Русская Православная Церковь

ПРАВОСЛАВНЫЙ АПОЛОГЕТ
Богословский комментарий на некоторые современные
непростые вопросы вероучения.

«Никогда, о человек, то, что относится к Церкви,
не исправляется через компромиссы:
нет ничего среднего между истиной и ложью.»

Свт. Марк Эфесский


Интернет-содружество преподавателей и студентов православных духовных учебных заведений, монашествующих и мирян, ищущих чистоты православной веры.


Карта сайта

Разделы сайта

Православный журнал «Благодатный Огонь»
Церковная-жизнь.рф

Эволюция, наука и вера

Путешествие астрономии началось с Фалеса и завершилось при Гиппархе

Το ταξίδι της αστρονομίας ξεκίνησε από το Θαλή και κατέληξε στον Ίππαρχο

Древне-греческие ученые заложили основы для всех видов наук. Среди них находится и астрономия

Οι Αρχαίοι Έλληνες Φιλόσοφοι έθεσαν τις βάσεις για όλες τις επιστήμες. Ανάμεσα σε αυτές ασχολήθηκαν και με την αστρονομία.

Великий эволюционный шаг в греческой астрономии был сделан Фалесом (643-548 гг. До н.э.), греческим мудрецом из Милета Ионического. Мы не знаем, откуда Фалес приобрел свои знания о вселенной. Многие считают, что ФАЛЕС получил астрономические знания во время своих путешествий в Египет и Вавилон.

 

В 585 г. до н.э. царства лидийцев и мидийцев вели междоусобные войны друг с другом. 28 мая 585 г. до н.э. вражеские войска заняли свои места на берегу реки Али. Битва началась и велась ожесточенно, она продолжалась какое-то время, когда вдруг солнце начало исчезать, и тьма упала на землю.

 

Вражеские армии, напуганные этим явлением прекратили сражаться, и когда солнце наконец взошло на небо, праведные цари заключили между собой мир, считая затмение божественным знаком.

Фалес, как говорят нам многие древние писатели, предсказывал затмение. Но чтобы предвидеть такое событие, периодичность явления, которое теоретически повторяется каждые 18 лет и 11 дней (223 лунных месяца), было недостаточно простых знаний.

 

Он также имел ясное знание о солнечном и лунном циклах, лунных затмениях в эклиптике и понятие широты в нем. В результате чего Фалес, похоже, обладал всеми этими знаниями, так как он был и великим математиком, который, кроме наблюдений за небом, смог вычислить высоту египетских пирамид, чего до него за 2000 лет не смогли сделать египетские мудрецы. Фалес даже не просто располагал знаниями о предсказании затмения.

 

Он также понял их причину их происхождения. Также считается, что он верил в сферичность Земли, потому что, если бы Земля была плоской, то его бы теории не могли бы быть применимы. Фалесу также приписывают открытие того, что Луна – освящается извне, от другого источника света. Однако Фалес, как истинный ученый, благодаря науке сумел приблизиться к абсолютному представлению о божестве, характеризуя Бога как древнего и нерожденного, не имеющего ни начала, ни конца.

 

Учеником Фалеса был Анксимандр Милезийский (611-546 гг. До н.э.), который изменил учение своего учителя исходя из представления о сферичности Земли. Но он попытался сначала измерить расстояния до планет от Земли, но также и их размеры. Он также сначала нанес на карту небо и рассчитал курс Солнца над эклиптикой.

 

В том же направлении трудился и Пифагор, Самосский, который трудился со своими учениками, пифагорейцами, вызвав настоящую революцию в мировой науке. Пифагорейцы приняли воззрение о сферичности Земли, а также и других небесных тел, которые вращались вокруг «огня». Их учение мало чем отличалось от взглядов Фалеса. Однако большинство современных исследователей считают Пифагора и его учеников пионерами в области некоторых знаний.

 

Однако тем, кто каталогизировал и зафиксировал сегодня всем известные научные выводы, а поэтому и он также может быть охарактеризован как пионер мировой астрономии, был Аристарх Самийский (310-230 до н.э.), известный математик и астроном древней Греции.

 

Аристарх разработал теорию сферичности Земли и планет, Фалес и Пифагор и в итоге разработали теорию гелиоцентрической солнечной системы еще за два тысячелетия до Коперника. Аристарх считал Солнце центром вселенной, вокруг которой вращаются все планеты в следующем порядке: Меркурий, Венера, Земля, Марс, Зевс и Сатурн.

 

К сожалению, его работа не была сохранена. Но есть десятки косвенных свидетельств других ученых того времени, которые подтверждают то, что открыл Аристарх. Архимед и Плутарх, а также латиноамериканские историки подтверждают, что Аристарх на самом деле собрал, классифицировал и рационально переформулировал свои прежние знания и убеждения.

 

В дополнение к своим исследованиям о гелиоцентрической системе Аристарх рассчитал расстояния Земля-Луна и Солнце-Земля, а также объемы Луны и Солнца. Одной из причин, по которой его работа не была выполнена с необходимой тщательностью, как следовало, было то, что Аристарха преследовали за его идеи, что «беспокоило олимпийцев». Аристарх был приговорен к смерти в Афинах. К счастью, однако, ему удалось бежать и поселиться в Александрии.

Достойными последователями его творчества были Архимед и Эратосфен, но прежде всего Гиппарх Родосский. Гиппарх впервые записал с научной точки зрения явление перехода равноденствий и написал список беззвездных звезд, в который входило более 1000 звезд, разделенных на шесть групп, в зависимости от их светимости.

 

Гиппарх впервые отличил астральный от солнечного года, продемонстрировал неравенство времен года и времени года, рассчитал средний параллакс Луны и соответствующий ему параллакс Солнца, измерил периметр Земли, рассчитал диаметр Луны, а. Он справедливо входит в число величайших астрономов всех времен.

https://www.pentapostagma.gr/2018/12/το-ταξίδι-της-αστρονομίας-ξεκίνησε-απ.html?utm_source=feedburner&utm_medium=email&utm_campaign=Feed%3A+pentapostagma+%28ΠΕΝΤΑΠΟΣΤΑΓΜΑ%29

© перевод выполнен интернет-содружеством «Православный Апологет»2018г.

  •  
  •  
  •  
  •  

Ученые о теории эволюции

https://azbyka.ru/uchenye-o-teorii-evolyucii

чарльз дарвин краткая биография

 

Подавляющее большинство изречений, помещённое в настоящий сборник, принадлежит самым ярым защитникам теории эволюции. Но в этом-то и сила книги. Основы эволюционистских твердынь вряд ли пошатнут высказывания из уст учёных-креационистов. Но даже в суде оправдывающие показания, приведённые враждебно настроенным свидетелем, считаются наиболее важными. Поэтому замечания палеонтолога-эволюциониста, который признаётся в отсутствии промежуточных форм, или биолога-эволюциониста, который сомневается в механизме мутаций/отбора, весьма существенны (особенно, если эти высказывания приведены точно и без искажений), даже если в остальном автор поёт гимны эволюции. Мы с нетерпением ждём самого широкого использования этого издания. 
Редактор.

Creation Science Foundation Ltd, 1990.

***

Сегодня многие считают, что спор о происхождении жизни ведется между научными воззрениями эволюции и религиозными воззрениями сотворения. Так ли это на самом деле?

Перед публикацией своей книги Дарвин утверждал:>

10 малоизвестных фактов о Дарвине биография, дарвин, факты, эволюция

1. Будущая книга вас весьма озадачит; она, к сожалению, будет слишком гипотетична. Скорее всего, она лишь послужит упорядочиванию фактов, хотя сам я думаю, что нашел приблизительное объяснение происхождению видов. Но, увы, как часто — почти всегда — автор убеждает себя в истинности собственных догм.

Чарльз Дарвин, 1858, из письма коллеге о заключительных главах «Происхождения видов». Цит.по John Lofton’s Journal, The Washington Times, 8 February 1984.

Научна ли теория эволюции?

2. По существу, теория эволюции превратилась в своего рода научную религию; почти все ученые приняли ее, и многие готовы «втиснуть» свои наблюдения в ее рамки.

Х.С. Липсон (H.S.Lipson), королевское физическое общество, профессор физики, Манчестерский университет, Великобритания. A physicist looks at evolution. Physics Bulletin, vol,31, 1980, p.138.

 

Эволюция — факт или вера?

3. Теория эволюции — стержень биологии; таким образом, биология находится в странном положении науки, основанной на недоказанной теории. Так наука она или религия? Вера в теорию эволюции, таким образом, сродни вере в целенаправленное творение — каждая концепция считается истинной теми, кто верит в нее, однако ни та, ни другая не доказаны по нынешний день.

Л. Харрисон Мэтьюз (L.Harrison Matthews), королевское физическое общество. Предисловие к «Происхождению видов» Дарвина. J.M.Dent & Sons Ltd, London, 1971, p.xi.

4. Приходится признать, что, вопреки расхожим представлениям, теория случайного возникновения жизни под воздействием естественных условий, основанная на фактах, а не на вере, просто еще не написана.

Хьюберт П.Йоки (Hubert P.Yockey), Армейская радиационная станция, Абердинский полигон, Мэриленд, США. A calculation of the probability of spontaneous biogenesis by information theory. Journal of Theoretical Biology, vol.67, 1977, p.396.

 

Можно ли наблюдать эволюцию?

5. Эволюцию — по крайней мере в том смысле, в каком говорил о ней Дарвин — невозможно проследить в течение жизни одного наблюдателя.

Др. Дэвид Б.Киттс (David B.Kitts), зоология, кафедра геологии и геофизики, университет Оклахомы, Норман, Оклахома, США. Paleontology and evolutionary theory. Evolution, vol.28, September 1974, p.466.

 

Можно ли проверить эволюцию?

6. Легко сочинять истории о том, как одна форма жизни превращалась в другую, и находить причины того, почему та или иная стадия побеждала в естественном отборе. Но истории эти — не наука, так как не существует способа подвергнуть их проверке.

Личное письмо (от 10 апреля 1979 года) д-ра Калина Паттерсона (Colin Patterson), старшего палеонтолога Британского музея естественной истории, Лондон, Лютеру Д.Сандерленду. Цит.по: Luther D.Sunderland. Darwin’s Enigma, Master Books, San Diego, USA, 1984, p119.

