Русская Православная Церковь

ПРАВОСЛАВНЫЙ АПОЛОГЕТ
Богословский комментарий на некоторые современные
непростые вопросы вероучения.

«Никогда, о человек, то, что относится к Церкви,
не исправляется через компромиссы:
нет ничего среднего между истиной и ложью.»

Свт. Марк Эфесский


Интернет-содружество преподавателей и студентов православных духовных учебных заведений, монашествующих и мирян, ищущих чистоты православной веры.


Карта сайта

Разделы сайта

Православный журнал «Благодатный Огонь»
Церковная-жизнь.рф

User Rating: 5 / 5

Star ActiveStar ActiveStar ActiveStar ActiveStar Active
 

О ПУСТЫНЯХ

ΠΕΡΙ ΕΡΗΜΩΝ

Николай, Митрополит Месогейский и Лавриотикийский

(τοῦ Μητροπολίτου Μεσογαίας και Λαυρεωτικῆς κ. Νικολάου)

Январь это, прежде всего такой месяц года, когда говорят и о пустынях.

Церковные чтения на Рождество Христово и Богоявления говорят о пути Израильского народа под водительством Моисея из Египетской пустыни в Землю Обетованную.

Евангельское чтение Недели (воскресного дня) перед Богоявлением повествуют о жизни и проповеди честнаго Предтечи Господня Иоанна в Иорданской пустыни.

В субботу после Богоявления мы читаем Евангелие, которое сообщает о тех искушениях, которые принял на Себя Господь после Свеого Крещения в пустыне на Сорокадневной горе.

икона прп. Антония Великого, 15-16в.

Прп. Антоний Великий (17 января по ст. стилю) «возделал бесплодие» Египетской пустыни.

Жизнь прп. Макариев Египетского и Александрийского (19 января) преобразили Нитрийскую пустыню.

Духовная жизнь и река богословия свт. Григория Богослова (25 января) имело свое начало в Понтийской пустыни.

Тот, кто желает прожить январь месяц духовно, тот призывается пройти  путь нашей Церкви с отпрысками, порождениями пустыни. Сымысловой понятие слова пустыни таково, как его определят духовная специфика января месяца.

Однако, хотя в нашем уме, и у всех нас, слово пустыня имеет отрицательный смысл, оно связывается с большой жарой и сильным холодом, засухой, бесплодием, а в целом с недовольством и трудностями, тем не менее, традиция нашей Церкви нам представляет пустыню в весьма телых словах: вместо холода  она приносит росу, в то время как она является борьбой за то, чтобы принесьти более благообразные плоды, в то время как обстановка в ней весьма неутешительная, однако же пустыни  являются местами для глубокого внутреннего утешения, хотя она лишена встреч и раздражения, дабы быть наполненной присутствием, хотя оно пустынно, но она напоминает рай.

Пустыня в духовном опыте и на собом языке означает безмолвие-исихию, в которой каждый может услышать и ясность, тот, кто может быть еще далек  от того, чтобы ее увидеть. В пустыне феномен миража делает далеким кажущееся весьма близким, а расплывчатое и размытое представляется в виде ясного. Так и в духовной пустыне всякий может слышать звуки, которые не могут быть уловлены в суматохе хлопот и попечений, искушений и разных отвлекающих факторов. Можно увидеть  издали и различить в человеке божественное, то, что в нем есть весного от того, что является греховным,  увидеть тленное, святое и нетленное. Кто-то может увидеть душу прозрачной и Бога и чисто и подле себя. Этому  помогает пустыня, но в основном она приводит к состоянию духовной пустыни. В слове «О моем бегстве в Понт» свт. Григорий Богослов пространно описывает эту иную пустыню, пустыню, которая преимущественно является состоянием, а в меньшей степени местом;  о той, которая породила реку богословия; о той, в которой он вкусил  изобилие плодов «пустынножития» и для того, чтобы приумножить «отшельничество и удаленность».

