Джорджи». У них были хорошие отношения с Николаем?

— Да, пока тот был у власти. А потом от него решили откреститься. Зачем нужен отставной царь? У Николая отношения с Георгом были доверительные. Во время войны пошли слухи, что втайне от Англии мы с Германией готовим сепаратный мир. Дескать, государыня-немка и Распутин составили немецкую партию, которая на это играет, и Англия-де проливы нам не отдаст (согласно союзному договору, в случае победы Антанты проливы Дарданеллы и Босфор отходили России. — Прим. ред.). Кто-то специально распускал эти слухи. Может, немцы, может, наши фабриканты. Потому что в случае победы России власти им не видать, а пока война — удобный момент отделаться от царя. И вот этот сюжет Николай II и Георг V в письмах обсуждали. Джорджи писал: вы этим слухам не верьте, они враждебны, немцы мириться не хотят, а проливы мы отдадим. А государь ему: да, есть люди, которые хотят нас поссорить. Но мы с Германией мириться не станем, будем воевать до конца. Они друг друга уверяли в верности. Об этом свидетельствуют участники событий. Английский военный атташе Уильямс, который находился при нашей Ставке, лично обсуждал с государём этот вопрос, его мемуары опубликованы.

Но то политика, а родственные связи?

— Александра Фёдоровна в письмах Николаю II со слов тети Alix сообщала подробности жизни британской родни. Что один погиб на фронте, другой женился... Речь о вещах бытовых, рутинных, семейные отношения они поддерживали. Всё это читаем в их фронтовой переписке, которая опубликована. Недавно вышел здоровенный том — «Переписка Николая и Александры». Это фактически вся их корреспонденция военных лет. Она, кстати, и в 1920-е годы издавалась — в 5 томах с 1923 по 1927 год. Потом её опубликовал историк масонства Олег Платонов под названием «Николай II в секретной переписке».

Со времён Иоаннов III и IV Англия «играла» против нас. И в 1917-м российская оппозиция, члены Временного правительства консультировались в британском посольстве. Это документально подтверждено. В то же время личные связи между двумя дворами были крепкие. Мария Фёдоровна подолгу гостила у сестры в Мальборо-хаус. Дети, внуки её воспитывались в английской традиции: у всех были воспитатели-англичане, все владели английским языком и даже дневники вели на английском. Главным англоманом среди Романовых был родной брат Николая, в пользу которого он отрёкся, великий князь Михаил Александрович. Он искренне любил Англию, там отбывал «ссылку» в 1912–1914 годах. У Англии были резоны их не спасать. Но разве это не предательство? «Корпоративное» — монарх предает монарха и кровное — брат брата.

— Официально считается, что Николая II «сдали», потому что английское правительство было против его пребывания в Англии во время войны. В стране тогда заправляли лейбористы, то есть левые, — якобы они на таком решении настояли. Английский посол Бьюкенен в своих мемуарах эту версию подтверждает. А когда в 1990-х проводилась экспертиза по царским останкам, и председатель комиссии, директор ГАРФ Сергей Мироненко ездил со следователем Соловьевым в Англию, он собственными глазами видел дневники Георга V. В них написано, что это его распоряжение, он лично давил на правительство, чтобы оно не принимало Романовых. То есть официальная версия была сфабрикована, чтобы выгородить короля.

В его дневниках можно проследить момент колебания, выбора, или Джорджи руководствовался только политической целесообразностью?

— Я этих документов не видел, но известно, что как только февральская революция произошла, и царь отрёкся, Георг V телеграммой пригласил царскую семью в Англию, и, похоже, Николай II был готов это предложение принять. Но дети болели, корь, у всех температура 40, куда их везти! И Николай поехал в Ставку сдавать дела. Да вроде никто никого не трогал, все пока были на свободе. Керенский даже обещал, что он сам сопроводит их до Мурмана, а там посадит на крейсер, и они уедут в Англию. Об этом и в газетах писали. Но Петросовет во главе с Троцким заявил: как это вы императора выпустите за границу! Он там контрреволюцию организует! Срочно арестовать и в Петропавловскую крепость! Однако тогда Троцкий ещё должен был согласовывать действия с Временным правительством. А оно было против, и заключили компромисс: арестовать не всех, а только царскую семью и содержать не в крепости, а кто где находился. Фактически это был домашний арест. Ну а вскоре Временному правительству уже стало не до царской семьи. Пока оно за свои портфели сражалось, случился октябрьский переворот, и Николая II с семьёй вместо Англии отослали в Тобольск.

Все были уверены, что вот-вот рассосётся. Велики князь Михаил Александрович в дневниках писал: всё улаживается. За февраль-март 1917 каждый день такие пометки.

— Считали так. А когда большевики сепаратный мир объявили, стало ясно: происходит что-то странное. Ведь Николая II как раз в этом обвиняли, что он, предатель, хочет с Германией мир заключить, и за это свергли. А получилось, захватив власть, большевики так и поступили. Почему? Потому что немцы их финансировали. Февральская революция фактически на немецкие деньги произошла. Так же, как первая русская — на японские. И Кровавое воскресение на них же устроено. Всё это спланированные провокации, осуществлённые на японские и немецкие деньги при поддержке местных революционеров. И Япония в 1905-м, и Германия 1917-м были кровно заинтересованы, чтобы Россия ослабла. Германия находилась на грани поражения, во что бы то ни стало надо было вывести нас из войны. Ещё в июле 1917-го Германия пыталась спровоцировать вооружённое восстание, но тогда Керенский большевиков разогнал и Ленина объявили в розыск.

К февральской революции царская семья находилась в Петрограде. Когда и почему её оттуда вывезли?

— Если говорить о семье как таковой — Николае, Александре и детях, — их переправили в Тобольск в ночь с 31 июля на 1 августа. Что касается в.к. Михаила Александровича и других великих князей, ещё в марте 1918 года был приказ Петроградской коммуны убрать их из Петрограда. Большевики сами как раз тогда в Москву рванули, столицу перенесли из-за немецкой угрозы. Немцы, с одной стороны, подписали мирный договор, а с другой — наступали, оттяпали пол-России, включая Украину. А положение было такое, что если царь отрёкся от престола, то Михаил не отрекался! Документ, который он подписал, подразумевал, что выбор правления осуществит Учредительное собрание. Он не отрёкся, а «подвесил» вопрос. То есть опасность реставрации сохранялась. Поэтому разогнали Учредительное собрание (5/18 января 1918 года, в день созыва), а всех Романовых вывезли из Петрограда.

Есть версия, что Николай II тоже не отрекался, и его подпись на Манифесте подделана.

— Историк Пётр Мультатули придерживается этой версии. Но путч есть путч. Та же Екатерина II — у кого там она подписи спрашивала? Если посмотреть акт отречения, то это не манифест в собственном смысле слова, то есть составленный по всем правилам, а телеграмма, которую царь согласовывал со Ставкой. При этом считается, что он отрёкся добровольно, хотя в действительности сделал это по принуждению, и стало быть, противозаконно. То, как оформлен акт отречения, — это незаконно! Разные силы были заинтересованы в отречении Николая Романова. И русские масоны, и западные державы. Была общая цель — выбить Россию из игры. Потому что в войне чаша весов перевешивала в пользу Антанты. Достанься России черноморские проливы — Англии бы не поздоровилось. Оттуда до Египта рукой подать, Сирия рядом, Палестина. Русские тогда были в Иране, — а его англичане традиционно считали сферой своего влияния.

Вы имеете в виду обсуждаемый с начала 1917 года передел мира между союзникам? По этому плану России отходили Дарданеллы с Босфором и Константинополь, о котором ещё Потёмкин мечтал, и Павел I, назвавший своего первенца Константином — в честь византийского императора и с прицелом на расширение империи.

— Это ещё в 1915 году обсуждали. Переворот означал, что будет новый царь, причём обязательно конституционный монарх, как в Англии, и будут новые договорённости, то есть тогда и соглашения могут быть пересмотрены. Но когда в России всё покатилось, они уже, кажется, сами были не рады.

Англия была за революцию-конституцию, но не за революцию-хаос и власть большевиков?

— Да, и в этой сложной комбинации не одна Англия участвовала. Англичане опасались сепаратного мирного договора России. Если Россия только выходит из войны, сколько немецких дивизий освобождается! Они бы этих французов одним махом, а дальше — на англичан. Но главная причина событий 1917 года — не в Англии, а в нашей так называемой демократии и социал-демократии революционной. Как и во время русско-японской войны, так и в 1917-м российская оппозиция пыталась во что бы ни стало добиться конституционной монархии. В 1905 году она состоялась, но этого уже казалось мало, и вскоре Земгор — была такая общественная организация — выступил против действующей власти. Получается, чем больше уступаешь, тем больше требований. А с началом войны стали добиваться и военного поражения, чтобы царизм пал: «Перевести войну Империалистическую в войну гражданскую!» Когда это произошло, все социальные завоевания, при царе достигнутые, рухнули. Знаете, в Первую мировую пленных содержали с обеих сторон, их обслуживал Красный Крест. Если из плена возвращались или бежали, то были герои. Сталин же заявил — у нас пленных нет, только предатели. Строили справедливый мир, строили равенство, но лозунги у «строителей» одни, а действия совершенно другие. Эта коллизия всегда повторяется и всегда возмущает. Обещали землю крестьянам, заводы рабочим, а в итоге что? Фактически у нас был государственный капитализм. Это стало очень скоро понятно, и без подмоги красных латышей едва ли большевики усидели бы. Когда убили немецкого посла Мирбаха, наступил критический момент. Немцы напряглись очень, и, мне кажется, чекисты от испуга расстреляли царскую семью.

 

Попытки спасения

Известно, что были попытки освободить государя. Одну из них предпринял адъютант и друг Михаила Александровича, Ризочка - есаул Собственного Его Императорского Величества конвоя Александр Петрович Риза-Кули-Мирза Каджар. Ему даже удалось инкогнито пробраться в Екатеринбург. До этого в Тобольске пленников посетила фрейлина высочайшего двора Маргарита Хитрово. На что они рассчитывали?

— Всё это не более чем благие пожелания, никто не предпринимал ничего серьёзного. Маргарита Хитрово была подругой старшей дочери Николая II Ольги Николаевны. Она ездила в Тобольск ещё при Временном правительстве. Как только царскую семью туда отвезли в 1917 году, она тут же отправилась к ним в гости. Ведь их из Петрограда увозили в тыл, подальше от немцев, «на свободу». И вот эта Маргарита, видать, по дороге что-то неосторожно сказала: де, едет навестить, везёт письма от родственников. И тут же была арестована по подозрению в заговоре. Её вскоре выпустили, но под этой вывеской арестовали в.к. Михаила Александровича в Гатчине и Павла Александровича (дядя Николая II) в Петрограде. И после, между прочим, большевики часто к этой теме прибегали. Несколько раз публиковали сообщения, что якобы кто-то пытается освободить царя.

Николай II со своими детьми на крыше "Дома Свободы" в Тобольске. Весна 1918

Значит, ни Ризочка, ни другие в действительности ничего не предпринимали?