7. Нашу теорию эволюции невозможно опровергнуть никакими наблюдениями — любые наблюдения могут быть «втиснуты» в ее рамки. Теория эволюции, таким образом, находится «по ту сторону эмпирической науки», хотя это не обязательно означает, что она неверна. Никто не может придумать способа проверить ее. Выводы — безосновательные или сделанные на основе немногочисленных лабораторных опытов, проведенных в максимально упрощенных условиях, — приобрели распространенность, далеко не соответствующую их ценности. Они стали частью эволюционной догмы, впитанной нами в процессе обучения.
Пол Эрлих (Paul Ehrlich), профессор биологии, университет Стэнфорда и Л.Чарлз Берч (L.Charles Birch), профессор биологии, университет Сиднея. Evolutionary history and population biology. Nature, vol.214, 22 April 1967, p.352.

8. Эволюционные события уникальны, неповторимы и необратимы. Превратить сухопутное позвоночное в рыбу так же невозможно, как и произвести обратное превращение. Применение экспериментальных методов проверки к таким уникальным историческим процессам строго ограничено — в первую очередь потому, что продолжительность этих процессов намного больше, чем жизнь экспериментатора. Именно из этой невозможности проверки исходят антиэволюционисты, требуя доказательств, которые они смогли бы великодушно признать удовлетворительными.

Теодозиус Добжански (Theodosius Dobzhansky), бывший профессор зоологии и биологии, университет Рокфеллера. On methods of evolutionary biology and anthropology, Part 1, biology. American Scientist, vol.45 (5), December 1957, p.388.

 

Подтверждется ли эволюция фактами?

Дарвин писал:

9. Я уверен, что в этой книге вряд ли найдется хоть один пункт, к которому нельзя подобрать факты, которые приводили бы к прямо противоположным выводам, чем факты, найденные мною. Истинный результат может быть получен только при тщательном подсчете и сопоставлении фактов и доводов как «за», так и «против». А это пока невозможно.

Чарльз Дарвин, 1859. Предисловие к «Происхождению видов», с.2. Цит. также в «John Lofton’s Journal», The Washington Times, 8 February 1984.

Что же доказывают факты?

10. Биологи просто наивны, когда они говорят об экспериментах, разработанных для проверки теории эволюции. Она не поддается проверке. Ученые будут то и дело натыкаться на факты, противоречащие их предсказаниям. Эти факты неизменно будут игнорироваться, а их открыватели будут, несомненно, лишены дальнейших субсидий на исследования.

Профессор Уиттен (Whitten), генетика, Мельбурнский университет, Австралия. 1980 Assembly Week address.

О чем говорят факты?

11. Факты вовсе не «говорят сами за себя»; их читают в свете теории. Творческая мысль, как в искусстве, так и в науке, направляет изменение мнений. Наука — это квинтэссенция человеческой деятельности, а не механическое, роботоподобное накопление объективной информации, ведомое законами логики к неопровержимым выводам.

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. The validation of continental drift. В кн.: Ever Since Darwin, Burnett Books, 1978, pp.161-162.

12. Время от времени ученые натыкаются на факты, которые, кажется, вот-вот откроют одну из величайших тайн науки. Такие открытия очень редки. Когда они происходят, все братство ученых приходит в чрезвычайный восторг.

Но сильные чувства — не лучший барометр научной достоверности. Наука, как заметил Адам Смит, должна быть «величайшим противоядием от энтузиазма». Объяснения исчезновения динозавров — замечательный показатель того, что наука основана не только на фактах. Есть гораздо более важный аспект — истолкование этих фактов.

Др. Роберт Джэстроу (Robert Jastrow), физика, директор Института космических исследований, США. The dinosaur massacre. Omega Science Digest, March/April 1984, p.23.

Эволюция: факт или вера?

13. После множества тщетных попыток наука оказалась в весьма щекотливой ситуации: постулировав теорию происхождения видов, она не смогла доказать ее. Упрекая богословов в том, что они опираются на мифы и чудеса, наука сама оказалась в незавидном положении, создав свою собственную мифологию, а именно: если в результате длительных усилий нельзя доказать, что нечто происходит сейчас, значит, это происходило в первобытном прошлом.

Др. Лорен Эйсели (Loren Eisley), антропология. The secret of life. В кн.: The Immense Journey, Random House, New York, 1957, P.199.

Чего добился Дарвин?

14. По существу, теория Дарвина предвосхитила его знания — он выдвинул новую перспективную теорию, но ограниченный запас знаний не позволил ему убедить себя и других в ее правильности. Он не мог ни сам принять свою теорию, ни доказать ее другим. Дарвин просто не был достаточно сведущ в тех областях естественной истории, на знании которых могла бы базироваться его теория.

Др. Бэрри Гейл (Barry Gale), история науки, Дарвиновский колледж, Великобритания. В кн.: Evolution Without Evidence. Цит.по: John Lofton’s Journal, The Washington Times, 8 February 1984.

Изменилось ли что-нибудь?

15. Я знаю, что данные — по крайней мере в палеоантропологии — остаются столь немногочисленными и рассредоточенными, что на их толкование очень жестко влияет теория. В прошлом теории явно отражали не реальные данные, а идеологические веяния.

Др. Дэвид Пилбим (David Pilbeam) физическая антропология, Йелский университет, США, Rearranging our family tree. Human Nature, June 1978, p.45.

Следовательно…

16. Вот одна из причин того, что я начал склоняться к антиэволюционной, или, лучше сказать, не-эволюционной точке зрения: в прошлом году я внезапно осознал, что до сих пор на протяжении двадцати лет всего лишь думал, будто работаю над теорией эволюции. В одно прекрасное утро я проснулся, и меня словно обожгло: ведь я работаю над этим уже двадцать лет, и до сих пор ничего об этом не знаю! Ужасно, когда понимаешь, что тебя так долго водили за нос. Одно из двух — либо что-то не так со мной, либо с теорией эволюции. Но я-то знаю, что со мной все в порядке! Поэтому последние несколько недель я занимался тем, что задавал самым разным людям и коллективам очень простой вопрос: можете ли вы рассказать что-нибудь об эволюции — все, что угодно, лишь бы это действительно было правдой?

Я задавал этот вопрос в отделе геологии Музея естественной истории. Молчание было мне ответом. Я опробовал его на участниках семинара по эволюционной морфологии в университете Чикаго, очень представительного органа эволюционистов, и снова ответом было лишь долгое молчание, пока наконец кто-то не сказал: «Я знаю одно: нужно запретить учить этому в школе».

Др. Колин Паттерсон (Colin Patterson), старший палеонтолог, Британский Музей естественной истории, Лондон. Keynote address at the American Museum of Natural History, New York City, 5 November 1981.

 

Помогла ли теория эволюции

…ученым?

17. Книгу Дарвина «Происхождение видов» я нахожу крайне неудовлетворительной: она ничего не говорит о происхождении видов; она написана весьма поверхностно, и содержит специальную главу «Трудности теории»; она включает массу рассуждений о том, почему в летописи окаменелостей нет никаких свидетельств естественного отбора…
…Как ученый, я не в восторге от этих идей. Но мне кажется недостойным ученого отвергать теорию лишь по причине собственной предвзятости.

Н. Липсон (H.Lipson), Королевское физическое общество, профессор физики, Манчестерский университет, Великобритания. Origin of species. «Letters», New Scientist, 14 May 1981, p. 452.

18. Без сомнения, открытием заседания Британской Ассоциации по прогрессу науки, проходившего в Сэлфорде, стал доктор Джон Дюран, молодой преподаватель университетского колледжа в Суонси. Читая лекцию о Дарвине самой большой аудитории за всю неделю съезда, Дюран выдвинул ошеломляющую теорию — дарвиновское объяснение происхождения человека путем эволюции превратилось в современный миф, в тормоз науки и социального прогресса…

Дюран заключил, что секулярный миф об эволюции оказал «разрушительное воздействие на научные исследования» и привел к «искажениям, бесплодным спорам, и гигантским злоупотреблениям в науке».

Др. Джон Дюран (John Durant), университетский колледж Сурнси, Уэльс. Цит.по: «How evolution became a scientific myth». New Scientist, // September 1980, p.765.

19. Эволюция — сказка для взрослых. Эта теория ничего не дала прогрессу науки. Она бесполезна.

Профессор Луи Бунур (Louis Bounoure), бывший президент Биологического общества Страсбурга, директор Страсбургского Зоологического музея, бывший директор Французского Национального центра научных исследований. Цит.по: Advocate, 8 March 1984, p.17.

20. Ученые, утверждающие, будто эволюция — это факт жизни,— великие мошенники, а их истории, возможно, — величайшая мистификация всех времен. У нас нет ни йоты фактов, объясняющих эволюцию.

Др. Т.Н.Тамисиан (T.N.Tahmisian), Комиссия по атомной энергетике, США, в The Fresno Bee, August 20, 1959. Цит.по N.J.Mitchell, Evolution and the Emperor’s New Clothes, Roydon publications, UK, 1983.

…философам?

21. Лично я уверен, что теория эволюции и особенно то широкое распространение, которое она получила, в будущих учебниках истории будут представлены как величайший анекдот. Наших потомков восхитит невероятная доверчивость, с которой была принята столь сомнительная и бездоказательная гипотеза.

Мальколм Маггеридж (Malcolm Muggeridge), всемирно известный журналист и философ. Паскалевс-кие чтения, университет Ватерлоо, Онтарио, Канада.

 

Действительно ли теория сотворения мира ненаучна?

22. Отношение к видам как к «естественным родам» прекрасно согласуется со взглядами креационистов преддарвинской эпохи. Луи Агассис даже утверждал, что роды — это мысли Господа, воплощенные таким образом, чтобы дать нам понять Его величие и Его весть. Виды, писал Агассис, «созданы Божественным Разумом как категории Его образа мышления». Но разве могло разделение органического мира на дискретные вещи быть оправдано теорией эволюции, которая провозгласила бессмысленные изменения фундаментальным фактом природы?

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. «A quahog is a quahog». Natural History, vol. LXXXVIII(7), August-September, 1979, p. 18.