Вселенские Учители и Святители - Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст, соврем. икона

   Посещение этих пустынь это приззыв не только к подвижникам-аскетам, но это и призыв к каждому верующему, который живет таинство Церкви. В наших руках мы имеем, вероятно, незначительные силы, но неисчилимые возможности. Для всях нас возможностью является стать «пустынниками». Прп. Антоний Великий превозмогая свое естество, оставил мир и в то же время раскрыл в самом себе жизнь. Он «всецело удалился в себя», согласно гимнографии. И мы аналогичечным образом призываемся удалиться от нашего эгоизма и от нашего светского мышления. Тот, кто удалился от времени, тот предвидел и будущее. Мы призываемся оставить  временное, то есть то, что связывает нас узами эфемерного и преходящего, и жить вечность. И, наконец, он отошел от скупости весьма прагматичного греха в пустыню умервщения страстей. Поэтому мы дожны полностью ему подражать. Все мы призываемся жить пустнынную жизнь, лишенную эгоизма и светскости, свободную от эфемерного и временного, без греха и стесненности.

   Пустынное спокойстие от наших собственных стратей является перкой пустыней в духовной жизни.  Это бегство от наших желаний, которые появляются и выражаются в виде требований и своенравия. Это освобождение от болезненных и заразных наших помыслов, которые возникают как патологические чувствования. Мы считаем, что одни из них направилены против нас, в то время как некоторое из них не таковы: но если мы не будем иметь к ним доверия, то у нас их не будет; они на нас косо смотрят, в то время как этого не происходит. Мы строим несуществующие истории, которым мы верим как настоящим. Духовная жизнь с больным мыслями, которые глубоко укоренились в нас, парализована, она не существует ни при наличии патологических желаниях, ни при наличии предрассудков, ни при страхе, ни при изъянах, ни при ревоности и неуверенности. По своей сути жизнь это пустыня без страха, без различных нужд, которые у нас постоянно возникают, без подозрительности,  без комплексов и фантазий, без прав, без жалоб, без горечи, без патологических и измышленных связей, без злых и ложных привычек, от зависимостей и болезненных надежд. Наши ошибочные грезы, наши ошибочные перспективы, ошибочные оценки и иерархия ценностей в нашей жизни составляют для нас ад. Потому они являются болезненными, являются элементами падения, порождениями греха, являются едкими и лишающими  нашей свободы. Духовная жизнь желает, чтобы мы оставили, покинули  область нашего страстного эгоизма и чтобы в каждом из нас был бы создана наша собственная пустыня-тишина, атмосфера для нашей собственной аскезы, место для нашей собственной борьбы-подвига, атмосфера новых возможностей. Надприродная жизнь может обитать  и быть построена только на единтвенном основании – равновесии согласном с природой.

прп. Макарий Египетский, икона соврем. письма

Итсинные пустынники уже удалились от этих крайне шумных «городов». Они пережили и состояние второй пустыни, пустыни-тишины от нашего собственного естества. Они встали и ушли, и убежали, примчались в пустыню. Они ели, как и прп. Макарий, на протяжении еми лет вареную капусту. Они отказались от всякого покоя, от всякого удовольствия, о всякой улыбки и утешения этого мира. Для них ничего из вещественного не служило утешением.  Каждый интерес, все надежды, все они сами  были ориентированы на царство, на мир и личность Бога. И Бог вошел внутрь их.  Святые живут Бога в своем сердце. Для истинно святого человека потребности заключаются только в Боге, и в ожидании смерти. Их надежда это и наша собственная надежда. Однако существует и третье высшее удаление – это удаление от темницы нагешего падения, то есть от наших наклонностей. Каждый из нас вместе с тем, что он приходит в этот мир, несет и печать грехопадения, первородный грех, который он может удалить святым Крещением. Когда ктозлибо ведет борьбу за то, чтобы свергнуть с себя болезненные свойства, которые мы ранее перечислили, тогда внутри него дейсвует Крещение и тогда он может преоболеть наклонность, природу, тенденции, немощу его падения. Тогда в нем могут жить великие и небесные предметы. Необходимо увидеть  непосредственно мир обнаженным от греха и наполненным радостью первоначального творения. Здесь Бог переживается как всесильный и премудрый Создатель.  