— Ничего. А вот был такой Борис Николаевич Соловьёв (муж Матрёны Распутиной, дочери Григория, умер в 1926 году в Германии), он пытался что-то организовать. Приехал в Тобольск, наладил за царской семьёй слежку и пытался устроить их освобождение. Следователь Соколов считал, что тот боялся, чтобы семью не захватила Антанта и не сделала знаменем белого движения, которое было против немцев. Белых немцы боялись. В случае их победы Россия могла повернуть штыки против Германии.

Западные правительства пытались что-то предпринимать?

— Рассуждали, как Георг V: «Зачем рисковать шкурой из-за каких-то Романовых!» Но тот всё-таки корабль в Крым прислал и мать Николая II, вдовствующую императрицу Марию Фёдоровну, и братьев Николая и Петра Николаевичей в Европу вывез.

Что до правительств Антанты, то они склоняли большевиков продолжать войну, открыть второй фронт. И Ленин рядился между немцами и Антантой, выгадывая, с кем лучше. На что германский посол Мирбах дал понять: если вы так поступаете, то мы можем вас и поменять, отыграть обратно. В конце концов, его чекист Блюмкин бомбой рванул. Между тем и сами коммунисты по-разному относились к войне. Многие, особенно левые, её хотели. Чтоб было, как во Французскую революцию — там тоже немцы входили в Париж. Думали, вот так, на штыках, мировая волна и начнётся. А положение на фронте было такое, что в наступление пошли чехи. Чехи — это сила Антанты. И немцы решили, что если новый режим, который за прекращение войны, не поддержать, его скинут, вернётся прежняя власть, и второй фронт может организоваться. Надо поддержать! И на то, что царскую семью убили, они закрыли глаза. Но это я так думаю. А может, было какое-то соглашение между державами. Поэтому до сих и молчат все.

— Что значит, молчат? На западе есть архивы, к которым доступ закрыт?

По некоторым вопросам там срок — до ста лет и более, особенно в Англии. До его истечения документы трогать нельзя. Британский архив — вроде нашего Спецхрана, и даже похлеще. Это мы в перестройку почти всё повытаскивали, а теперь пеплом голову посыпаем. А те молчат, хотя за ними не меньше грехов и провокаций.

Благодарим издательство "ПРОЗАиК" за предоставленные матриалы. 

ПОДВИГ ИСПОВЕДНИЧЕСТВА ЦАРЯ-СТРАСТОТЕРПЦА НИКОЛАЯ II В ЕГО ОТРЕЧЕНИИ ОТ ПРЕСТОЛА

Протоиерей Александр Шаргунов

 

В. Алексеев. Николай II накануне отречения. 2005
В. Алексеев. Николай II накануне отречения. 2005

«Тайна беззакония»раскрывается не в одних только наших личных грехах, нашем личном отвержении Бога. Существует организованное, государственное противление Богу, которое раскрывается в истории. Весь Ветхий Завет повествует о борьбе языческих народов против богоизбранного народа, и Новый Завет в Откровении Иоанна Богослова говорит о том же самом, только на еще большей глубине.

 

Недавно прославленный сербский святой, преподобный Иустин (Попович), писал: «В наше время существует немного людей с живым ощущением истории. Обычно события оцениваются фрагментарно, вне их исторической целостности. Эгоистическое ослепление, будь то индивидуального, национального или классового характера, заключает человеческий дух в беспросветные норы, где он мучается в своем собственном аду. Выхода оттуда нет, потому что нет человеколюбия. Не может человек выйти из своего адского солипсизма, если подвигом самоотверженной любви не перенесет душу свою в других людей, служа им евангельски преданно и искренно. Меня всегда радует, когда я среди интеллигентов встречаю человеческое существо, обладающее здоровым чувством истории».

Убийство царя Николая Александровича является центральным событием истории XX столетия. В оценке этого события поразительное даже не искажение, а просто отсутствие какой бы то ни было христианской историософии проявляют некоторые богословы. Всячески противясь канонизации царя, они упорно рассматривали его мученическую кончину как кончину одного из рядовых членов Церкви во времена самых жестоких в истории гонений. А что касается того, что он был царь, говорили они, это «политика», от которой Церковь должна держаться подальше.

Создается впечатление, что профессора богословия никогда не слыхали учения святых отцов о значении законной государственной власти как «удерживающего» пришествие антихриста. И им незнакомы высказывания множества русских святых об исключительном значении православной России для судеб мира, так что в уничтожении российской православной монархии ясно просматривается замысел врага рода человеческого уничтожить Православие и Россию, и ускорить гибель мира.

Напомним еще раз известное. В 1871 году великий старец Оптинский преподобный Амвросий дал свое истолкование одного знаменательного эсхатологического сновидения. Сущность этого сновидения, или откровения, была выражена словами уже почившего митрополита Филарета Московского: «Рим, Троя, Египет, Россия, Библия». Главный смысл толкования этих слов сводится к тому, что здесь показана кратчайшая история мира с точки зрения истинной Церкви Христовой: Рим с первоверховными апостолами Петром и Павлом; Троя, то есть Малая Азия, с семью малоазийскими Церквами святого Иоанна Богослова и Константинополем святого Андрея Первозванного; Египет с отцами-пустынниками. Четыре страны: Рим, Троя, Египет и Россия символизируют эту Церковь. После расцвета жизни во Христе и падения первых трех показана Россия, после России иной страны не будет. И преподобный Амвросий пишет: «Если и в России ради презрения заповедей Божиих и ради ослабления правил и постановлений Православной Церкви, и ради других причин оскудеет благочестие, тогда уже неминуемо должно последовать конечное исполнение того, что сказано в конце Библии, то есть в Апокалипсисе святого Иоанна Богослова».

Присутствие «тайны беззакония» зримо даже во внешних обстоятельствах екатеринбургского злодеяния. Как отмечал еще генерал Дитерихс, династия Романовых началась в Ипатьевском монастыре Костромской губернии и кончилась в Ипатьевском доме города Екатеринбурга. Слугами веельзевула, которые скоро будут строить общественные туалеты на месте алтарей и взорванных храмов, сознательно было выбрано и место, и день преступления, совпавший с днем памяти святого князя Андрея Боголюбского — того князя, который если не по имени, то по существу был первым русским царем.

Враги прекрасно понимали, что уничтожение «всей великой ектении», по выражению Ленина и Троцкого, явится поруганием той клятвы верности перед Крестом и Евангелием, которой поклялся русский народ на соборе 1613 года, строить жизнь во всех ее сферах, в том числе государственной и политической, на христианских принципах.

* * *

Как известно, сегодняшние хулители государя, и слева, и справа, постоянно ставят ему в вину его отречение. К великому сожалению, для многих, несмотря ни на какие объяснения, в вопросе канонизации это до сих пор остается камнем преткновения и соблазна, в то время, как это явилось величайшим проявлением его святости.

Говоря о святости царя Николая Александровича, мы обычно имеем в виду его мученический подвиг, связанный, разумеется, со всей его благочестивой жизнью. Но следовало бы внимательнее всмотреться именно в подвиг его отречения — подвиг исповедничества.

Мы не раз говорили о том, что здесь раскрылся его подвиг смиренного принятия воли Божией. Но исключительное значение имеет и то, что это подвиг сохранения в чистоте церковного учения о православной монархии. Чтобы яснее это понять, вспомним, кто добивался отречения государя. В первую очередь — те, кто добивался поворота русской истории к европейской демократии или, по крайней мере, к конституционной монархии. Социалисты и большевики явились уже следствием и крайним проявлением материалистического понимания истории.

Известно, что многие из тогдашних разрушителей России действовали во имя ее созидания. Среди них много было по-своему честных, мудрых людей, которые уже тогда искали, «как обустроить Россию». Но это была, как говорит Писание, «мудрость земная, душевная, бесовская». Камень, который отвергли тогда строители, был Христос и Христово помазание.

Помазание Божие означает, что земная власть государя имеет источником Божественную. Отречение от православной монархии было отречением от божественной власти. От власти на земле, которая призвана направлять общее течение жизни к духовным и нравственным целям — к созданию условий, максимально благоприятных для спасения многих, власти, которая «не от мира сего», но служит миру именно в этом, высшем смысле. Разумеется, «любящим Бога все содействует ко благу», и Церковь Христова совершает спасение при любых внешних условиях. Но тоталитарный режим и, в особенности, демократия создают атмосферу, в которой, как мы видим, среднему человеку не выжить.

И предпочтение иного рода власти, обеспечивающей прежде всего земное величие, жизнь по своей, а не по Божией воле, по своим похотям (что называется «свободой») не может не привести к восстанию на Богом установленную власть, на помазанника Божия. Произошла революция — переворот божественного и нравственного порядка, и на какой глубине эта революция раскрывается сегодня, не надо никому объяснять.

Большинство участников революции действовали как бы бессознательно, однако это было сознательное отвержение Богом данного порядка жизни и Богом установленной власти в лице царя, помазанника Божия, как сознательным было отвержение Христа Царя духовными вождями Израиля, как это описано в евангельской притче о злых виноградарях. Они убили Его не потому, что не знали, что Он Мессия, Христос, а именно потому, что знали это. Не потому, что они думали, что это лжемессия, который должен быть устранен, а именно потому, что видели, что это подлинный Мессия: «Придем, убьем Его, и наследство будет наше». Тот же тайный синедрион, вдохновляемый диаволом, направляет человечество к тому, чтобы оно имело жизнь, свободную от Бога и от заповедей Его — чтобы ничто не мешало им жить, как им хочется.

В этом смысл «измены, трусости и обмана», окружавших государя. По этой причине святой Иоанн (Максимóвич) сравнивает страдания государя в Пскове во время отречения со страданиями Самого Христа в Гефсимании. Точно так же сам диавол собственной персоной присутствовал здесь, искушая царя и весь народ вместе с ним, (и все человечество, по слову П. Жильяра), как некогда он искушал Самого Христа в пустыне, царством мира сего.

В течение столетий приближалась Россия к Екатеринбургской Голгофе. И вот, здесь древний соблазн раскрылся в полноте. Как диавол искал уловить Христа через саддукеев и фарисеев, ставя Ему неразрываемые никакими человеческими ухищрениями сети, так через социалистов и кадетов диавол ставит царя Николая перед безысходным выбором: либо отступничество, либо смерть. Им нужно было показать, что вся власть принадлежит им, вне зависимости от какого-то Бога, а благодать и истина помазанника Божия нужны только для украшения того, что им принадлежит. Это означало бы, что любое беззаконие, которое совершит эта власть, будет совершатся как бы по прямому благословению Божию. Это был сатанинский замысел — осквернить благодать, смешать истину с ложью, сделать бессмысленным, декоративным помазание Христово. Создалась бы та «внешняя видимость», в которой, по слову святителя Феофана Затворника, раскрывается «тайна беззакония». Если Бог становится внешним, то и православная монархия, в конце концов, становится только украшением «нового мирового порядка», переходящего в царство антихриста. И пока существует человеческая история, враг никогда не оставит этого замысла.