23. Если живая материя возникла не из-за взаимодействия атомов, естественных сил и радиации, — то как же тогда? Существует еще одна теория — довольно непопулярная в наши дни,— основанная на идеях Ламарка: если организм нуждается в улучшении, то он разовьет его, а затем передаст потомкам. Я, однако же, думаю, что мы должны пойти еще дальше и согласиться, что единственное приемлемое объяснение — сотворение. Я знаю, что это — анафема для физиков, в том числе и для меня, но мы не должны отрицать теорию, подтвержденную экспериментальными доказательствами, даже если она нам не нравится.

Х.С. Липсон (H.S.Lipson), королевское физическое общество, профессор физики, Манчестерский университет, Великобритания. A physicist looks at evolution. Physics Bulletin, vol.31, 1980, p. 138.

Творение ex nihilo?

24. В 1973 году я пришел к заключению, что наша Вселенная действительно была внезапно создана из ничего (ex nihilo), и это — следствие известных физических законов. Это предположение поразило людей: одних — как нелепое, других — как очаровательное, третьих — как и то и другое одновременно.

Новизна научной теории творения ex nihilo вполне очевидна, ведь долгие годы наука внушала нам, что некто не может создать нечто из ничего.

Эдвард П.Трайон (Edward P.Tryon), профессор физики, Нью-Йоркский университет, США. What made the world? New Scientist, 8 March 1984, p.14.

 

Слепой случай или разумный замысел?

25. Чем более это невероятно статистически, тем менее мы верим в то, что все произошло по воле слепого случая. Очевидной альтернативой случаю является мыслящий Конструктор.

Др. Ричард Докинз (Richard Dawkins), кафедра зоологии, Оксфордский университет, Великобритания. The necessity of Darwinism, New Scientist, vol.94, 15 April 1982, p. 130.

Но так ли все сложно…?

26. Но давайте отбросим иллюзии. Если сегодня мы обратимся к ситуациям, в которых аналогии с естественными науками особенно впечатляют, даже если мы обнаружим в биологических системах процессы, далекие от состояния равновесия, все равно наши исследования так и останутся далеко за пределами возможности объяснить столь невероятную сложность самых простейших организмов.

Илья Пригожий (Нуa Prigogine), профессор, директор отделения физики, Брюссельский университет. Can thermodynamics explain biological order? Impact of Science on Society, vol.23(3), 1973, p. 178.

27. А три фунта мозга в Человеке — самое, насколько нам известно, сложное и высокоорганизованное устройство во Вселенной.

Др. Айзек Азимов (Isaac Asimov), биохимик, бывший профессор Бостонской университетской школы медицины, всемирно известный писатель. In the game of energy and thermodynamics you can’t even break even. Smithsonian Institute Journal, June 1970, p. 10.

Итак?

28. Поскольку мы видим» однако, что вероятность случайного происхождения жизни настолько ничтожна, что сводит всю концепцию случайности к абсурду, разумно будет думать, что благоприятные физические свойства, от которых зависит жизнь, возникли намеренно…

Таким образом, почти неизбежным становится предположение о том, что уровень нашего разума лишь существенным образом отражает породивший нас высший разум — вплоть до идеи Бога.

Сэр Фред Хойл (Fred Hoyle), профессор астрономии Кембриджского университета, и Чандра Викрамасинхе (Chandra Wick-ramasinghe), профессор астрономии и прикладной математики университетского колледжа в Кардиффе. Convergence to God. В кн.: Evolution from Space, J.M.Dent & Sons, London, 1981 pp. 141, 144.

29. Я всегда говорил, что рассуждения о происхождении жизни ведут в тупик, поскольку даже простейший из живых организмов слишком сложен для того, чтобы быть понятым в рамках крайне примитивной химии, какой пользуются ученые, силясь объяснить то необъяснимое, что происходило миллиарды лет назад. Бог непостижим столь наивным мышлением.

Эрнст Чейн (Ernst Chain), всемирно известный биохимик. Цит.по: R.W.Clark в The Life of Ernst Chain: Penicillin and Beyond, Wiedenfeld & Nicolson, London, 1985, p. 148.

 

Подтверждают ли эволюцию окаменелости?

В 1850 году Дарвин писал:

30. Почему же тогда мы не обнаруживаем все эти промежуточные звенья в каждой геологической формации и каждой страте? Геология отнюдь не предъявляет нам подобную завершенную последовательную цепь организмов. И это, вероятно, самое очевидное и серьезное возражение, которое может быть выдвинуто против нашей теории. Объяснение этому, я считаю, кроется в крайнем несовершенстве геологических данных.

Чарльз Дарвин. Происхождение видов. Глава X, О несовершенстве геологических данных. J.M.Dent & Sons Ltd, London, 1971, pp.292-293.

Ho 120 лет спустя!

31. Co времен Дарвина прошло 120 лет, и наши знания летописи окаменелостей значительно расширились. Но, несмотря на то, что теперь нам известно четверть миллиона ископаемых видов, ситуация существенно не изменилась. Сведения об эволюции все так же на удивление скудны, и. по иронии судьбы, у нас сейчас даже меньше примеров эволюционных преобразований, чем было при Дарвине. Я имею в виду, что некоторые классические дарвиновские примеры изменений в последовательности окаменелостей. как, в частности, эволюция лошади в Северной Америке, теперь, при наличии более точной информации, необходимо отбросить, либо пересмотреть — то, что при малом количестве данных выглядело милой простой прогрессией, теперь оказалось куда более сложным и куда менее последовательным. Итак, проблема Дарвина вовсе не перестала быть таковой за прошедшие 120 лет. И, хотя хронология и демонстрирует изменения, естественный отбор является далеко не самым логичным их объяснением. Также великие вымирания, скажем, динозавров и трилобитов, по-прежнему остаются загадкой.

Др. Дэвид М. Рауп (David M.Raup), консультант по геологии отделения Музея естественной истории, Чикаго. Conflicts between Darwin and paleontology. Field Museum of Natural History Bulletin, vol.50(l), January 1979, p.25.

32. Дарвиновская теория естественного отбора всегда была тесно связана с исследованием окаменелостей, и, вероятно, многие предполагают, что окаменелости представляют собой очень важную часть общих доказательств в пользу дарвиновского толкования происхождения жизни. К сожалению, это не совсем так.

Др. Дэвид М. Рауп (David M.Raup), консультант по геологии отделения Музея естественной истории, Чикаго. Conflicts between Darwin and paleontology. Field Museum of Natural History Bulletin, vol.50(l), January 1979, p.22.

33. Важно, что почти все предания об эволюции, которые я слышал, еще будучи студентом — от Ostrea/ Gryphaea Трумена до Zaphrentis delanouei Каррузерса — теперь опровергнуты. Точно также их полную несостоятельность доказывает и мой собственный опыт [sic] более чем двадцатилетнего безуспешного поиска эволюционных связей мезозойского Брахиопода.

Др. Дерек В.Эйджер (Derek V.Ager), отдел геологии и океанографии, университетский колледж Суонси, Великобритания. The nature of the fossil record. Proceedings of the Geologists» Association, vol.87(2), 1976, p.132.

34. Отсутствие ископаемых свидетельств в пользу промежуточных стадий между основными изменениями в конструкции организма; тот факт, что зачастую мы не способны — даже в воображении — воспроизвести эти функциональные промежутки,— вот самая животрепещущая проблема представления о поступательной эволюции.

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. Is a new and general theory of evolution emerging? Paleobiology, vol.6(1), January 1980, p.127.

 

Так какие же звенья эволюции «утеряны»?

Существуют ли переходные формы?

35. …Я совершенно согласен с вашим замечанием по поводу отсутствия в моей книге иллюстраций эволюционных промежуточных форм. Если бы я знал хоть одну из них (живую или окаменевшую), то непеременно включил бы ее в книгу. Вы полагаете, что художник может изобразить эти формы, но откуда ему взять информацию? У меня ее нет, а если довериться интуиции художника, то куда мы заведем читателя?

Я написал эту книгу четыре года назад. Если бы я писал ее сейчас, она была бы абсолютно иной. Я верю в концепцию постепенности, но не столько из-за авторитета Дарвина, сколько потому, что этого требует мое понимание генетики. Но все же трудно возразить Гоулду и сотрудникам Американского Музея, когда они говорят об отсутствии окаменелостей переходных форм. Как палеонтолога, меня весьма заботит философская проблема определения предшествующих форм в окаменелостях. Вы просите меня хотя бы «показать фотографию ископаемого, от которого произошли все виды организмов». Скажу вам откровенно: нет ни одной окаменелости, о которой это можно было бы сказать с уверенностью.

Личное письмо (от 10 апреля 1979 года) д-ра Колина Паттерсона (Colin P attar son), главного палеонтолога Британского музея естественной истории, Лондон, Лютеру Д. Сандерленду. Цит.по: Luther D. Sunderland, Darwin’s Enigma, Master Books, San Diego, USA, 1984, p.89.

36. Все палеонтологи знают, что летопись окаменелостей содержит предельно мало промежуточных форм; переходы между основными группами типично скачкообразны.

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. The return of hopeful monsters. Natural History, vol.LXXXVJ(6), p.24.

37. Вплоть с 1859 года более всего раздражающей характеристикой летописи окаменелостей является ее явное несовершенство. Для эволюционистов это несовершенство наиболее печально, поскольку препятствует построению четкой схемы эволюции организмов, требуя бесконечного числа «утерянных звеньев». Среди окаменелостей можно найти согласованные группы видов с частично совпадающей морфологией, расположенные в порядке убывания во времени. То же можно сказать и о многих группах родов, и даже семейств. Однако выше уровня семейства в большинстве случаев невозможно найти неопровержимые палеонтологические доказательства существования морфологических промежуточных звеньев между разными таксонами. Как правило, это отсутствие доказательств считается противниками теории органической эволюции главным недостатком этой теории. Другими словами, неспособность летописи окаменелостей предоставить «недостающие звенья» принимается в качестве неопровержимого доказательства несостоятельности теории.

Др. Артур Дж.Буко (Arthur J.Boucot), профессор геологии, университет штата Орегон, США, В кн.: Evolution and Extinction Rate Controls, Elsevier, Amsterdam, 1975, p. 196.