Но духовный отшельник имеет от Бога возможность выйти и из тварного, дабы жить состояние несозданное в пустыни. Высвобождение от уз нашей тварности это глубочайшая пустыня, внутренняя пустыня духовной жизни. Христианин является созданным, тварным, но он ищет способы и двери для того, чтобы стать причастным нетварным эергиям Бога. По существву, будучи созданным, он может стать причастным нетварной божественной благодати. На месте этой глубокой пустыни Бог переживается как Отец, а Его благодаь как любовь.

Пустынники, о которых мы бедем нашу беседу, это пустынники, у которых сердце переполнено духовными дарами и истинными плодами. Так уть в Египетской пустыни привел иудеев в Землю Обетованную. Иордаская пустыня одарила ощущением царства Божия и покаяния. «Покайтесь, ибо приблизилось царство небесное» (Мф. 3,  2). Пустыня искушений для  Господа закончилась победой над дьяволом и удалением его; «тогда оставил Его дьявол» (Мф. 4, 11 ). Пустыня прп. Антония Великого указала на великие подвиги и сияние человеческой природы. А в завершении, Понтийская пустыня свт. Григория Богослова  стало причиной рождения богословия. Свт. Григорий Богословоплакивал свой уход из своей пустыни. В безмолвии-исихии он  жил и слышал то, чего не слышал нашы уши. В пустыне он жил рачение и непосредственную всречу с  таинством Бога, которое мы не можем умножить и осуществить с помощью нашего воображения. В результате чего он был, благодаря этой жизни, не только удостоен приблизиться к Богу, но  Великой Антонии показал великие подвиги и очарование человеческой природы. И, наконец, пустыня Понтийская пустыня, в нее святитель Григорий Богослов был призван для рождения богословия. Святой Григорий плакал о своем уходе из своей собственной пустыни. Он жил в тишине и слушали те, которые не слушают наших ушей. Он жил в пустыне желания и противостоять тайны Бога, что мы, или с помощью нашего воображения мы не можем стать ближе. И, наконец, требовать от этой жизни, а не только достичь Бога, но «во святилище взошел еси темноту, дабы восприяти богозапечатленное законоположение» (песнопение Литии).

 Тот, кто живет с этим духом и образом и ориентирован в этом направлении, кто  таинственно шествует по пути живота в этой атмосфере пустыни, пустыни  лишенной страстей, природы, свободной от греховных наклонностей и от своей тварности, тому Бог обещает  небесную Землю Обетования, победу над искушениями, жить царствие Божие через покаяние, величие челочесекой природы, которая одержала победу над греховатением, ощущение того, что богословие это не есть то, чему мы должны учиться как христиане, но есть нечто постоянно рождающееся внутри сердца каждого верующего. Благодать это есть что-то такое, что верующие воспринимают как  благожелательность и дар, но это сила, которой мы обладаем как возможностью.

 Каждый год, в течение месяца января, наша Церковь нам представляет великих подвижников и богословов, как например, Трех святителей (имеются в виду свяители Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский, Василий Великий, архиепископ Кесарии Каппадокийской и Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский), и она нас призывает и побуждает к тому. Чтобы мы жили благодать богословия, дабы как в день Сретения старец Симеон восприял в свои объятия Господа, и мы, каждый из нас, смогли бы стать по благодати Божией и богоприимцами.

Поскольку мы приближаемся к празднованию великих праздников, тоумножаются и уникальные возможности. При невеликом уме и при вполне приемлемом духовном мышлении мы можем и должны, все мы, стать и богословами и богоприимцами, наше сердце должно принять Божественную благодать, а наш ум да породит Его слово.

©перевод выполнен интернет-содружеством «Православный Апологет» 2017г.

http://aktines.blogspot.ru/2017/01/blog-post_99.html

 

 



Подписка на новости

Последние обновления

События