Царь не отступил от чистоты помазания Божия, не продал божественного первородства за чечевичную похлебку земного могущества. Само отвержение царя произошло именно за то, что он явился исповедником истины, и это было не что иное как отвержение Христа в лице помазанника Христова. Смысл отречения государя — спасение идеи христианской власти, и потому в нем надежда на спасение России, через отделение верных данным Богом принципам жизни, от неверных, через очищение, которое наступает в последующих событиях. Подвигом царя в отречении, таким образом, развенчиваются все ложные устремления тогдашних и нынешних устроителей земного царства, отвергающих Царство Небесное. Утверждается высшая духовная реальность, определяющая все сферы жизни: первое должно стать на первом месте, и только тогда все остальное займет свое должное место. На первом месте Бог и правда Его, на втором — все остальное, в том числе православная монархия.

Как до революции, так и теперь главная опасность заключается во внешней видимости. Многие верят в Бога, в Его Промысл, стремятся установить православную монархию, но в сердце своем полагаются на земную силу — на «коней и на колесницы». Пусть, говорят они, все будет как самый прекрасный символ — крест, трехцветное знамя, двуглавый орел, — а мы будем устраивать свое, земное, по нашим земным понятиям. Но мученическая кровь царя обличает отступников, как тогда, так и теперь.

* * *

 

 

«Однако, — говорят противники государя, — если это была верность принципам чистой монархии, то она слишком дорого стоила русскому народу. Слишком много бед пришлось испытать после этого России».

 

Поразительно, как они и тогда, и теперь хотят перевернуть все с ног на голову — потому что именно в этом и заключалась высота святости, явленной государем в подвиге отречения — в его способности измерять все духовным, вечным измерением.

Вряд ли царь мог предвидеть, какие ужасные события последуют за его отречением, потому что чисто внешне он отрекся от престола, чтобы избежать бессмысленного пролития крови. Однако глубиной ужасных событий, которые открылись вслед за его отречением, мы можем измерить глубину его страданийв его Гефсимании. Царь ясно сознавал, что своим отречением он предает себя, свою семью и свой народ, который он горячо любил, в руки врагов. Но важнее всего была для него верность благодати Божией, принятой им в таинстве миропомазания ради спасения вверенного ему народа.

Ибо все самые страшные беды, какие только возможны на земле: голод, болезни, вымирание народа, от которых, конечно, не может не содрогаться человеческое сердце, не идут ни в какое сравнение с вечным «плачем и скрежетом зубов» там, где нет покаяния. И, как сказал пророк решающих событий русской истории, преподобный Серафим Саровский, если бы знал человек,что есть жизнь вечная, которую Бог дает за верность Ему, то согласился бы тысячу лет (то есть до конца истории, вместе со всем страдающим народом) терпеть любые муки. А о скорбных событиях, последовавших за отречением государя преподобный Серафим говорил, что ангелы не будут успевать принимать души — и мы можем сказать, что благодаря отречению государя миллионы новых мучеников получили венцы в Царствии Небесном.

Можно делать какой угодно исторический, философский, политический анализ, но духовное видение всегда важнее. Нам известно это видение в пророчествах святого праведного Иоанна Кронштадтского, святителей Феофана Затворника и Игнатия (Брянчанинова) и других угодников Божиих, которые понимали, что никакие экстренные, внешние государственные меры, никакие репрессии, самая искусная политика не в состоянии изменить ход событий, если не будет покаяния у русского народа. Подлинно смиренному уму святого царя Николая было дано увидеть, что это покаяние будет дано очень дорогой ценой. Все остальные рассуждения в этом свете исчезают, как дым.

* * *

Все наказания — лекарства, и чем горше болезнь, тем больнее врачевание. «Если не обратитесь ко Господу, меч вас пояст», — говорит Господь. Имеет ли значение, какой меч выберет Господь для нашего спасения! Если даже сокрушить одних врагов, то тут же на их месте возникнут новые, более страшные: «Как если бы кто убежал от льва, и напала на него медведица, и вскочит в дом и опрется руками своими о стену, и ужалит его змея (Амос. 5, 19)», или как другой пророк говорит: «бежащий от страха впадет в пропасть, и вылезающая из пропасти попадет в сеть. Ибо окна небес отверзлись и трясутся основания земли» (Ис. 24, 17—18).

Спаситель предупреждает, что повторение грехов приведет еще к худшему: изгнанный нечистый дух приведет семь других, злейших себя. Мы более всего страшимся сегодня утраты независимости России, и это понятно. Но не следует путать следствие с причинами: все самые ужасные, самые разорительные иноземные нашествия — будь то Батый, Наполеон или Гитлер — ничто по сравнению с полчищами бесов, заполняющими все в народе.

Говорят, что существует сценарий окончательного уничтожения России, согласно которому будет спровоцирован «русский бунт, бессмысленный и беспощадный», а для «наведения порядка», будут введены войска НАТО, которые возьмут все в стране под свой контроль. Но вот, рассказывает о своих когда-то очень близких знакомых В. Г. Распутин, почтенная, вполне положительная, уважаемая всеми женщина спокойно смотрит изо дня в день порнографические видеофильмы вместе со своей дочерью. И нам ясно, что уже не надо вводить никаких войск — или наоборот, почему бы их не ввести — все и так занято сатаной.

В событии отречения государя, таким образом, по сути преломляются все главные события священной истории, смыслом которых всегда является одна и та же тайна. Для чего было египетское рабство и вавилонский плен в богоизбранном народе, если не для того, чтобы все упование его было на единого Бога? Наконец, что означала римская оккупация Израиля во времена земной жизни Спасителя? То же, что и октябрьская революция 1917 года с ее искушением земного благополучия без Бога.

В том-то и дело, что желание сохранить православную монархию любой ценой ничем не отличается от того безбожия, которое обнаружилось в насильственном ее уничтожении. Это была бы та же попытка найти твердую опору помимо Бога — эта опора всегда, по слову пророка, оказывается «подпорою тростниковою» — «когда они ухватились за тебя рукою, ты расщепился и все плечо исколол им, и когда они оперлись на тебя, ты сломался и изранил все чресла их» (Иез. 29, 7).

После отречения от царя, в котором народ принял участие своим равнодушием, не могло не последовать небывалых доселе гонений на Церковь и массового отступничества от Бога. Господь очень ясно показал, чего лишаемся мы, лишаясь помазанника Божия, и что обретаем. Россия тотчас же обрела помазанников сатанинских. А на новом этапе российской истории, когда снова решается судьба царя и судьба России, так называемая демократия и даже декоративная конституционная монархия по странной закономерности вновь выходят на поверхность, грозя нам несравненно бóльшими бедами.

Чем согрешаем мы, тем и наказываемся, говорит святитель Феофан Затворник, приводя различные примеры из отечественной истории. Ложное понимание Мессии как устроителя всемирного царства Израиля подчинило Израиль новому гигантскому царству, которое и поныне является символом всемирного владычества. Какая глубокая справедливость в том, что Бог послал им разрушение от римского кесаря вскоре после этого! Они взывали к кесарю, к кесарю они и пойдут — Бог даст им множество кесарей. Все завершится разорением народа сего и места сего, когда по пророчеству Спасителя император Тит до основания разрушит Иерусалим. Бог по справедливости воздает нам тем, что мы ставим выше Христа.

* * *

Сравнивая судьбу России с судьбой богоизбранного народа, мы не можем не вспомнить о Сербии. Когда сербский народ на наших глазах снова восходил на свою Голгофу, нельзя было не вспомнить о царе Лазаре, который вышел на Косово поле, чтобы сразиться с турецкими завоевателями. По преданию, ему явился ангел и сказал: «Ты можешь выбрать себе земное царство и оно тебе будет дано. Но тогда ты лишишь себя Царства Небесного. Ты должен выбрать либо одно, либо другое». Лазарь выбрал Царство Небесное. Вместе со своим народом он вышел на битву, жизнь свою положил за родной народ, и в этой битве турки победили. Однако эта битва спасла сербский народ от окончательного исчезновения в историческом плане, потому что всегда спасает только вера и верность Богу. С тех пор этот народ жил идеалом царя Лазаря, который отдал свою жизнь за Царство Небесное, за Церковь Божию.

Подвиг царя-страстотерпца Николая II как будто иной, но он тот же по сути, и Россия призывается жить идеалами святого царя. Как говорил в 1932 году святитель Николай (Велимирович), «русские в наши дни повторили Косовскую битву. Если бы царь Николай прилепился к царствию земному, царству эгоистических мотивов и мелочных расчетов, он бы, по всей вероятности, и сегодня сидел на своем троне в Петербурге. Но он прилепился к Царствию Небесному, к Царству небесных жертв и евангельской морали, и из-за этого лишился жизни сам, и чада его, и миллионы собратьев его. Еще один Лазарь и еще одно Косово!»

* * *

Итак, своим подвигом исповедничества царь посрамил, во-первых, демократию – «великую ложь нашего времени», по выражению К. П. Победоносцева, когда все определяется большинством голосов, и, в конце концов, теми, кто громче кричит: «Не Его хотим, но Варавву» – не Христа, но антихриста. И, во-вторых, в лице ревнителей конституционной монархии он обличил всякий компромисс с ложью – не менее великую опасность нашего времени.

Были у нас выдающиеся Цари: Петр I, Екатерина Великая, Николай I, Александр III, когда Россия достигла расцвета с великими победами и благополучным царствованием. Но царь-страстотерпец Николай есть свидетель истинной православной государственности, власти, построенной на христианских принципах.

Будем помнить слово святого Иоанна Златоустого о том, что почитать святого значит участвовать своей жизнью в его подвиге – в личном каждодневном стоянии за заповедь Божию и в ясном духовном видении смысла событий, происходящих сегодня.

До конца времен, и в особенности в последние времена, Церковь будет искушаема диаволом, как Христос в Гефсимании и на Голгофе: «Сойди, сойди со Креста». Отступи от тех требований величия человека, о которых говорит Твое Евангелие, стань доступнее всем, и мы поверим в Тебя. Бывают обстоятельства, когда это необходимо сделать. Сойди со креста, и дела Церкви пойдут лучше.

Главный духовный смысл сегодняшних событий – итог XX века – все более успешные усилия врага, чтобы «соль потеряла силу», чтобы высшие ценности человечества превратились в пустые, красивые слова. Почему с самого начала не было должного противостояния Церкви сатанинскому растлению народа? Что такое экуменизм и где проходят «мистические границы Церкви»? Почему, несмотря на признание Церковью святости царя, есть православные христиане, которые до сих пор противятся его прославлению?

Если возможно покаяние народа (а не разговор о покаянии), то оно возможно только благодаря той верности Христовой благодати и истине, которую явили все царственные мученики и все новые мученики и исповедники Российские.