38. Чрезвычайная редкость промежуточных звеньев в окаменелостях остается профессиональным секретом палеонтологов. Эволюционные древа, произрастающие в наших учебниках, имеют данные лишь на кончиках веток и у разветвлений; остальное — домысел, хоть и правдоподобный, но не подтверждаемый ископаемыми свидетельствами. Однако Дарвин был настолько влюблен в градуализм, что, отрицая бесспорные факты, полностью противопоставил им всю свою теорию:

«Данные геологии чрезвычайно несовершенны. Этим-то во многом и объясняется тот факт, что мы не можем найти промежуточных звеньев, которые соединяли бы воедино вымершие и существующие формы жизни путем завершенных последовательных шагов. Тот, кто отвергает такой взгляд на сущность геологических данных, отвергнет, соответственно, и всю мою теорию».

Дарвиновская аргументация и по сей день является излюбленной уловкой палеонтологов перед лицом того обескураживающего факта, что данные показывают нам так мало эволюции. Раскрывая культурные и методологические корни градуализма (сходные у всех общих теорий), я ни в коей мере не пытаюсь подвергнуть сомнению его потенциальную ценность. Я лишь хочу подчеркнуть, что он никогда не «наблюдался в камне».

Палеонтологи чрезмерно дорого заплатили за приверженность аргументации Дарвина. Мы вообразили себя единственными истинными исследователями естественной истории, хотя, желая сберечь нашу излюбленную идею эволюции посредством естественного отбора, мы признаем, что полученные нами же данные настолько плохи, и что мы никогда не видели тот самый процесс, который, якобы, изучаем».

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии. Гарвардский университет. Evolution’s erratic расе. Natural History, vol.LXXXVI(5), May 1977, p.14.

39. Несмотря на все заверения, что палеонтология позволяет «видеть» эволюцию, она преподносит эволюционистам весьма досадные проблемы, главная из которых — «пробелы» в летописи окаменелостей. Для доказательства эволюции требуются межвидовые промежуточные звенья, а палеонтология не предоставляет таковых. Таким образом, похоже, что пробелы — нормальное явление в летописи.

Др. Дэвид Б. Киттс (David В. Kitts), зоология, школа геологии и геофизики, отдел истории науки, Оклахомский университет, Норман, Оклахома, США. Paleontology and evolutionary theory. Evolution, vol.28, September 1974, p.467.

40. Несмотря на приведенные примеры, остается правдой и то, что известно каждому палеонтологу: большинство новых видов, родов и семейств, равно как и почти все категории выше уровня семейств, появляются в летописи окаменелостей внезапно, и не составляют поэтапную, законченную последовательность со всеми промежуточными стадиями.

Др. Джордж Гейлорд Симпсон (George Gay lord Simpson), палеонтология позвоночных, бывший профессор Музея сравнительной зоологии, Гарвардский университет, профессор геологии, Аризонский университет, Таксон. В кн.: The Major Feattires of Evolution, Columbia University Press, New York, 1953, p.360.

41. Известная нам летопись окаменелостей демонстрирует внезапное возникновение.большинства таксонов. Они почти никогда не появляются в результате цепи почти незаметных изменений предшествующих таксонов, что, как считал Дарвин, характерно для эволюции. Известны цепи из двух или нескольких временно взаимосвязанных видов, но даже на этом уровне большинство видов появляется без известных промежуточных предков; появление же действительно длинных, полностью завершенных последовательностей многочисленных видов чрезвычайно редко. На уровне родов более-менее удачные последовательности (вовсе необязательно представленные непосредственно вовлеченными в переход от одного рода к другому популяциями) более привычны, и могут быть длиннее известных последовательностей видов. Возникновение же в летописи нового рода, как правило, еще более внезапно, чем возникновение нового вида: «пробелы» увеличиваются, так что вновь появляющийся род обычно морфологически четко отделен от большинства известных, сходных с ним родов. Чем выше ступень в иерархии категорий, тем более универсальной и более существенной становится эта закономерность. Пробелы между известными видами случайны и зачастую незначительны. Пробелы же между известными порядками, классами, филюмами — систематические и почти всегда значительные.

Др. Джордж Гейлорд Симпсон (George Gaylord Simpson), палеонтология позвоночных, бывший профессор Музея сравнительной зоологии, Гарвардский университет, профессор геологии, Аризонский университет, Таксон. The history of life. В кн.: The Evolution of Life, Sol Tax (editor), Vol.1 of Evolution After Darwin, The University of Chicago Centennial, The University of Chicago Press, Chicago, 1960, p. 149.

 

Реальны ли «пробелы» в летописи окаменелостей?

42. Но насколько хороши геологические данные? Я уже говорил, что традиционный взгляд палеонтологов на эволюцию склонялся в пользу постепенных нарастающих изменений. Данные окамене-лостей, говорят палеонтологи, слишком неполны, чтобы рассматривать их всерьез. И, продолжают они, невозможно доказать пробел. Однако доказать его можно, особенно если пробел действительно имел место. Если в данных есть разрыв, должно быть возможно проследить, как он появился. Беда с пробелами в том, что если они действительно были случайны, как утверждал Дарвин, то за полторы сотни лет изысканий их бы давно уже «закрыли». Однако белые пятна не исчезли. Они продолжают зиять. Некоторые ученые объясняют это тем, что отсутствующие звенья просто не сохранились. Эти ученые забывают о том, что даже если существует лишь один шанс из миллиона, что из всей популяции сохранится в окаменелостях только одна особь, то, учитывая что вид живет 5-15 миллионов лет, мы все равно должны были бы обнаружить в окаменелостях от 5 до 15 представителей этих популяций. На самом деле, беда скорее всего в том, что мы не можем обнаружить и описать необходимый материал. Ссылки и на пробелы, и на плохую сохранность — не более чем отговорки. Нам просто необходимо пристальнее посмотреть, о чем именно говорят данные.

Проф. Дж.Б.Уотерхауз (J .B.Waterhouse), отделение геологии, университет Квинсленда, Брисбен. Инаугурационная лекция, 1980.

 

Как обстоит дело с генеалогическими древами?

43. Эволюционные древа, произрастающие в наших учебниках, имеют данные лишь на кончиках веток и у разветвлений; остальное домысел, хоть и правдоподобный, но не подтверждаемый ископаемыми свидетельствами.

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. Evolution’s erratic расе. Natural History, vol.LXXXVI(5), May 1977, p 14.

 

Окаменелости и эволюция – порочный круг

44. Вопреки тому, что пишет большинство ученых, летопись окаменелостей вовсе не доказывает дарвиновскую теорию эволюции, потому что именно этой теорией (их несколько) мы, собственно, и пользуемся для истолкования летописи окаменелостей. Таким образом, заявляя, будто эти данные подтверждают эту теорию, мы формируем порочный круг доказательств.

Др. Роналд Р.Уэст (Ronald R.West), палеонтология и геология, профессор палеобиологии, университет штата Канзас. Paleoecology and uniformitarianism. Compass, vol.45, May 1968, p.216.

 

Существуют ли свидетельства эволюционного происхождения…

…растений?

45. Факты, полученные в результате изучения окаменевших растений, чрезвычайно важны, поскольку они весьма повлияли на представления о филогенезе и эволюции. Ученые долго надеялись, что вымершие растения наверняка выявят некоторые стадии, пройденные существующими группами растений в процессе развития. Однако теперь можно спокойно говорить о том, что надежды эти не оправдались, хотя палеоботанические исследования велись более сотни лет. Мы до сих пор не в состоянии проследить филогенетическую историю хотя бы одной группы современных растений от начала и до конца.

Честер Э.Арнолд (Chester A.Arnold), профессор ботаники, руководитель отдела ископаемых растений, Мичиганский университет. An Introduction to Paleobotany, McGraw-Hill, New York, 1947, p.7.

46. Теория эволюции — не просто теория происхождения видов, но и единственное объяснение факта возможности классификации организмов по иерархии естественного родства. В пользу теории эволюции можно привести множество данных из биологии, биогеографии и палеонтологии; но я все же полагаю, что, если отбросить предвзятость, данные изучения окаменелых растений свидетельствуют в пользу теории творения. Если же будет найдено еще и иное объяснение иерархической системе классификации, оно прозвучит похоронным звоном для теории эволюции. Можете ли вы представить себе, что орхидея, ряска и пальма произошли от единого предка, и где основания для такого предположения? У эволюциониста должен быть наготове ответ, но боюсь, что большинство из них останутся безмолвными…

Авторы учебников водят нас за нос. Они демонстрируют все более сложные растения — водоросли, мхи, грибы и так далее (примеры беспорядочно подобраны в пользу той или иной теории), якобы показывая нам эволюцию. Если бы мир растений состоял только из этих «учебных» видов стандартной ботаники, звезда теории эволюции могла бы и не взойти. Эти учебники берут за основу страны с умеренным климатом.

Дело, конечно же, в том, что существуют тысячи и тысячи растений, преимущественно тропических, которые вообще не рассматриваются общей ботаникой, однако они-то и есть те кирпичики, из которых таксономист выстроил свой храм эволюции, так чему же нам еще поклоняться?

Э. Дж. Г. Корнер (Е. J. Н. Corner), профессор тропической ботаники, Кембриджский университет. Evolution. В кн.: Contemporary Botanical Thought, Anna M.Macleod and L.S. Cobley (editors), Oliver and Boyd, for the Botanical Society of Edinburg, UK, 1961, p.97.

…рыб?

47. Данные геологии отнюдь не предоставляют свидетельств о происхождении рыб, и едва только в осадочных породах появляются первые рыбообразные окаменелости, циклотомы (или агната), элазмобранхиоморфы и костистые рыбы не только уже четко четко отличаются друг от друга, но и представлены таким количеством различных, зачастую особенных типов, что сам собой напрашивается вывод: каждая из этих групп уже успела достичь преклонного возраста.

Дж. Р. Норман (I. R. Norman), хранитель отдела зоологии. Британский музей естественной истории. Classification and pedigrees: fossils. В кн.: History of Fishes, Dr.P.H.Greenwood (editor), third edition, British Museum of Natural History, London, 1975, p.343.

…амфибий?

48. …ни одна из известных рыб не считается прямым предком первых сухопутных позвоночных. Большинство из них существовали после первых амфибий, а у тех, что появились раньше, не замечено прогресса в развитии жестких конечностей и ребер, характерных для примитивных тетраподов…

Поскольку ископаемый материал не дает свидетельств в пользу иных аспектов перехода от рыб к тетраподам, палеонтологи вынуждены были лишь разглагольствовать о том, как развились конечности и дыхательный аппарат, приспособленный к дыханию на суше…

Барбара Дж. Шталь (Barbara J. Stahl), колледж Св. Ансель-ма, США. В кн.: Vertebrate History: Problems in Evolution, McGraw-Hill, New York, 1974, pp.148, 195.