Тот же свет присутствует в пророческом завещании царя, переданном его дочерью, о том, что зло, которое сейчас в мире (то есть, революция 1917 года), будет еще сильнее (то, что происходит сегодня), но не зло победит, а любовь, и в крестной молитве родной сестры царицы за весь русский народ: «Господи, прости им, не знают, что творят». Только благодаря этой верности, этому свету есть среди беспросветности наших дней надежда, которая не постыжает.

Протоиерей Александр Шаргунов

Из новой книги «Царь»

15 марта 2013 г.

coveri

Исповедь императора

Дневник протоиерея Афанасия Беляева, настоятеля Феодоровского государева собора в Царском Селе

 

12

30 марта. Принесли из Феодоровского собора небольшую, но прекрасную плащаницу и к ней особый столик, большое Евангелие и праздничное пасхальное облачение. Одели престол и жертвенник пока в черные облачения, приготовили и для причта черные ризы. Всенощная и чтение Евангелия назначено в 6 часов вечера. В 6 часов началась служба с чтением 12-ти Евангелий. Их Величества всю службу слушали стоя. Пред ними были поставлены складные аналои, на которых лежали Евангелия, так что по ним все время можно было следить за чтением. Все простояли до конца службы.

Надо самому видеть и так близко находиться, чтобы понять и убедиться, как бывшая царственная семья усердно, по-православному, часто на коленях, молится Богу. С какою покорностью, кротостью, смирением, всецело предав себя в волю Божию, стоят за богослужениями. И у меня, грешного и недостойного служителя Алтаря Господня, замирает сердце, льются слезы, и, несмотря на гнетущую тяжесть затвора, благодать Господня наполняет душу, и слова молитвы льются, свободно касаясь и проникая слух молящихся.

Федоровский собор в Царском селе

Федоровский собор в Царском селе


31 марта. В 1.30 получил уведомление, что меня ждут в 5.30 на детскую половину исповедать и подготовить к Причастию больных трех княжен и бывшего наследника. Наступил и час исповеди царских детей. Какие удивительные по-христиански убранные комнаты. У каждой княжны в углу комнаты устроен настоящий иконостас, наполненный множеством икон разных размеров с изображением чтимых особенно святых угодников. Пред иконо¬стасом складной аналой, покрытый пеленой в виде полотенца, на нем положены молитвенники и богослужебные книги, а также святое Евангелие и крест. Убранство комнат и вся их обстановка представляют собой невинное, не знающее житейской грязи, чистое, непорочное детство.

Для выслушивания молитв перед исповедью все четверо детей были в одной комнате, где лежала на кровати больная Ольга Николаевна. Алексей Николаевич сидел в креслах. Мария Николаевна полулежала в большом кресле, которое было устроено на колесах, и Анастасия Николаевна легко их передвигала.

Как шла исповедь – говорить не буду. Впечатление получилось такое: дай, Господи, чтобы и все дети нравственно были так высоки, как дети бывшего царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи – страстной и греховной – меня привело в изумление и я решительно недоумевал: нужно ли напоминать мне как духовнику о грехах, может быть, им неведомых, и как расположить к раскаянию в неизвестных для них грехах…

Протоиеренй Афанасий Беляев в 1910 году

Протоиеренй Афанасий Беляев в 1910 году

Без 20 минут 10 час. пошел в покои Их Величеств. Там женская прислуга проводила в спальню и указала на маленькую комнату в углу – молельню, где и будет происходить исповедь Их Величеств. В комнате еще никого не было. Прошло не более двух минут, вошли бывший государь, его супруга и Татьяна Николаевна. Государь поздоровался, представил государыню и, указывая на дочь, сказал: «Это дочь наша Татьяна. Вы, батюшка, начните читать молитвы, пред исповедью положенные, а мы все вместе помолимся». Комната-молельня очень маленькая и сверху донизу увешана и уставлена иконами, пред иконами горят лампады. В углу, в углублении, стоит особенный иконостас с точеными колонками и местами для известных икон, пред ним поставлен складной аналой, на котором положено и старинное напрестольное Евангелие, и крест, и много богослужебных книг. Принесенные мною кресты и Евангелие я не знал, куда положить, и положил тут же на лежащие книги. После прочтения молитв государь с супругою ушли, осталась и исповедалась Татьяна Николаевна. За нею пришла государыня, взволнованная, видимо, усердно молившаяся и решившаяся по православному чину, с полным сознанием величия таинства, исповедать пред святым Крестом и Евангелием болезни сердца своего. За нею приступил к исповеди и государь.

Исповедь всех троих шла час двадцать минут. О, как несказанно счастлив я, что удостоился по милости Божией стать посредником между Царем Небесным и земным. Ведь рядом со мною стоял тот, выше которого из всех живущих на земле нет. Это до сего времени был наш Богом данный Помазанник, по закону престолонаследия 23 года царствовавший русский православный царь. И вот ныне смиренный раб Божий Николай, как кроткий агнец, доброжелательный ко всем врагам своим, не помнящий обид, молящийся усердно о благоденствии России, верующий глубоко в ее славное будущее, коленопреклоненно, взирая на Крест и Евангелие, в присутствии моего недостоинства высказывает Небесному Отцу сокровенные тайны своей многострадальной жизни и, повергаясь в прах пред величием Царя Небесного, слезно просит прощения в вольных и невольных своих прегрешениях. После прочтения разрешительной молитвы и целования Креста и Евангелия, своим неумелым словом утешения и успокоения какую мог я влить отраду в сердце человека, злонамеренно удаленного от своего народа и вполне уверенного до сего времени в правоте своих действий, клонящихся ко благу любимой родины?

Николай II

Николай II

1 апреля. Ее Величество просит отслужить пасхальную вечерню не в церкви, а в детской комнате для больных детей, где поставлен будет стол, и иконы, и вся необходимая для сего обстановка. В половине седьмого часа из церкви в полных облачениях с певчими пришли в комнату бывшего наследника Алексея Николаевича. Комната довольно большая, множество разнообразных игр и игрушек, и столов и столиков с разными детскими развлечениями, и балалайки, и бубны, барабаны, трубы, домики и пр. Но главное, как и во всех детских комнатах, особо возвышенное, отделенное место для молитвы, где стоит иконостас с иконами, перед ним аналой с священными и богослужебными книгами. Тут-то и расположились служить вечерню.

Собралась вся семья бывшего царя и вся живущая с нею свита. Была отворена дверь в другую детскую комнату, где лежали больные дети. Я по окончании вечерни, по приглашению Ее Величества, пошел к больным, дал им приложиться ко кресту и поздравил с праздником. О их здравии была прочитана особая молитва.

30 июля. Воскресенье. День рождения бывшего наследника Алексея Николаевича. Приготовлений к отъезду никаких не заметно. В 11 часов началась литургия. Как-то невольно чувствовалось, что это последняя Божественная Литургия совершается в бывших царских покоях и последний раз бывшие хозяева своего родного дома собрались горячо помолиться, прося со слезами коленопреклоненно у Господа помощи и заступления от всех бед и напастей. За литургиею присутствовала вся царская семья и вся их уже очень малочисленная прислуга.

Император Николай II, Императрица Александра Феодоровна, архитектор В.А.Покровский на строительстве Феодоровского собора

Император Николай II, Императрица Александра Феодоровна, архитектор В.А.Покровский на строительстве Феодоровского собора

1 августа, без четверти в 6 часов утра дворец Александровский лишился своих жильцов – опустел… Всю ночь никто не ложился спать. Ночь прошла тревожно. К утру были поданы автомобили, и вся бывшая царская семья, измученная долгим ожиданием, со слезами простившаяся с родным домом, отправилась в дальнюю дорогу, в неизведанную глушь, в холодную Сибирь.

2 августа. Появились газетные известия о выезде семьи Романовых в Тобольск.

Публикуется в сокращении

Справка. Митрофорный протоиерей Афанасий Иванович Беляев (1845–1921) 27 февраля / 12 марта 1917 г. после совершения государственного переворота был приглашен в Александровский дворец для служения в дворцовой церкви и по желанию Николая II принял обязанности духовника царской семьи. В период со 2/15 марта по 2/15 августа 1917 г., во время нахождения императорской семьи в Царском Селе, совершал все богослужения в Александровском дворце.

ОТРЕЧЕНИЕ СВЯТОГО ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА

Протоиерей Владислав Цыпин

 

Фотография Николая II, сделанная после его отречения в марте 1917 года и ссылки в Сибирь

Фотография Государя Императора Николая II, сделанная после его отречения в марте 1917 года и ссылки в Сибирь

2 / 15 марта 1917 года – одна из самых мрачных дат в истории России. В этот день, ставший апогеем кровавой революции, не без издевки над здравым смыслом названной ее деятелями бескровной, Император Николай II подписал акт об отречении от престола и передаче его великому князю Михаилу Александровичу, а тот не выполнил волю старшего брата, и Российская империя прекратила существование, хотя формально и юридически монархия упразднена была 6 месяцев спустя, 1 сентября 1917 года. В этот день по инициативе ретивого премьер-министра А. Ф. Керенского, Россия была провозглашена республикой. Совершилась еще одна узурпация, на этот раз уже и с точки зрения демократической идеологии, которую исповедовали революционеры, поскольку государственный строй изменили по произволу нескольких политиков, не пожелавших дожидаться ими же объявленного созыва Учредительного собрания. Предпринимавшиеся временными министрами бессистемные, судорожные попытки организовать государственную власть на новых началах катастрофически проваливались. Начался процесс распада Российского государства, обернувшийся поражением в войне, появлением сепаратистских образований на окраинах, утратой территорий и братоубийственной смутой, унесшей миллионы человеческих жизней. Для восстановления былого могущества Российского государства, рухнувшего в марте 1917 года, понадобились новые миллионы жертв. Исторически неизбежная победа России над Германией, развязавшей мировую войну в 1914 году, казавшаяся неотвратимой и близкой на исходе 1916 года, из-за крушения империи была отложена на три десятилетия и одержана уже только в 1945-ом.

 

На ком лежит вина за пережитое Россией бедствие? В любом случае не на Императоре, который принужден был подписать злополучный акт об отречении. Дело в том, что предательство, сделавшее неизбежным его уход, к тому времени, когда он поставил свою подпись под этим документом, было уже совершено. Высшие военачальники генералы Алексеев, Рузский, Брусилов, Сахаров, великий князь Николай Николаевич, настаивая на отречении, сожгли за собой мосты – само это их домогательство по российским законам являлось тягчайшим преступлением и влекло за собой соответствующую уголовную кару в случае неудачи учиненного ими мятежа. По словам историка С. С. Ольденбурга, «поздно гадать о том, мог ли Государь не отречься. При той позиции, которой держались ген. Рузский и ген. Алексеев, возможность сопротивления исключалась: приказы Государя не передавались, телеграммы верноподданных ему не сообщались». Отказ императора отречься от престола не мог уже предотвратить его ухода.

Но, утверждают некоторые авторы, лишенный власти, царь все равно не должен был идти навстречу пожеланиям заговорщиков и подписывать акт, не предусмотренный основными законами Российской империи. Что же, однако, заставило Императора поставить свою подпись под неправомерным документом? И жизнь, и смерть святого Царя Николая исключают мысль о том, что, действуя подобным образом, он заботился о себе, что он цеплялся за жизнь. Хотя в случае отказа от отречения он действительно мог быть убит по воле заговорщиков, но не угроза смерти побудила его уступить их требованию. Действительная причина его отречения не представляет собой никакой тайны, она, что называется, лежит на поверхности, она обозначена в самом манифесте:

«В эти решительные дни в жизни России почли Мы долгом совести облегчить народу Нашему тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы».

Передавая власть брату, Царь действовал по велению долга: как Император он прежде всего был верховным вождем вооруженных сил России, императорская власть такова по самой своей природе, по своему происхождению, относящемуся еще ко во временам Римской республики. Присяга императору изначально была присягой воинов своему верховному главнокомандующему, долг которого заключается в том, чтобы вести их к победе. Россия находилась тогда в состоянии войны, в ходе которой у Императора не могло быть высшей заботы, чем довести вверенное ему Богом государство и его вооруженные силы до ее победоносного завершения. Но ни императорский сан, ни святость его носителя не подразумевают пророческого дара, и Царь, опасаясь, что в случае его устранения война завершится поражением, все же не мог быть уверен в неизбежности такого ее печального исхода.

Рассуждая по-человечески, отказом от подписи Николай II усложнил бы заговорщикам продолжение войны, а он, желая блага России, этого делать не хотел. Измена великих князей – тех, которые подталкивали Царя к отречению, в первую очередь, конечно, Николая Николаевича, – и вовлеченных в заговор генералов, не говоря уж о думских депутатах, была предательством по отношению к верховной власти, но в намерении изменников трону продолжать войну до победного конца не было причин сомневаться. Другое дело, что при трезвом взгляде на вещи нельзя было не понимать, что, устраняя Царя, они ввергали страну в смуту и катастрофически снижали шансы на победу, в то время как разделяемые ими опасения, что Николай II под влиянием свой супруги может пойти на сепаратный мир с Германией, – опасения, которые внушались извне и шли в основном из посольств союзников, основаны были на сплетнях и, по сути дела, носили бредовый характер. Однако этой трезвости рассуждения им всем, тем, кто пожелал устранить Царя, обуянным жаждой перемен, рассчитывавшим на карьерные и иные выгоды от этих перемен, как раз и не доставало. Комментируя предпринятые святым Императором на исходе его правления действия, историк его царствования С. С. Ольденбург писал:

«Государь не верил, что его противники совладают с положением: он поэтому до последней минуты старался удержать руль в своих руках. Когда такая возможность отпала – по обстановке было ясно, что он находился уже в плену – Государь пожелал, по крайней мере, сделать все, чтобы со своей стороны облегчить задачу своих преемников. Он назначил намеченного Думским комитетом ген. Л. Г. Корнилова командующим войсками Петроградского округа. Он подписал указ о назначении князя Львова председателем Совета министров. Он назначил великого князя Николая Николаевича Верховным главнокомандующим. Он, наконец, составил обращение к войскам, призывая их бороться с внешним врагом и верно служить новому правительству... Государь дал своим противникам все, что мог: они все равно оказались бессильными перед событиями. Руль был вырван из рук державного шофера – автомобиль рухнул в пропасть».

К числу виновников отречения Императора некоторые из современных публицистов причисляют и епископов Православной Церкви. На поприще очернения церковной иерархии особенно усердно подвизается Бабкин. Материал для подобных инвектив черпается из разных источников, но главным образом из мемуаров князя Н. Д. Жевахова, в ту пору занимавшего должность товарища обер-прокурора. Вспоминая о роковых февральских и мартовских днях, Жевахов рассказывал о заседании Святейшего Синода, состоявшемся 26 февраля, на котором он, в отсутствие обер-прокурора Н. П. Раева, замещал его:

«Указав Синоду на происходящее, я предложил его первенствующему члену, митрополиту Киевскому Владимиру, выпустить воззвание к населению, с тем, чтобы таковое было не только прочитано в церквах, но и расклеено на улицах. Намечая содержание воззвания и подчеркивая, что оно должно... являться грозным предупреждением Церкви, влекущим, в случае ослушания, церковную кару, я добавил, что Церковь не должна стоять в стороне от разыгрывающихся событий и что ее вразумляющий голос всегда уместен, а в данном случае даже необходим. “Это всегда так, – ответил митрополит. – Когда мы не нужны, тогда нас не замечают; а в момент опасности к нам первым обращаются за помощью”. Я знал, что митрополит Владимир был обижен своим переводом из Петербурга в Киев; однако такое сведение личных счетов в этот момент опасности, угрожавшей, быть может, всей России, показалось мне чудовищным. Я продолжал настаивать на своем предложении, но мои попытки успеха не имели, и предложение было отвергнуто» (c. 288).

Отвергнуто потому, что и священномученик Владимир и другие члены Святейшего Синода понимали, что предводители и участники военного мятежа, а также стоявшие за их спиной и подстрекавшие их к бунту враги царской власти, не страшились церковных кар. Значительное большинство русских людей оставалось и послушными чадами Церкви, и верноподданными, но это было так называемое молчаливое большинство, а на публичной сцене и под ее подмостками орудовали совсем другие элементы: распропагандированные солдаты и рабочие, солидарная с мятежниками или даже подстрекавшая их к бунту интеллигенция, мелкие и крупные игроки из числа оппозиционных политиков, думские депутаты, сплетшие нити заговора высшие военачальники, за спиной которых стояли те члены Императорской фамилии, которые стремились воспользоваться происходящим для того, чтобы устранить ненавистную им Царицу, давно уже раздражавшего их Царя, и заменить его другим лицом. Если бы опасность ситуации ограничивалась только военным мятежом в столице, то Император и остававшиеся верными ему войска, проливавшие кровь на фронте, справились бы с бунтом, но существовал еще такой капитальный фактор, как заговор генералов, обезоруживший Царя, и как справедливо замечает сам Жевахов, резюмируя свершившиеся в феврале и марте 1917 года события, «не революция вызвала отречение, а, наоборот, насильственно вырванный из рук Государя акт отречения вызвал революцию. До отречения Государя была не революция, а солдатский бунт» (с. 302).

Ради справедливости надо сказать, что Жевахов, укоряя Святейший Синод во главе со священномучеником Владимиром в том, что тот отказался выпустить затребованное им воззвание, в отличие от современных скорых на литературную расправу «безбашенных» публицистов, далек от того, чтобы обвинять иерархов в сочувствии планам заговорщиков, обвинять их в соучастии в революции: «Как ни ужасен был ответ митрополита Владимира, – пишет он, – однако допустить, что митрополит мог его дать в полном сознании происходившего, конечно, нельзя» (с. 289). Правда, его собственная интерпретация мотивов членов Святейшего Синода, отказавшихся издать воззвание, не выдерживает критики. Жевахов находил, что это было «самым заурядным явлением оппозиции Синода к обер-прокуратуре» (с. 289). Подобная оппозиция, разумеется, существовала, и на вполне законных, с канонической точки зрения, основаниях, потому что полномочия обер-прокуратуры в церковных делах не имели достаточных канонических оснований, а с тех пор как в 1905 году началась подготовка к созыву Поместного Собора, вопрос о целесообразности существования самой обер-прокуратуры, тем более о сохранении ее непомерных полномочий стал вполне легально обсуждаемой темой, не содержавшей в себе никакой крамолы по отношению к Верховной власти. И если бы священномученик Владимир, монархические убеждения которого выражались во многих его публичных выступлениях, проповедях и частных беседах с исчерпывающей очевидностью, равно как и его собратья по Синоду, были убеждены в том, что затребованное товарищем обер-прокурора воззвание возымеет должный эффект и будет способствовать перелому в опасном развитии событий, то ни их принципиальное несогласие с всевластием обер-прокуратуры, ни имевшееся у некоторых из них личное раздражение против обер-прокурора Раева и его товарища князя Жевахова ни в малейшей степени не помешали бы им ввязаться своим воззванием в политическую борьбу на стороне законной царской власти. Не сделали они этого, вероятно, все-таки не потому, что, как считает Жевахов, недооценили опасности и тем более не потому, что, как облыжно утверждают Бабкин и его единомышленники, сами стояли на стороне революции, а потому, что архипастырям Церкви Христовой было виднее, чем другим, что в политическом плане на тот момент борьба со злом была уже проиграна, что борьба эта сосредотачивалась уже в иных, высших духовных измерениях. Предстоял подвиг исповеднического стояния за саму Церковь и за Христа.

Протоиерей Владислав Цыпин

14 марта 2014 г.

Распутин. Интернет-журнал №11

А. Н. Богахов, доктор исторических наук

Распутин - клеймо и проклятье последних венценосцев, но одновременно их радость и надежда. В феерической, просто немыслимой истории жизни и судьбы сибирского крестьянина, сумевшего подняться на неимоверную высоту, всегда искали роковую тайну, способную поразить воображение. И ее, как часто казалось, находили. И в алькове ("сексуальный маньяк, подчинивший своему влиянию неудовлетворенных столичных матрон"), и в особенности психики последней Царицы ("истеричка, легко поддающаяся гипнотическому воздействию"), и в наличии разветвленного иностранного заговора ("распутинская шайка врагов России окружила трон") и т.д. Кем же он был ?

Родился Григорий в слободе Покровской, Тюменского уезда Тобольской губернии в семье крестьянина среднего достатка Ефима Яковлевича Распутина в 1869 г. Фамилию этого "царева друга" часто выводят из разнузданного образа жизни его носителя. Однако эти утверждения не являются исторически обоснованными. Фамилия Распутин была широко распространена в Сибири и на русском Севере и встречается в летописях уже в первой половине XVII в. Сам "Гришка-чародей", решив поменять в конце 1906 г. свое именование, объяснял это желание в письме Царю следующим образом: "Проживая в селе Покровском я ношу фамилию Распутин в то время,как и многие другие односельчане носят ту же фамилию, отчего могут возникнуть всевозможные недоразумения. Припадаю к стопам Вашего Императорского Величества и прошу: дабы повелено было мне и моему потомству именоваться по фамилии "Распутин Новый". Разрешение ему было дано. Г.Е.Распутин ни в каком учебном заведении не обучался и с трудом ставил подпись-каракуль. Со временем ему удалось научиться выводить слова, но техникой письма в полном смысле этого слова он так и не овладел.