…птиц?

49. Вывод об [эволюционном] происхождении птиц весьма умозрителен, Не существует ископаемых свидетельств, демонстрирующих стадии осуществления этого замечательного перехода от рептилий к птицам.

У.Э.Суинтон (W.E.Swinton), Британский музей естественной истории, Лондон. The Origin of Birds, Chapter 1. В кн.: Biology and Comparative Physiology of Birds, A.J.Marshall (editor), vol.1, Academic Press, New York, 1960, p.l.

50. Легко представить, как перья, однажды появившись, стали приобретать дополнительные функции. Но как они развились изначально, тем более из чешуек рептилий, — это не поддается пониманию…

Проблема эта была отложена не потому, что интерес к ней угас, а из-за недостатка доказательств. В окаменелостях не найдено структуры, которая являлась бы промежуточной формой между чешуйкой и пером, а современные исследователи отказываются строить теорию на одних лишь домыслах…

Исходя из сложного строения пера, можно предположить, что развитие его из чешуи рептилий потребовало бы невероятно длительного времени и целого ряда переходных форм. Однако летопись окаменелостей не подтверждает этих предположений.

Барбара Дж.Шталь (Barbara J.Stahl), колледж Св.Ансельма, США. В кн.: Vertebrate History: Problems in Evolution, McGraw-Hill, New York, 1974, pp.349, 350.

…млекопитающих?

51. Каждый обнаруженный вид рептилий, подобных млекопитающим, возникает в летописи окаменелостей внезапно, без непосредственных видов-предков. Через некоторое время они так же внезапно исчезают, не оставляя после себя прямых видов-потомков, хотя обычно мы находим заменившие их несколько сходные виды.

Том Кемп (Тот Kemp), консультант по зоологическим коллекциям музея Оксфордского университета, Англия. The reptiles that became mammals. New Scientist, vol.92, 4 March 1982, p.583.

52. [Эволюционный) переход к первым млекопитающим, который, вероятно, произошел лишь в одной, от силы — в двух родословных, до сих пор остается загадкой.

Роджер Левин (Roger Lewin). Bones of mammals» ancestors fleshed out. Science, vol.212, 26 June 1981, p.1492.

53. Из-за специфики ископаемых свидетельств палеонтологам пришлось восстанавливать первые две трети истории млекопитающих в основном на основе морфологии зубов.

Барбара Дж.Шталь (Barbara J.Stahl), колледж Св.Ансельма, США. В кн.: Vertebrate History: Problems in Evolution, McGraw-Hill, New York, 1974, p.401.

…в частности – лошади?

54. Более того, даже в очень медленно развивающихся последовательностях, например — в знаменитой лошадиной серии, решающие изменения происходят резким скачком, без переходных стадий: например, появление и дальнейшие изменения одного среднего пальца в противовес двум средним при развитии артиодактиля, или внезапное изменение четырехпалой ноги на трехпалую с доминированием третьего луча.

Ричард Б. Голдшмидт (Richard В. Goldschmidt), профессор генетики и цитологии, Калифорнийский университет. Evolution, as viewed by one genetist. American Scientist, vol.40, January 1952, p.97.

55. Генеалогическое древо лошади прекрасно и последовательно лишь в учебниках. В действительности же оно, по данным исследований, состоит из трех частей, из которых лишь последняя может быть описана, как включающая лошадей. Формы же, составляющие первую часть, так же мало похожи на лошадей, как современные даманы. Воссоздание всего кайнозойского древа лошади, таким образом, очень искусственно, поскольку оно состоит из неэквивалентных частей и, следовательно, не может рассматриваться как законченная цепь изменений.

Проф. Гериберт Нилссон (Heribert Nitsson). Syntetische Artbildung. Verlag С WE Gleerup, Lund, Sweden, 1954, pp. 551-552

56. Было бы нечестным, говоря о значении теории эволюции, опустить эволюцию лошади. Эволюция лошади — один из краеугольных камней в обучении эволюционной доктрине, хотя на самом деле история во многом зависит от того, кто рассказывает ее, и когда она была рассказана. Поэтому вполне можно обсудить эволюцию самой истории об эволюции лошади…

Проф. Г.Э.Керкат (G.A.Kerkut), отделение физиологии и биохимии, Саутгемптонский университет. В кн.: Implications of Evolution, Pergamon Press, London, 1960, pp.144-145.

Итак, в 1979…

57. Я имею в виду, что некоторые классические дарвиновские примеры изменений в последовательности окаменелостей, как, в частности, эволюция лошади в Северной Америке, теперь, при наличии более точной информации, необходимо отбросить, либо пересмотреть — то, что при малом количестве данных выглядело милой простой прогрессией, теперь оказалось куда более сложным и куда менее последовательным.

Др. Дэвид М.Рауп (David M.Raup), консультант по геологии отделения Музея естественной истории, Чикаго. Conflicts between Darwin and paleontology. Field Museum of Natural History Bulltin, vot.50(l), January 1979, p.25.

 

Откуда взялись приматы?

58. Несмотря на новые находки, время и место возникновения приматов по-прежнему окутано тайной.

Элвин Л.Саймоне (Elwin L.Simons), отделение геологии и геофизики, Йелъский университет, США; редактор «Nuclear Physics». The origin and radiation of the primates. Annals New York Academy of Sciences, voL167, 1969, p.319.

59. …переход от насекомоядных к приматам не подтвержден данными окаменелостей. Сведения об этом переходе базируются только на наблюдении ныне существующих форм.

Э.Дж.Келсо (A.J.Kelso), профессор физической антропологии, университет Колорадо. Origin and evolution of the primates. В кн.: Physical Anthropology, J.B.Lippincott, New York, second edition, 1974, p.142.

 

А человек?

Эволюционируют ли люди?

60. Мы не эволюционируем даже медленно. Ни в какой практической области. Бессмысленно предполагать, будто у нас растет объем мозга, или укорачиваются пальцы на ногах. Мы есть то, что мы есть.

Стивен Дж.Гоулд (Stephen J.Gould), профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. Речь в октябре 1983, Цит. по: «John Lofton’s Journal», The Washington Times, 8 February 1984.

61. Без каких бы то ни было предварительных объяснений он заявил, что эволюция остановилась, не потому, что мы достигли совершенства, а потому, что мы ушли от этого процесса два миллиона лет назад.

Роналд Страан (Ronald Strahan), бывший старший научный сотрудник и директор Зоологического парка Таронг, Сидней; почетный секретарь ANZAAS; ныне — сотрудник Австралийского музея, Сидней. Цит. по: Northern Territory News, 14 September 1983, p.2.

Эволюционировало ли человечество прежде?

62. Существуют ли среди ошеломляющего количества ископаемых останков ранних гоминоидов такие, морфология которых определенно указывает на них, как на предков человека? Если брать в расчет фактор генетической изменяемости, ответ ясен — нет.

Др. Роберт Б.Экхардт (Robert B.Eckhardt), генетика человека и антропология, профессор антропологии, университет штата Пенсильвания, США. Population genetics and human origins. Scientific American, vol.226(l), January 1872, p.94.

63. За последние годы некоторые авторы издали популярные книги о происхождении человека, основанные скорей на субъективных домыслах, чем на реальных фактах. На данный момент наука не может предоставить нам полный ответ на вопрос о происхождении человека, но научные методы ведут нас все ближе к истине…

По мере появления последних геологических данных — например, обнаружение в Восточной Африке явных останков Homo в тех же ранних ископаемых слоях, что и австралопитеков (как массивного, так и изящного типа) — снова поднимают вопрос о прямом отношении последних к эволюции человека. Итак, мы вынуждены признать, что четкой картины эволюции человека у нас нет…

Др. Роберт Мартин (Robert Martin), старший научный сотрудник, общество зоологов, Лондон. Предисловие и статья Man is not an onion. New Scientist, 4 August 1977, pp.283, 285.

64. К примеру, ни один ученый не может логически обосновать то предположение, что человек, не будучи вовлечен в какой-либо акт сверхъестественного творения, эволюционировал из некоего обезьяноподобного существа за очень короткий — по геологическим меркам — период времени, не оставив каких бы то ни было ископаемых следов этого преобразования.

Как я уже упоминал, те ученые, которые занимались ископаемыми останками приматов, не прославились сдержанностью выводов в своих логических построениях. Их заключения так поразительны, что закономерно возникает вопрос: вообще, ночевала ли здесь наука?

Лорд Солли Цукерман (Solly Zuckerman), доктор медицины, доктор естественных наук (анатомия). В кн.: Beyond the Ivory Tower, Taplinger Pub. Co., New York, 1970, p.64.

65. Современные человекообразные обезьяны, кажется, появились ниоткуда. У них нет прошлого, нет истории окаменелостей. И происхождение современного человека — прямоходящего, лишенного шерсти, производящего орудия труда, имеющего большой объем мозга — честно говоря, такая же тайна.

Др. Лайал Уотсон (Lyall Watson), антрополог. The water people. Science Digest, vol.90, May 1982, p.44.

А как же ископаемый обезьянообразный человек?

66. Присоединяясь к критическому разбору устройства черепов habilis, он добавил, что череп «Люси» настолько фрагментарен, что большая часть его — «фантазия из гипса»; следовательно, невозможно с уверенностью сказать, к какому виду она принадлежала.

Комментарии Ричарда Лики (Richard Leakey), директора Национального Музея Кении. The Weekend Australian, 7-8 May 1983, Magazine, p.3.

Являются ли австралопитеки (например, «Люси») промежуточным звеном между обезьяной и человеком?

67. В любом случае, даже если предварительные исследования показывают, что эти окаменелости подобны человеческим или, как минимум, представляют собой нечто среднее между человеческими костями и костями африканских человекообразных, дальнейшее изучение останков убеждает нас в том, что такой взгляд очень далек от истины. Эти кости явно отличаются и от человеческих, и от обезьяньих гораздо больше, чем первые и вторые друг от друга. Австралопитеки уникальны…

…По многим показателям различные австралопитеки отличаются и от человека, и от африканских человекообразных обезьян гораздо больше, чем человек и обезьяны друг от друга. Основой этого утверждения стал тот факт, что даже те исследователи, которые относились к этому с недоверием, теперь обнаружили эти различия — после применения новейшей техники и методов исследования, независимых от общепринятого подхода к проблеме…

…В данном случае последние сведения также исходят из научных лабораторий, а не от тех, кто обнаружил останки австралопитеков.