В молодости Григорий был малый шалый, любил выпить, участвовал в драках, несколько раз уличался в кражах. Помнившие его в те годы люди отмечали экспансивный, буйно-разгульный характер натуры, не знавшей удержу ни в работе, ни в гульбе. В начале 90-х годов XIX в. этот "пьяница и бабник" женился на тихой девушке Просковии, от брака с которой имел двух дочерей, Марию (Матрену) и Варвару, и сына Дмитрия. Перелом в жизни произошел во время его посещения Верхотурского монастыря Пермской губернии. Первый раз он отправился туда вместо своего отца, давшего обед совершать в обитель ежегодное паломничество, но заболевшего. Это путешествие на богомолье способствовало перерождению Григория, и очевидцы отмечали эту разительную перемену. "Спустя несколько недель после ухода Распутина в Верхотурье, я со своей Матерью поехал в Тюмень,- свидетельствовал односельчанин,- и дорогой встретил возвращавшегося из Верхотурья Распутина, причем на этот раз он мне показался человеком ненормальным. Возвращался тогда он домой без шапки, с распущенными волосами и дорогой все время что-то пел и размахивал руками". Удивлялись и другие. "На меня в то время Распутин произвел впечатление человека ненормального: стоя в церкви, он дико осматривался по сторонам, очень часто начинал петь неистовым голосом",- констатировал удалось позднее установить, что еще один житель Покровского. Распутин бросил пить, курить, есть мясо, стал истязать себя жесточайшими постами, часами иступленно молился. Затем начались его паломничества по святым местам. За свою жизнь он посетил множество обителей в России, бывал на Афоне и в Иерусалиме. Вокруг него в Покровском сложился небольшой кружок единомышленников из числа друзей и родственников. Под своим домом он вырыл моленную, где они собирались, читали молитвы, пели псалмы и религиозные песни. К моменту появления его в Петербурге он уже хорошо знал священное писание и мог часами вести богоугодные беседы на религиозные темы. Распутина отличали огромная сила воли, природный ум, крестьянская сметка. Этому человеку была присуща и удивительная интуиция. Все это вместе создавало образ сильный и цельный, производивший большое впечатление на людей слабых, рефлексирующих, находившихся в состоянии глубоких колебаний и сомнений, на тех, кто оказался в жизненном тупике и не имел сил самостоятельно решить свои проблемы. Прирожденные качества плюс пиететная, а затем скандальная молва довершили демонический образ. В начале XX в. слух о появлении необыкновенного "старца", провидца и предсказателя широко распространился за пределами Тюменского уезда.

Старчество имело в России давнюю традицию. Оно являлось одним из важнейших элементов православного христианства, утвердившегося на огромных просторах Европейской равнины, на Украине, на Урале и в Сибири. Старец не был ни священником, ни монахом, но пользовался высочайшим моральным авторитетом, так как считалось, что он опытом своей жизни постиг бесценные христианские добродетели. Поиск высшей правды, стремление к абсолютной истине и Божественному свету были характерны для многих в России, вне зависимости от того, жили они в каменных палатах или в бедных хижинах. Эта тяга была тем магическим кристаллом, через который смотрели на окружающее. Правильно же увидеть себя и мир, научиться истинному богоугодному "жизнетворчеству" могли помочь те, кто был "Божественной свечой на земле" - старцы. Так мыслила последняя Царица, так понимали высший смысл бытия и многие другие.

О сути старчества прекрасно написал Федор Достоевский в романе "Братья Карамазовы". "Старец - это берущий вашу душу, вашу волю в свою душу и в свою волю. Избрав старца, вы от своей воли отрешаетесь и отдаете ее ему в полное послушание, с полным самоотрешением. Этот искус, эту страшную школу жизни обрекающий себя принимает добровольно в надежде после долгого искуса победить себя, овладеть собою до того, чтобы мог, наконец, достичь, через послушание всей жизни, уже совершенной свободы, то есть свободы от самого себя, избегнуть участи тех, которые всю жизнь бродили, а себя не нашли". Понять удивительный феномен Распутина можно лишь в контексте исторически сложившихся в России народных представлений о праведной жизни.

Впервые в Петербург Распутин приехал очевидно в 1903 г., успев к тому времени "покорить сердце" казанского епископа Хрисанфа, рекомендовавшего его ректору Петербургской духовной академии епископу Сергию. Тот, в свою очередь, представил Распутина профессору, иеромонаху Вениамину и инспектору академии (затем ректору), архимадриту Феофану. В кругах церковных иерархов и учеников академии Распутин вращался довольно долго, прошел здесь "свои университеты" и, обладая живым, цепким умом и прекрасной памятью, многое почерпнул от общения с ними. "Старец Григорий" произвел сильное впечатление и на известного в начале века проповедника, благочестивого пастыря, имевшего огромный моральный авторитет в России -отца Иоанна Кронштадского, благословившего его.

Духовник великого князя Петра Николаевича и его жены, великой княгини Милицы Николаевны, отец Феофан ввел "сибирского старца" в великокняжеские покои. Отсюда был всего лишь один шаг до царских чертогов. Роковая встреча должна была состояться и она в конце концов состоялась. Это произошло 1(14) ноября 1905 г. в Петергофе. В дневнике Николая записано:"Пили чай с Милицей и Станой. Познакомились с человеком Божиим - Григорием из Тобольской губернии". Царь и Царица находились в подавленном состоянии духа. Общее положение дел в стране было для них безрадостным. Несмотря на Манифест 17 октября, провозгласивший политические свободы, умиротворение не наступило. Отовсюду шли сигналы о беспорядках и насилиях. В такой мрачной атмосфере и появился тот, кто утешил их беседой, предсказав благоприятное и скорое завершение смут и волнений. Никаких потрясений от первого общения Царь не испытал; беседы с "Божьими людьми" были для него обычным делом, и некоторые встречи глубоко западали в душу. Он, например, навсегда запомнил пророчества юродивой Паши из Саровской пустыни (обители), предсказавшей ему при встрече в 1903 г. и войну с Японией и, и убийство дяди Сергея.

До конца 1907 г. встречи императорской четы со "старцем Григорием" были случайными и довольно редкими. Между тем, слава сибирского молитвенника и предсказателя постепенно в Петербурге росла. Даже П.А.Столыпин, человек, далекий от мистических настроений, летом 1906 г. приглашал его помолиться у постели его дочери, тяжело раненной террористами при покушении на отца. Однако до широкой известности Григория, той, можно сказать, шумной популярности, окружавшей его в последние годы монархии, еще было очень далеко. В свете же он мало по-малу становился экзотической фигурой, которой стали "угощать" гостей в некоторых богатых домах.

По мере роста известности достоянием общественности становился целый шлейф скандальных слухов, тянувшихся за Распутиным из Сибири. Чад "леденящих кровь историй" о невероятных эротических похождениях его и о немыслимых оргиях пьянил воображение образованных мещан. Установить, где правда и начинается вымысел в таких рассказах чрезвычайно трудно. Некоторые из них были публично оглашены самим "Гришкой-эротоманом", который, по мере усиления своего влияния и известности, любил пооткровенничать о невероятных приключениях. Много шуму наделал, например, такой рассказ, опубликованный в петербургскихгазетах и поданый в форме доверительного признания:"Будучи в Сибири, у меня было много поклонниц и среди этих поклонниц есть дамы, очень близкие ко двору. Они приехали ко мне в Сибирь и хотели приблизиться к Богу... Приблизиться к Богу можно только самоунижением. И вот я тогда повел всех великосветских дам - в бриллиантах и дорогих платьях,- повел их всех в баню (их было 7 женщин), всех раздел и заставил меня мыть". На обывателя подобные красочные рассказы производили огромное впечатление. Зрелище светских дам в "бриллиантах и дорогих платьях", моющих в боне крестьянского мужика,- это видение настолько сильно подействовало на публику, что навсегда осталось в околораспутинской мифологии.

С конца 1907 г. можно вести отсчет систематических встреч Г.Е.Распутина с царской семьей. Местом их чаще всего служил небольшой каменный дом, в котором поселилась А.А.Вырубова в Царском Селе, на Церковной улице № 2. Этот "Анин домик", которому суждено было стать своего рода "папертью власти", находился в полуверсте от Александровского дворца и, минуя придворные условности, во время прогулок императорская чета в неофициальной обстановке могла видеть человека, "объясняющего жизнь".

Вскоре в этих посиделках-собеседованиях стали принимать участие и царские дети: сначала старшие (Ольга и Татьяна), а затем и все остальные. Царь и Царица принимали его и в своих покоях, правда, такие встречи бывали довольно редкими, и проходили они под покровом тайны. Затем, после серии скандальных историй, они почти совсем прекратились. Очень скоро "сибирский старец" стал своим и для детей Николая и Александры, воспитанных в духе глубокой религиозности, беспредельно всегда уважавших и ценивших все то, что было дорого родителям. 25 июня 1909 г. Ольга Николаевна писала отцу из Петергофа:"Мой милый дорогой Папа. Сегодня чудесная погода , очень тепло. Маленькие (Анастасия и Алексей. - А.Б.) бегают босиком. Сегодня вечером у нас будет Григорий. Мы все чудесно радуемся его еще раз увидеть...".

Под воздействием каких чар находился самодержец? Неужели только хорошее знание священного писания, о котором говорили, могло так покорить сердце Царя? Конечно же, нет! Знатоков священных текстов было много. Хватало и предсказателей. Распутин появился в числе многих, а остался единственным не только по этим причинам, которые имели свое влияние, но не были определяющими. Как заметила А.А.Вырубова, Царь и Царица "верили ему как отцу Иоанну Кронштадскому, страшно ему верили; и когда у них горе было, когда, например, наследник был болен, обращались к нему с просьбою помолиться". "Роковой цепью", связавшей, как оказалось навсегда, семью последнего монарха и пресловутого старца, была болезнь цесаревича Алексея. В конце 1907 г. Г.Е.Распутин первый раз оказался рядом с заболевшим наследником, сотворил молитву и положение малыша улучшилось. О том, что вмешательство Г.Е.Распутина неоднократно изменяло в лучшую сторону течение болезни наследника, можно говорить со всей определенностью.

При всей неприглядности разнообразных слухов и сплетен, окружавших Распутина, императрица видела его лишь с одной стороны. Перед ее глазами был правоверный христианин с молитвой на устах, ничего для себя не желавший, а всегда печалившийся только о судьбе простых людей и просивший за униженных и оскорбленных. За несколько лет душевной близости и "неформальных отношений" царский друг ничего у монархов для себя не попросил. Императрица была очень щепетильна в таких вопросах и всегда болезненно реагировала на попытки приближенных добиться определенных льгот или материальных выгод. Ладанки, иконки,пояски, вышитые рубашки и платки, подобные мелочи и изделия семейного рукоделия - это все, чем Григория баловали в царской семье. Он, в свою очередь, посылал высочайшей последовательнице освященные куличи, пасхальные яйца, иконки, но главное, чему она всегда искренне радовалась, напутствия и пожелания или даваемые лично, или отправляемые по телеграфу. Царица на себе испытала удивительные целительные способности Григория. Он неоднократно избавлял ее от мигреней, снимал сердечные спазмы.

Распутин играл в жизни Александры Федоровны роль наставника-утешителя. Она была убеждена, что это истинный посланец Господа, человек-талисман, заступничество которого перед Всевышним дает надежду на будущее. Императрица Александра многих старцев, предсказателей, ясновидящих и магов видела, но считала, что у нее с Ники было толь два настоящих друга: месье Филипп и Григорий. Первый помог появлению наследника, а второй стал защитником и охранителем благополучия венценосцев.

В июне 1915 г. Александра Федоровна писала мужу:"Слушайся нашего Друга: верь ему, его сердцу дороги интересы России и твои. Бог не даром нам его послал, только мы должны обращать больше внимания на его слова - они не говорятся на ветер. Как важно для нас иметь не только его молитвы, но и советы". Она была убеждена, что "та страна, государь которой направляется Божиим Человеком, не может погибнуть".

Многократно разочаровываясь в людях, узнав на своем веку всю ложь и коварство людской молвы, она с каким-то сладострастным пренебрежением относилась к разговорам о недостойном поведении ее кумира, о скандальных историях, в которых фигурировало это имя.

По ее представлениям, ложь и клевета неизбежно сопровождают путь праведников на земле: "испорченность мира все возрастает,- заключила Александра Федоровна в апреле 1916 г.,- Во время вечернего евангелия я много думала о нашем Друге, как книжники и фарисеи преследовали Христа, утверждая, что на их стороне истина. Действительно, пророк никогда не бывает признан в своем отечестве... Он живет для своего государя и России и выносит все поношения ради нас".

Общение с царями пьянило крестьянскую натуру. Распутин стал мнить себя всемогущим, любил произвести впечатление рассказами о своем влиянии, и эти его застольные повествования (а во многих случаях россказни) передавались из уст в уста и принимались за правду безоговорочно. Общественное мнение, осуждая императрицу за ее веру в этого человека тоже в известном отношении стало жертвой распутинских воздействий, безропотно принимая слово за дело. Однако очевидно и то, что в делах Григория Распутина было достаточно пренебрежения к традициям и государственной власти, и царской семьи. В этих вопросах врядли он действительно сколько-нибудь серьезно разбирался. В тоже время прекрасно понимал, что его необразованность ("неотесанность") и грубые манеры не мешали ему быть популярным и оставаться "царевым другом". "Меня не будет - царей не будет, России не будет", - в это мрачное распутинское пророчество уверовала Царица, и он об этом знал. Все остальное рядом с этим жизненным предначертанием становилось несущественным.

Общение с "дорогим Григорием" давало успокоение душе, то, чего так не хватало последнему самодержцу в повседневной жизни. В минуту откровенности Царь заметил генерал-адъютанту В.А.Дедюлину, что Распутин - "хороший , простой, религиозный русский человек. В минуту сомнений и душевной тревоги я люблю с ним беседовать и после такой беседы мне всегда на душе делается легко и спокойно". Подобные заявления не могли остаться незамеченными. "Боже мой! До чего мы дожили! Что творится в России!?". "Образованное общество" начинало роптать. Чиновно-дворянский мир стал ужасаться.

Шум и скандал привлек внимание и вдовствующей императрицы. Всю жизнь Мария Федоровна помнила пророчество, слышанное ею еще в давние времена, тогда, когда она, молодая жена наследника русского престола, ждала своего первенца - будущего сына Николая. Рассказывали, что старушка-ясновидящая ей предсказала:"Будет сын твой царить, все будет на гору взбираться, чтобы богатство и большую честь заиметь. Только на самую гору не взберется - от руки мужика падет". Имя Распутина и его роль вызывали у вдовствующей императрицы тяжелые предчуствия.

Царь и Царица имели к этому времени уже свой взгляд на Распутина и не желали уступать давлению родни и общества в вопросе о выдворении "дорогого Григория" из Петербурга, на чем настаивал еще П.А.Столыпин. Помимо прочих соображений, Николай, в силу особенностей своей натуры, не мог принять решение, которое ему навязывалось. В таких случаях он проявлял поразительную неуступчивость. Отказ прогнать, как говорилось в свете, "исчадие ада" от подножия трона он объяснил министру двора В.Б.Фредериксу:"Сегодня требуют выезда Распутина, а завтра не понравится кто-либо другой и потребуют, чтобы и он уехал", а высказывавшему возмущение дворцовому коменданту В.Н.Воейкову (зятю министра императорского двора) сказал, как отрезал: "Мы можем принимать кого хотим". Желание Николая Александровича и Александры Федоровны принимать в своей семье, кого они хотят, вполне можно понять. Но они не были частными лицами; императорская чета не имела права пренебрегать общепринятым.

Обосновавшись в столице империи, превратившись в центр интереса и восхищения для "господ", Распутин не подлаживался под существующие стандарты жизни и принятые "у них" нормы отношений. Он несомненно знал, что своеобразный облик, грубые манеры, необычный стиль поведения и разговора - все это то,что во многом и делает его притягательным для этих, погрязших в роскоши и комфорте, людей. Постепенно распутинская специфика стала приобретать явно нарочитый характер. Не изменял он в Петербурге и многим своим бытовым привычкам. По словам близко с ним общавшегося С.П.Белецкого,"Распутин никогда не ел ни белого, ни черного мяса и не любил, если при нем курили, ел всегда мало, редко прибегал к ножу и вилке, из вин любил модеру и иногда красное; минеральных отрезвляющих вод не пил, а заменял их для отрезвления или простой водой или простым квасом, который любил".

Любой рассказ о Григории Распутине непременно требует выяснения двух взаимосвязанных вещей: сути его проповедей и состава распутинского кружка, о магическо-тлетворном влиянии которого много говорили. Сущностный смысл распутинских пророческих построений вращался в той или иной степени вокруг таких важных религиозно-нравственных категорий как любовь и смирение. В первом случае речь шла о том, что только человек, сердце которого наполнено любовью к ближнему, и является истинным христианином.

Сохранилась тетрадь изречений этого старца, составленная второй дочерью Николая II, Татьяной. Приведем ряд типичных распутинских пассажей:"Любовь есть свет и ей нет конца. Любовь - большое страдание. Она не может кушать, не может спать. Она смешана с грехом пополам. Все-таки лучше любить. В любви человек ошибается, но зато страдает и страданием искупает свои ошибки. Если любить сильно - любимые счастливы. Им сама природа и Бог дают счастье. Надо Бога просить, чтобы Бог научил любить светлое, ясное, чтобы не мученье была любовь, а радость. Любовь чистая, любовь ясная - есть солнце. Солнце греет, а любовь ласкает. Все в любви, любовь и пуля не возьмет".

Однако одной только любви для праведной жизни, как оннаставлял, было недостаточно. Только тот найдет истинную дорогу к Богу, кто преодолеет свою гордыню, отрешится от земной суеты и слабостей, научится спокойно воспринимать все те испытания, которые ему ниспошлются свыше для проверки крепости его веры. Ведя постоянно разговоры о любви и смирении, он очень легко относился к греху и, отступая от принципов христианской добродетели, считал, что исповедальным раскаянием можно легко заслужить прощение.

Основную часть распутинцев составляли женщины,о которых Бог весть что говорили! Приняв безоговорочно все слухи о любвеобильности Григория Распутина за правду, общественное мнение было почти единодушно: в его квартире на Гороховой собирались ненормальные, сексуально неудовлетворенные и психически неуравновешенные женщины, предававшиеся там невероятному, "просто разнузданному разврату". Говорили, что он гипнотизировал сознание разговорами о любви, затем овладевал своей очередной жертвой, которая уже не могла освободиться от его чар и оставалась преданной ему до конца. Так, или примерно так, рассуждали многие, от кухарок в богатых домах до собеседников в профессорских кабинетах.

Вообще разговоров об эротических наклонностях и сексуальном магнетизме Распутина всегда было очень много. Можно лишь предполагать, что у Григория имелись связи с женщинами. Однако, по вполне понятным причинам, утверждать здесь что-нибудь наверняка невозможно. Значительно важнее все-таки другое, о чем почти не говорят. Во всяком случае, и с Царицей, и с ее ближайшей подругой А.А.Вырубовой никаких интимных отношений не существовало, а ведь именно они были главной опорой старца, придававшей Распутину характер общественного явления. Его верная последовательница Анна Вырубова вообще выполняла роль строгой "дуэньи". Будучи человеком пуританских нравов, она недопускала в своем присутствии (виделись они в последние годы очень часто) никаких вольностей и никаких алкогольных возлияний. Если воспринимать Распутина во времени, через призму заката царской империи, то сколько-нибудь значительным сексуальный мотив во всей этой теме никак нельзя назвать. 29 июня 1914 г. в селе Покровском на Распутина было совершено покушение. По описанию товарища министра иностранных дел В.Ф.Джунковского, "Распутин вышел из дому, направляясь в сопровождении сына в почтово-телеграфную контору. В это время какая-то женщина подошла к нему и попросила у него милостыню. Не успел Распутин ответить, как она, выхватив из под платка большой тесак, ударила им его в живот, отчего Распутин упал, обливаясь кровью". Злоумышленницей оказалась крестьянка Сызранского уезда Симбирской губернии Хиония Гусева, ранее его почитательница. Нападение на "старца" приобрело характер сенсации. Сообщения о происшествии публиковались под броскими заголовками на страницах всех крупных газет, где регулярно сообщалось и о состоянии здоровья этой одиозной личности. Рана была серьезной, и первые день-два даже распространялись сведения о его смерти. Многие ликовали. Другие же, но таких были единицы, горевали и переживали. Потрясение испытала царская семья и особенно императрица, пославшая семье "дорогого друга" и ему самому несколько телеграмм. "Глубоко возмущены. Скорбим с Вами. Молимся всем сердцем. Александра" (30 июня); "Мысли молитвы окружают. Скорбим неописуемо, надеемся на милосердие Божие. Александра" (2 июля).

Рана Распутина была давольно серьезна, и он несколько дней находился между жизнью и смертью, но, как позже рассказывал императрице, сотворил молитву, Бог услышал его и спас для благополучия ее. Покушение изменило общественный статус крестьянина Тобольской губернии. По высочайшему распоряжению,его еще в 1912 г. начали охранять, но позже полицейская опека была снята. Теперь же она возобновилась. Уже 30 июня 1914 г. Николай II послал министру внутренних дел Н.А.Маклакову телеграмму:"В селе Покровском Тобольской губернии совершено покушение на весьма чтимого нами старца Григория Ефимовича Распутина, причем он ранен в живот женщиной. Опасаясь, что он является целью злостных намерений скверной кучки людей, поручаю Вам иметь по этому делу неослабное наблюдение, а его охранять от повторения подобных покушений". Отныне утешитель царской семьи стал находиться под постоянным полицейским контролем, что впрочем его не спасло.

Вернулся Распутин в столицу уже после начала мировой войны, в конце августа 1914 г., и сразу же встретился с венценосцами. 22 августа Царь записал:"После обеда видели Григория, в первый раз после его ранения". В последующие месяцы он стал в полной мере наставником-повелителем императрицы и действительно, если перефразировать слова Ф.М.Достоевского, полностью взял "ее волю в свою волю".