Др. Чарльз Э.Окснард (Charles E. Oxnard), бывший профессор анатомии и биологии, университет Южной Калифорнии; ныне — профессор анатомии и биологии человека, университет Западной Австралии. В кн.: Fossils, Teeth and Sex — New Perspectives on Human Evolution, University of Washington Press, Seattle and London, 1987, p.227.

[От ред.: выводы Окснарда относительно австралопитеков подтверждаются исследованиями профессора Лорда Цукермана, анатома (см, цит.64). Креационисты подвергались критике за ссылки на выводы Цукермана, поскольку его работы предшествовали открытию в 1974 году Australopithecus afarensis (знаменитой «Люси»). Вышеприведенная цитата из Окснарда (1987) — достойный ответ критикам].

68. Вся имеющаяся на сегодняшний день коллекция останков гоминидов легко разместилась бы на биллиардном столе. Однако она породила целую науку ввиду двух факторов, раздувающих ее реальное значение до невиданных размеров. Во-первых, эти окаменелости намекают на происхождение животного, самого важного для человека — его самого. И во-вторых, количество этих костей столь ничтожно мало, а сами образцы столь фрагментарны, что легче говорить о том, чего недостает, чем о том, что имеется в наличии. Отсюда и невероятное количество литературы по этому вопросу. Очень немногие окаменелости позволяют сделать один, неопровержимый вывод об их эволюционном значении. Большинство же предполагает несколько интерпретаций. Различные научные авторитеты вольны выделять различные особенности и придавать им важное значение, часто выводя на первый план форму предполагаемых утерянных звеньев. Различия между этими интерпретациями бывают столь неясными и гуманными, что зависят скорей от концепций оппонентов, нежели от свидетельств окаменелостей. Более того, поскольку эта скудная коллекция пополнялась крайне медленно, длительные промежутки времени от находки до находки позволяли исследователям формировать четкое мнение о том, что же должно быть найдено в следующий раз. Zinjanthropus boisei — достойный пример этого явления. Еще со времен Дарвина, когда возникло мнение о том, что окаменелости, представляющие собой промежуточные звенья между современным человеком и его вымершими предками, являются наиболее убедительным свидетельством эволюции, предубеждения притащили за нос все доказательства в изучении окаменелостей человека.

Джон Ридер (John Reader), фотожурналист, автор «Missing Links», Whatever happened to Zinjanthropus? New Scientist, 26 March 1981, p.802.

 

Откуда же появляются данные, доказывающие эволюцию?

69. …не будучи палеонтологом, я вовсе не хочу бросить на них тень презрения; но если бы вы должны были всю свою жизнь собирать кости, находя то крошечную часть черепа, то маленький кусочек челюсти, насколько же велик соблазн преувеличить значение этих фрагментов…

Др. Грег Кирби (Greg Kirby), старший лектор по биологии популяций, университет Флиндерса, Аделаида. Из речи об эволюции, произнесеннной на встрече Ассоциации учителей биологии (Южная Австралия) в 1976 г.

70. Часть кости возрастом 5 миллионов лет, которую все считали ключицей человекообразного существа, на самом деле — не что иное, как часть ребра дельфина. К такому выводу пришел антрополог из университета Калифорния, Беркли.

Др. Тим Уайт считает, что обнаружение этой грубой ошибки может дать толчок для пересмотра теории о том, когда же именно предки человека отошли от линии обезьян. Он сравнивает этот случай с двумя другими вопиющими [sic] махинациями, совершенными охотниками за окаменелостями: Hesperopithecus — окаменевший зуб свиньи, который был представлен как свидетельство раннего человека в Северной Америке; а также Eoanthropus, или «Пилтдаунский человек» — челюсть орангутана и череп современного человека, объявленные «древнейшим англичанином»… Проблема многих антропологов в том, что они настолько жаждут найти кость гоминида. что любой обломок кости становится ею.

Др. Тим Уайт (Tim White), антрополог, Калифорнийский университет, Беркли. Цит.по: Ian Anderson «Hominoid collarbone exposed as dolphin’s rib», New Scientist, 28 April 1983, p. 199.

71. Я имею в виду легенды о том, как все менялось с течением времени. Как вымерли динозавры, как эволюционировали млекопитающие, откуда произошел человек. Но для меня это больше, чем просто сказки. Это все — результат ориентации на кладистику. Потому что, как оказалось (или, по крайней мере, как кажется мне), все, что можно узнать об истории жизни на Земле, мы узнаем из систематики, из систем и групп, которые можно найти в природе. Все остальное — это сказки и легенды различного рода. Мы имеем доступ к вершине дерева, но само дерево — теоретическое; а люди, делающие вид, будто знают все об этом дереве, о том, что с ним происходило, как росли его ветви и побеги, как мне кажется, рассказывают сказки.

Др. Колин Паттерсон (Colin Patterson), старший палеонтолог, Британский Музей естественной истории, Лондон. Интервью для Би-Би-Си 4 марта 1982 г. Паттерсон — ведущий сторонник новой науки — кладистики.

 

Возможна ли эволюция?

 

Что дают мутации (генетические изменения)?

72. Некоторые современные биологи говорят об эволюции всякий раз, когда сталкиваются с мутацией. Они однозначно поддерживают следующий силлогизм: мутации — единственные эволюционные изменения; все живые существа подвержены мутациям; следовательно, все живые существа эволюционируют.

Эта логическая схема, однако, неприемлема: во-первых, ее главная предпосылка не очевидна и не универсальна; во-вторых, ее выводы не соответствуют фактам. Как бы ни многочисленны были мутации, они никак не приводят к эволюции.

Добавим: легко возразить, что мутации не имеют эволюционного значения, поскольку они ограничены естественным отбором. Летальные мутации (изменения в худшую сторону) ведут к полному исчезновению, другие же остаются в качестве аллелей. Вид человек дает множество примеров этому: цвет глаз, форма ушной раковины, дерматоглифика, цвет и фактура волос, пигментация кожи. Мутанты есть во всех популяциях, от бактерий до человека. И в этом не может быть сомнений. Но для эволюционистов суть в ином: в том, что мутации не связаны с эволюцией.

Пьер-Поль Грассе (Pierre-Paul Grasse), Парижский университет, бывший президент Академии наук Франции. В кн.: Evolution of Living Organisms, Academic Press, New York, 1977, p.88.

73. Несмотря на эти концептуальные проблемы, связанные с естественным отбором, как с оценочным принципом, самые серьезные недостатки в неодарвинизме относятся к его производительному аспекту. Случайные изменения, обеспечивающие сырье для естественного отбора, не могут быть рассмотрены как производящий фактор ни со стороны теоретической, ни с точки зрения сопоставления. Они не дают понимания созидательной, преобразующей природы эволюции и связанной с ней проблемы происхождения.

Джеффри С.Уикен (Jeffrey S.Wicken), факультет биохимии, Беренд Колледж, университет штата Пенсильвания, США. The generation of complexity in evolution: a thermidynamic and information-theoretical discussion. Journal of Theoretical Biology, vol.77, April 1979, ppMl-352.

74. Трудно поверить в своевременное появление мутаций, позволившее животным и растениям получить необходимые свойства. Однако теория Дарвина идет еще дальше: каждому растению, каждому животному потребуются тысячи и тысячи удачных, благоприятных изменений. Итак, чудеса возводятся в ранг закона: события бесконечно малой степени вероятности не могут не происходить.

Пьер-Поль Грассе (Pierre-Paul Grasse), Парижский университет, бывший президент Академии наук Франции. В кн.: Evolution of Living Organisms, Academic Press, New York, 1977, p.103.

Философия эволюции

75. Мы все знаем, что многие эволюционные открытия — не что иное, как умственные изыскания отдельных палеонтологов. Один книжный червь может сделать гораздо больше, чем миллионы лет генетических изменений.

Др. Дерек В.Эйджер (Derek V.Ager), отдел геологии и океанографии, университетский колледж, Суонси, Великобритания. The nature of the fossil record. Proceedings of the Geologists» Assocoation, vol.87(2), 1976, p. 132.

А тем временем…

76. Я процитировал несколько мнений биологов, занимающих видные академические посты. Существует и множество других критических взглядов на ортодоксальную доктрину — как высказанных, так и невысказанных, и число их постоянно растет. Но хотя эта критика пробила уже не одну брешь в стене, цитадель все еще стоит — в основном, как было сказано выше, из-за того, что никто не в состоянии предложить удовлетворительную альтернативную теорию. История науки показывает, что крепко сработанная теория может пережить множество нападок, превращаясь в узел противоречий, что соответствует четвертой фазе исторического цикла — Кризис и сомнение, и все-таки ее будут поддерживать научные и общественные круги, пока она не рухнет окончательно и не начнется новый цикл.

Но этого пока не предвидится. А тем временем просвещенная публика продолжает верить, что Дарвин дал ответы на все вопросы своей волшебной формулой: случайные мутации плюс естественный отбор. Они не знают, что случайные мутации совершенно неуместны в качестве аргумента, а естественный отбор — тавтология.

Артур Кестлер (Arthur Koestler). В кн.: Janus: A Summing Up, Random House, New York, 1978, pp. 184-185).

 

К вопросу о естественном отборе

 

(«Выживание наиболее приспособленных»)

77. Нет сомнения, что естественный отбор — рабочая система. Это неоднократно подтверждено опытами. Нет сомнений — естественный отбор функционирует. Весь вопрос в том, происходит ли в результате него образование новых видов. Никто никогда не получал нового вида путем естественного отбора, никто даже близко к этому не подходил, и большинство последних споров в неодарвинизме — как раз об этом: как возникает новый вид. Здесь-то забывается естественный отбор, и вводятся те или иные случайные механизмы.

Др. Колин Паттерсон (Colin Patterson), старший палеонтолог Британского Музея естественной истории, Лондон. Интервью о кладистике для Би-Би-Си 4 марта 1982.

Дарвин подозревал…

78. Предположим, что глаз, с его сложнейшими системами — изменение фокуса на различные расстояния; улавливание разного количества света; коррекция сферических и хроматических аббераций — такой сложный механизм образовался в результате естественного отбора. Откровенно говоря, эта идея мне кажется совершенно абсурдной.

Чарльз Дарвин. Происхождение видов. J.M.Dent and Sons Ltd, London, 1971, p.176.

И время подтвердило

79. Постепенные эволюционные изменения путем естественного отбора происходят внутри имеющихся видов настолько медленно, что их нельзя учитывать в качестве основных проявлений эволюции.

Стивен М.Стенли (Steven M.Stanley), отдел исследований Земли и планет, университет Джона Хопкинса, Балтимор, США. A theory of evolution above the species level. Proceedings of the National Academy of Science USA, vol.72(2), February 1975, p.646.

80. Иными словами, естественный отбор на всем своем протяжении не улучшает шансов вида на выживание, а лишь держит его «в колее», или дает ему возможность приспосабливаться к постоянно меняющейся внешней среде.

Ричард К.Левонтин (Richard С. Lewontin), профессор зоологии, Чикагский университет, редактор «American Naturalist». Adaptation. Scientific American, vol.239(3), September 1978 p. 159.

81. Роль, приписываемая естественному отбору в возникновении приспособляемости, не имеет под собой ни единого твердого доказательства. Палеонтология (как в случае трансформации челюстных костей пресмыкающегося териодонта) не дает доказательств; непосредственных наблюдений за адаптациями, передающимися по наследству, не существует (кроме вышеупомянутых бактерий и насекомых, приспособляющихся к вирусам и препаратам). Образование глаза, внутреннего уха, китов и китообразных, и т.д. путем приспосабливания кажется совершенно невозможным.

Пьер-Поль Грассе (Pierre-Paul Grasse), Парижский университет; бывший президент Академии Наук Франции. В кн.: Evolution of Living Organisms, Academic Press New York 1977, p.770.

82. Вся суть дарвинизма в одной-единственной фразе: естественный отбор — это движущая сила эволюционных изменений. Никто не отрицает, что естественный отбор играет главную роль в уничтожении менее приспособленных особей. Но теория Дарвина требует, чтобы он также производил более приспособленных.

Стивен Джей Гоулд, профессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет. The return of hopeful monsters. Natural History, vol. LXXXV1 (6), June-July 1977, p.28.

Даже для пятнистой моли…

83. Эксперименты продемонстрировали влияние хищников на выживание темных и нормальных особей пятнистой моли в чистой и в загрязненной дымом среде. Эти эксперименты прекрасно продемонстрировали естественный отбор — выживание наиболее приспособленных — в действии, но они не показали эволюционного развития, поскольку, как бы ни отличались популяции своей светлой, промежуточной или темной окраской, все они от начала до конца оставались Bistort betularia.

Л. Гаррисон Мэтьюз (L. Harrison Matthews), Королевское физическое общество. Предисловие к Происхождению видов Ч.Дарвина. J. M. Dent and Sons Ltd, London, 1971, p.xi.

Итак…

84. Вместо доказательств постепенного развития жизни, геологи — как времен Дарвина, так и современные — находят в высшей степени нерегулярные или отрывочные данные, а именно: виды появляются в окаменелостях внезапно, почти или совсем не изменяются за период своего существования и затем так же внезапно исчезают. И не всегда очевидно (фактически, совсем не очевидно), что предки приспособлены хуже потомков. Иными словами, очень трудно найти биологическое улучшение.

Дэвид М.Рауп (David M.Raup), консультант по геологии, отделение Музея естественной истории, Чикаго. Conflicts between Darwin and paleontology. Field Museum of Natural History Bulletin, vol.50(l), January 1979, p.23.

85. Франсиско Айала, центральная фигура в обсуждении вопроса о Современном Синтезе в Соединенных Штатах, великодушно признал: «Мы не собирались предсказывать стабильность генетики популяций, но теперь, благодаря данным палеонтологии, я уверен, что малые изменения не накапливаются вовсе».

Др. Франсиско Айала (Francisco Ayala), профессор генетики, Калифорнийский университет. Комментарий об эволюционной (поступательной) теории Дарвина. Цит.по: Roger Lewin. Evolutionary theory under fire. Science, vol.210(4472), 21 November 1980, p.884.

 

А если бы времени «хватало»?

В 1954 году так и полагали:

86. Важно то, что если возникновение жизни принадлежит к категории явлений, которые происходят минимум однажды – то время на его стороне. Каким бы невероятным мы ни считали само это событие или любой его этап, на протяжении достаточного периода времени оно могло произойти хотя бы один раз. А для жизни, какой мы ее знаем, с ее способностью к росту и воспроизведению, — одного раза достаточно.

Время — вот истинный герой этого сценария. Время, с которым мы имеем дело, порядка двух миллиардов лет. То, что считается невозможным на основе человеческого опыта, в данном случае теряет смысл. За столь огромный период «невозможное» становится возможным, возможное — вероятным, а вероятное mdash; почти естественным. Время само творит чудеса, нужно только подождать.

Джордж Уолд (George Wald), бывший профессор биологии, Гарвардский университет. The origin of life. Scientific American, vol.191(2), August 1954, p.48.

В 1978 году уже говорили:

87. Нет достоверной информации, основанной исключительно на наблюдениях Солнца, — сказал доктор Эдди, — что Солнцу 4.5-5 миллиардов лет. Лично я предполагаю, что Солнцу действительно 4.5 миллиарда лет. Однако я подозреваю также, что с появлением новых, неожиданных результатов, говорящих о противоположном, и некоторо о времени интенсивных перерасчетов и теоретических обоснований, мы можем прийти к значению возраста Земли и Солнца, которые приводит епископ Ашер. Не думаю, что у нас имеется достаточное количество противоречащих этому астрономически наблюдаемых фактов.

Др. Джон Э.Эдди (John A.Eddy, астрогеофизика), астроном высокогорной обсерватории, Боулдер, Колорадо. Цит.по: R.G.Kazman, It’s about time: 4.5 billion years (Доклад на симпозиуме в университете штата Луизиана). Geotimes, vol.23, September 1978, p. 18.

Могут ли небольшие изменения, которые мы наблюдаем, даже за достаточно большой период времени привести к астоящему эволюционному прогрессу?

88. Основным вопросом Чикагской конференции стал вопрос о том, могут ли механизмы, обеспечивающие микроэволюцию, быть экстраполированы на явление макроэволюции. Не без риска обидеть некоторых участников встречи, ответ можно сформулировать четко и ясно — нет.

Роджер Левин (Roger Lewin). Evolutionary theory under fire. Science, vol.210(4472), 21 November 1980, p.883.

 

Откуда возникла жизнь?

89. Получить пребиотический бульон несложно. А вот как объяснить, каким образом эта смесь органических молекул, включающих аминокислоты и органические составляющие нуклеотид, развилась в самовоспроизводящийся организм? Хотя полученные свидетельства и позволяют сделать определенные заключения, я вынужден отметить, что все попытки воссоздать этот эволюционный процесс слишком умозрительны.

Др. Лесли Орджел (Leslie Orgel), биохимик, нститут Солка, Калифорния. Darwinism at the very beginning of life. New Scientist, 15 April 1982, p. 150.

90. Так или иначе, переход от макромолекулы к клетке — это скачок фантастического масштаба, лежащий за пределами гипотезы, поддающейся проверке. В этой области все будет лишь догадкой. Имеющиеся факты не дают оснований утверждать, что клетки возникли на этой планете.*
Мы не хотим сказать, что в дело вступают какие-то парафизические силы. Мы лишь подчеркиваем тот факт, что научных доказательств этому не существует. Физики научились уходить от вопроса о том, когда началось время и когда была создана материя, оставляя его в рамках откровенной демагогии. Происхождение частиц, предшествующих клетке, относится, вероятно, к той же категории непознаваемого.

* Утверждение, что жизнь возникла где-то во Вселенной, а затем каким-то образом была перенесена на Землю, лишь возвращает нас к исходной точке, поскольку затем вновь встает вопрос, как именно жизнь возникла там, где ей удалось возникнуть изначально.

Дэвид Э.Грин (David E.Green), Институт исследования энзимов, университет штата Висконсин, Мэдисон, США и Роберт Ф. Голдбергер (Robert F. Goldberger), Национальный институт здоровья, Бетезда, Мэриленд, США. Molecular Insights into the Living Processes, Academic Press,New York, 1967, pp.406-407.

Итак…

91. Для части биологов биогенез — это вопрос веры. Уверовав в биогенез, ученый выбирает именно ту его систему, которая лично его устраивает; реальные же свидетельства того, что именно происходило, в расчет не берутся.

Профессор Г.Э.Керкат (G.A.Kerkut), факультет физиологии и биохимии, университет Саутгэмптона. В кн.: Implications of Evolution, Pergamon Press, London, 1960, p.150.

 

Какова вероятность эволюции?

92. Вероятность, что высшие формы жизни возникли именно таким образом, сравнима с вероятностью того, что смерч, сметая мусорную свалку, может попутно собрать Боинг-747 из подхваченных материалов.

Сэр Фред Хойл (Fred Hoyle), английский астроном, профессор астрономии Кембриджского университета. Цит.по: Hoyle on Evolution. Nature, vol.294, 12 November 1981, p.105.

О происхождении генов…

93. Происхождение генетического кода — самое узкое место в вопросе о возникновении жизни. И чтобы достичь здесь существенного прогресса, могут понадобиться грандиозные теоретические или экспериментальные открытия.

Др. Лесли Орджел (Leslie Orgel), биохимик, институт Солка, Калифорния. Darwinism at the very beginning of life. New Scientist, 15 April 1982, p.151. 94. Для эволюции генетического механизма не существует никаких лабораторных моделей: тут можно бесконечно разглагольствовать, отметая неудобные факты…

Мы можем только представлять себе, что же происходило в действительности, а воображение здесь — не лучший помощник.

Др. Ричард Э.Дикерсон (Richard E.Dickerson), физическая химия, профессор Калифорнийского Технологического института. Chemical evolution and the origin of life. Scientific American, vol.239(3), September 1978, pp.77, 78.

Следовательно…

95. Настаивать, тем более с олимпийской уверенностью, что жизнь возникла абсолютно случайно и развивалась таким же образом — необоснованное предположение, которое лично я считаю неверным и не соответствующим фактам.

Пьер-Поль Трассе (Pierre-Paul Grasse), Парижский университет, бывший президент Академии наук Франции. В кн.: Evolution of Living Organisms, Academic Press, New York, 1977, p. 107.