С началом войны "интенсивность общений" между императорской четой и Распутиным заметно возрастает. Потребность в успокоительных беседах у Царя и Царицы усиливается. Вот 17 октября 1914 г. - день грусти и возмущения. Николай II получил известие о вероломном нападении накануне турок и немцев на русский флот в портах Крыма. Вечером занес в свой дневник:"Находился в бешеном настроении на немцев и турок из-за подлого их поведения на Черном море! Только вечером, под влиянием успокаивающей беседы Григория, душа пришла в равновесие". Распутинские беседы были сеансом душевного снадобья. Для Николая Александровича и Александры Федоровны встречи с ним превращаются в потребность. Они приносят искреннюю радость. Духовная беседа - важная, но только часть жизни монарха (кстати, этот вид досуга был широкораспространен вообще во многих русских благочестивых семьях). Они разговаривали, затем молились перед сном, а утром жизнь Царя шла своим чередом. Утренняя краткая молитва и бесконечные встречи, приемы, поездки, доклады, бумаги. Из того, что Николай с семьей любили беседы о добре и зле, о любви и смирении, о смысле жизни, никоим образом нельзя делать вывод о том, что любил слушать из уст Григория разговоры и на государственно-политические темы.

Воздействие Распутина на Царицу было значительно сильней. Она безоглядно верила, что благополучие ее семьи зависит от его молитв. Этот необычайный человек так искренно предан! Ведь он спасал несколько раз Бэби от неминуемой смерти, а кто еще способен на такое? Его же молитвы оберегают ненаглядного Ники! Кроме того, он сам "от земли", знает нужды народа, а царям следует поступать так, чтобы простым людям стало легче жить. Мнением же света вообще можно пренебречь: они лезут в дела управления, а сами ничего не понимают. Как хорошо Григорий говорил об аристократах, что их воспитание очень ограничивает в жизни, исключает природную естественность! "Большая половина сего воспитания,- размышлял Распутин,- приводит в истуканство, отнимает простоту. А почему? Потому, во-первых, не велят с простым человеком разговаривать. А что такое простой человек? Потому, что он не умеет заграничные фразы говорить, а говорит просто и сам в простоте живет и она его кормит и его дух воспитывает и мудрость".

Времяпрепровождение "отца Григория" совсем не походило на традиционный уклад бытия русских странников и старцев, проводивших свои дни в тихой молитве и смирении. В распутинской жизни было слишком много разнузданности, походившей на разгул и кураж обезумевшего от своего значения, власти и возможностей раба, волею случая вознесшегося вдруг наверх и спешившего насладиться несказанной удачей.

О его повседневной жизни знали очень многие. Он был центром, вокруг которого ежедневно вращались десятки людей: просители,посетители, соседи, чины полиции, просто любопытствующие. От видевших и знавших, как круги на воде, расходились в публику факты, фактики и утверждения, в бесконечных пересказах свободно перелагавшиеся, обраставшие множеством деталей и событий, часто уже не имевших места в действительности. Конечно, сама по себе открытая полицейская охрана служила наглядным подтверждением наличия влиятельнейших покровителей у человека, внешний облик, манеры и образ жизни которого вызывали в различных кругах общества неприятие и возмущение. Даже члены императорской фамилии так не охранялись! А какой-то мужик удостоился такого внимания! Как он, значит, дорог Царю и Царице! В этом же нет никакого сомнения, так как "Гришка Окаянный" постоянно бывает в Царском, где, как об этом уверенно твердила стоустая молва, его встречали всегда с распростертыми объятьями.

Царская семья,по мнению убежденных монархистов, общалась с недостойным человеком и эта связь, как и скандальный характер жизни "царева друга", умоляли ореол "божественной непогрешимости" всегда окружавшей царей. Попытки "раскрыть глаза государю" и объяснить опасность сложившейся ситуации предпринимались еще до войны. Стараясь собрать как можно больше порочащих Распутина доказательств, его противники коллекционировали все, что о нем говорилось, не заботясь о степени достоверности подобных утверждений. Когда же этот "черный набор" представлялся Царю, то часто выяснялась неубедительность расхожих аргументов. В подобной ситуации оказался и бывший распутинский сторонник великий князь Николай Николаевич, когда представил скандальную сводку филерских наблюдений за Распутиным, где подробно перечислялись пьянки, встречи с проститутками и другие, не имевшие ничего общего с благочестием, деяния "старца". Император усомнился в подлинности этих сведений, так как быстро установил, что в один из вечеров, когда Распутин якобы разгульно пировал в ресторане, он находился допоздна в Царском Селе, беседуя с ним и императрицей. Николай II был педантом. Небрежность и неаккуратность в любом деле его всегда раздражали, вызывали неудовольствие. Он не любил сплетни и всегда верил только надежным свидетельствам или своему сердцу. Неубедительность антираспутинского материала формировала у Царя стойкую реакцию неприятия разоблачительных выступлений вообще.

Николай Александрович, искренне любя свою жену, питая уважение к "дорогому Григорию", все-таки был далек от того, чтобы безоглядно доверяться в государственных делах его советам и видениям. Так, например, рассказав императрице о своих планах относительно Думы и перестановки кабинета, он заметил:"Только, прошу, не вмешивай Нашего Друга. Ответственность несу я и поэтому я желаю быть свободным в своем выборе". Это право оставалось за императором. Беспокойство охватывало императорскую фамилию. Царь всегда в России был выше суждений толпы; она не смела раньше никогда публично обсуждать его действия, а уж тем более касаться семейной жизни императора. И уж коль до этого дошло, то значит дело плохо. Если бы об этом говорили только в салонах, было бы еще полбеды, но ведь это стало темой разговоров у простолюдинов и в армии, и в тылу. Престиж власти и сила власти — вещи неразрывные. Как этого не понимает Ники! Может быть правду говорят, что он загипнотизирован этим Распутиным? Вопросы возникали, но ответов не было. Непонятное, как казалось,поведение Царя не могли объяснить даже многие его родственники.

Однако сидеть и ждать бездеятельно развязки многие не хотели. Монархия и монарх в опасности, нужно что-то делать. Этот истерический рефрен "что-то нужно делать" на все лады повторяли особенно в аристократическом кругу, среди тех, кто своей судьбой, своим происхождением и своим положением был неразрывно связан с династией. Планов "по спасению государя" возникало немало. Центральным пунктом всех этих мечтаний была ликвидация влияния Распутина. Однако по старой русской традиции планы возникали так же быстро как и умирали. Лишь одному из них суждено было реализоваться. Его возникновение и осуществление связано с именем князя Феликса Феликсовича Юсупова графа Сумарокова-Эльстона. Это был носитель одной из родовитейших фамилий, эстет, меломан, англоман, принадлежавший к самым элитарным слоям аристократии. Феликс родился в 1887 г. и получил прекрасное образование: окончил классическую гимназию, а затем - Оксфордский университет. В течении довольно длительного времени он добивался руки великой княжны Ирины Александровны - дочери сестры Царя, великой княгини Ксении Александровны и великого князя Александра Михайловича, родившейся в 1895 г. Она была любимой племянницей Николая, любимой внучкой вдовствующей императрицы Марии Федоровны, и их крестницей.

План убийства сложился у Юсупова в ноябре 1916 г. К его осуществлению он привлек любимца Николая II, его двоюродного брата великого князя Дмитрия Павловича, живо поддержавшего намерение своего друга. Первоначально Феликс не хотел сам "пачкать руки убийством"; он собирался подыскать подходящего человека, согласившегося бы за деньги осуществить ликвидацию. По мнению аристократа, такого рода исполнителей можно было найти, конечно же в революционной среде. За посредничеством он обратился в начале ноября к видному либералу и известному адвокатуВ.А.Маклакову. Последний нашел такую просьбу бестактной, но счел необходимым политически просветить Юсупова. "Вы воображаете, что Распутина будут убивать революционеры? - удивленно спросил он у собеседника, и продолжал,- Да разве они не понимают, что Распутин их лучший союзник? Никто не причинил монархии столько вреда, сколько Распутин; они ни за что не станут его убивать".

Феликс был обескуражен. После некоторых колебаний он решил сам убрать "этого негодяя". План был обговорен с великим князем Дмитрием, В.А.Маклаковыми и с еще одним известным общественным деятелем, членом Государственной Думы от Бессарабской губернии, видной фигурой правых политических кругов В.М.Пуришкевичем. Датой проведения "акции" стала ночь с16 на17 декабря. Юсупов должен был привести Распутина в свое "родовое гнездо" на набережную Мойки, якобы для знакомства его со своей женой, которой вообще не было в Петрограде, и здесь "ненавистного мужика" намеревались отравить. Первоначальный сценарий пришлось по ходу дела "корректировать", но убийство все-таки состоялось.

Труп Распутина был отвезен на автомобиле великого князя далеко от юсуповского палаццо и брошен под лед. Участники условились категорически отрицать все возможные обвинения. Однако эти ухищрения были напрасны. Уже 17 декабря Царица писала мужу:"Мы сидим все вместе - ты можешь представить наши чувства - наш Друг исчез. Вчера А.(Вырубова-А.Б.) видела его и он ей сказал, что Феликс просит его приехать к нему ночью, что за Ним заедет автомобиль, что б Он мог повидать Ирину... Я не могу и не хочу верить, чтоб Его убили. Да сжалится над ним Бог!". Несмотря на потрясение Царица на людях себя вела очень сдержанно. Посетивший ее с докладом министр внутренних дел А.Д.Протопопов вспоминал:"Она была печальна, но спокойна, выражала надежду, что молитвы мученически погибшего Григория Ефимовича спасут их семью от опасности переживаемого тяжелого времени". По настоянию императрицы было принято решение хоронить Распутина в Царском Селе, хотя некоторые придворные считали, что это недопустимо, что не следует провоцировать общественный скандал и лучше отправить гроб на его родину, в село Покровское. После извлечения из воды тело было тайно переправлено в Чесменскую богадельню, находившуюся за Петроградом, по царскосельской дороге. Погребение решено было осуществить в пустынном месте Царского Села, на территории строившегося Вырубовой Серафимовского лазарета, под алтарем будущего храма. Тайная церемония состоялась 21 декабря. В дневнике Николая II записано:"В 9 час. поехали всею семьею мимо здания фотографии и направо к полю, где присутствовали при грустной картине: гроб с телом незабвенного Григория, убитого в ночь на 17 дек. извергами в доме Ф.Юсупова, стоял уже опущенным в могилу. О. (отец - А.Б.) Ал.Васильев отслужил литию, после чего мы вернулись домой. Погода была серая при 12 мороза".

Так закончил земной путь этот загадочный человек, ставший радостью и проклятьем последних венценосцев, насильственной смертью озаривший их царствование светом страшной обреченности. Его убийство ничего не решало; ход событий был неумолим. Отрезок от гибели Распутина до отречения Николая II от престола - эти 74 последних дня, время приближения развязки. Ее все чувствовали, но предотвратить грядущую катастрофу уже никто был не в силах. Монархам оставалось только молиться и ждать милости Господа.

Тело Распутина недолго пребывало на месте своего захоронения. 22 марта 1917 г. группа революционных солдат извлекла гроб из могилы и сожгла останки, а прах был развеян.

Александр Боханов

Книги Александра Боханова о Григории Распутине:



Подписка на новости

Последние обновления

События