 

Но мир стар, не так ли?

96. Предполагаемый возраст земного шара, судя по степени радиактивного распада урана и тория — около 4.5 миллиардов лет. Но срок жизни этого «утверждения», может оказаться кратким, поскольку раскрыть тайны природы не так-то просто. В последние годы было сделано потрясающее открытие — оказывается, скорость радиоактивного распада не так уж постоянна, как считалось прежде, и к тому же подвержена влияниям внешней среды.

Это может означать, что атомные часы перестроились в результате какой-то всемирной катастрофы, и события, завершившие мезозойскую эру, могли произойти не 65 миллионов лет назад, а в пределах возраста и памяти человечества.

Фредерик Б. Джуэнман (Frederic BJueneman). Secular catast-rophism. Industrial Research and Development, June 1982, p.21.

97. Достоверность всех вышеуказанных методов измерения возраста Земли, ее различных слоев и окаменелостей, спорна, поскольку на протяжении Земной истории скорости измеряемых процессов могли сильно отличаться друг от друга. Метод, который должен был стать наиболее надежным способом определения абсолютного возраста горных пород, — это радиометрический метод…

Очевидно, что радиометрическая техника может и не являться абсолютным способом датирования, как это было провозглашено. Возраст одного и того же геологического слоя, измеренный разными радиометрическими способами, часто колеблется в пределах сотен миллионов лет. Не существует абсолютно точных долговременных радиологических «часов». Присущая радиометрическим способам датирования неточность беспокоит геологов и эволюционистов.

Уильям Д.Стэнсфилд (William D.Stansfield), доктор философии (животноводство), преподаватель биологии, Калифорнийский Политехнический государственный университет. В кн.: The Science of Evolution, Macmillan, New York, 1977, pp.82, 84.

Но разве калий-аргонный (К/Аг) и уран-свинцовый (U/Pb) методы не дополняют друг друга?

98. При традиционной интерпретации данных возраста, полученных методом К/Аг, обычно отбрасываются значения, слишком высокие или слишком низкие по сравнению с остальной группой, или с другими существующими данными, например, геохронологической шкалой. Разрыв между отвергнутыми и принятыми данными произвольно относят к избытку или потере аргона,

Э. Хейсщу (AMayatsu), факультет геофизики, университет Западного Онтарио, Канада. K/Ar isochron age of the North Mountain Basalt, Nova Scotia. Canadian Journal of Earth Sciences, vol.16, 1979, p.974.

99. Таким образом, если кто-то считает, что полученное значение возраста в конкретном примере противоречит установленным фактам геологии, он должен вспомнить о геологических процессах, способных вызывать аномалии, или об изменении содержания аргона в минералах.

Профессор Дж.Ф.Эвернден (LF.Evernden), отделение геологии, Калифорнийский университет, Беркли, США и Джон Р.Ричарде (John R.Richards), школа геоисследований, Национальный университет Австралии, Канберра. Potassium-argon ages in eastern Australia. Journal of the Geological Society of Australia, vol.9(l), 1962, p.3.

И разве рубидиево-стронциевый метод (Rb/Sr) не является самым надежным?

100. Эти результаты показывают, что даже целые скальные системы могут быть открытыми во время метаморфизма, и их изотопные системы могут изменяться так, что становится невозможно определить их геологический возраст.

Проф. Гюнтер Фор (Gunter Faure), факультет геологии, университет Огайо, Колумбус, США и проф.Джеймс Л.Пауэлл (James L. Powell), факультет геологии, Оберлин Колледж, Огайо, США. В кн.: Strontium Isotope Geology, Springer-Verlag, Berlin and New York, 1972, p. 102.

101. Один из важных выводов изохронной модели мантии — то, что кристаллизационный возраст, определенный на основе вулканических пород методом Rb/Sr, может быть больше реального возраста на много сотен миллионов лет. Эта проблема более серьезна для молодых пород, и в литературе есть хорошо обоснованные примеры несоответствий между стратиграфическим возрастом и возрастом, определенным по методу Rb/Sr.

Др. К.Брукс (С.Brooks), профессор геологии, Монреальский университет, Квебек, Канада, доктор Д.Э.Джеймс (D.EJames), член совета по геофизике и геохимии, институт Карнеги, Вашингтон, США; доктор С.Р.Харт (S.R,Hart), профессор геохимии, отдел исследований Земли и планет, Массачусетский Технологический институт, Кембридж, США. Ancient lithosphe-re: its role in young continental volcanism. Science, vol. 193, 17 September 1976, p.1093.

Какие же данные публикуются в научных журналах?

102. В большинстве случаев данные «набора подходящих данных» считаются правильными и публикуются. Те же данные, которые не совпадают с ними, публикуются редко, несоответствия при этом не объясняются.

Др. Ричард Л. Моджер (Richard L. Mauger), профессор геологии, университет Восточной Каролины, США. K/Ar ages of biotites from tuffs in Eocene rocks of the Green River, Washakie, and Uni-ta Basins, Utah, Wyoming, and Colorado. Contributions to Geology, University of Wyoming, vol.15(1), 1977, p.37. 103. Многое остается неясным в определении изотопного возраста; и понимание того, что во многих случаях изотопный возраст не совпадает с геологическим, к сожалению, способствовало развитию скептицизма у ряда геологов.

Питер Э.Браун (Peter E.Brown) и Джон А.Миллер (John А.МШег). Interpretation of isotopic ages in orogenic belts. В кн.: Time and Place in Orogeny, Geological Society of London Special Publication, No.3, 1969, p. 137.

А углерод-14…?

104. Отличительной чертой исследований является то, что в современных раковинах моллюсков из речных отложений недостает не только С по сравнению с морскими моллюсками, как отметил Кейт, но и чрезвычайно понижено содержание С14 по сравнению с современной древесиной, что дает неверные значения их радиоуглеродного возраста в пределах от 1010 до 2300 лет.

М.Л.Кейт (M.L.Keith) и Дж.М.Андерсон (G.M.Anderson), отделение геохимии и минералогии, Пенсильванский университет, США. Radiocarbon dating: fictitious results with mollusk shells. Science, vol.141, 16 August 1963, pp.634-635.

105. Радиоуглеродный анализ образцов мумифицированных тюленей южной Земли Виктории показал возраст в пределах от 615 до 4600 лет. Однако в антарктических морских водах активность углерода-14 гораздо ниже общепринятых мировых стандартов. Таким образом, радиоуглеродное датирование морских организмов показывает возраст больше истинного, но разница между этими величинами неизвестна и непостоянна. Следовательно, данные, полученные радиоуглеродным методом исследования му-мифицированных останков тюленей, не могут считаться истинными. Например, радиоуглеродный возраст тюленя озера Бонни, умершего несколько недель назад, был определен 615±100 лет, а возраст только что убитого тюленя в Макмердо — 1300 лет.

Уэйкфилд Дорт-младший (Wakefield Dort, Jr.), отделение геологии, Канзасский университет. Mummified seals of southern Victoria Land. Antarctic Journal (Washington), vol.6, September-October 1971, p.211.

106. Низкое (всего 3.3±0.2%) содержание углерода-14 (соответствует возрасту 27,000 лет), измеренное у раковин современных улиток Melanoides tuberculatis, живущих в подземных источниках юга Невады, можно объяснить осаждением растворенной СО3, с которой раковины находились в углеродном равновесии. [От ред.: иными словами, эти, живущие ныне улитки «погибли» 27 000 лет у назад.]

Др. Алан К.Риггз (Alan С. Riggs), бывший член Геологической инспекции США, ныне — сотрудник университета Вашингтона, Сиэтл. Major carbon-14 deficiency in modern snail shells from southern Nevada springs. Science, vol.224, 6 April 1984, p.58.

107. В свете того, что известно о радиоуглеродном методе и способе его применения, очень поражает факт, что многие авторы ухитряются приводить удобные для себя результаты в качестве «доказательства» собственных взглядов…

Радиоуглеродный метод чудом не рухнул на собственный расшатанный фундамент и теперь изо всех сил пытается сохранить равновесие. Возможность аномального загрязнения и древние изменения уровня углерода-14 постоянно игнорируются теми, кто основывает свою систему доказательств на полученных данным методом результатах.

В прежние времена специалисты утверждали, что они «не уверены, есть ли хоть одно значительное расхождение» в данных, полученных в разных лабораториях при изучении одного и того же образца. Эти энтузиасты продолжают заявлять, как это ни невероятно, что они «не видят никаких значительных несоответс-твий». Однако расхождение в 15,000 лет для одного образца почвы — это именно значительное несоответствие! И как можно называть «незначительными» огромные расхождения между данными разных лабораторий, если на них основана переоценка стандартного предела погрешности, связанной с любой и каждой датой?

Почему же геологи и археологи до сих пор тратят свои скудные средства на дорогие радиоуглеродные исследования? Они делают это потому, что случайные даты оказались полезными. Пока на этот метод нельзя рассчитывать в получении однозначно точных результатов, числа впечатляют людей, оберегая их от беспокойной необходимости излишне много думать. Выглядящие совсем как точные календарные годы, цифры как-то больше нравятся и дилетантам, и профессионалам, чем сложные стратиграфические корреляции; к тому же их еще и легче запоминать. Определенные в лабораториях «абсолютные» даты имеют большой вес и весьма полезны для поддержки слабых аргументов…

Каким бы «полезным» ни считался радиоуглеродный метод, он все же не способен дать точных и надежных результатов. Его несоответствия велики, хронология ненадежна и относительна, а «общепринятые» даты на самом деле подогнаны. «Это всеми благословляемое дело — не более чем алхимия 13-го века, и результат зависит лишь от того, какие развлекательные комиксы вы предпочитаете».

Роберт Э.Ли (Robert E.Lee). Radiocarbon: ages in error. Anthropological Journal of Canada, vol.19(3), 1981, pp.9-29. Переиздан в Creation Research Society Quarterly, vol. 19(2), September 1982, pp.117-127.

108. Метод С14 обсуждался на симпозиуме по древней истории долины Нила. Наш известный американский коллега профессор Брю кратко сформулировал общее отношение археологов к этому методу: «Если данные, полученные методом С14. поддерживают нашу теорию, мы вводим их в текст: если не очень противоречат ей — в комментарий: а если совсем не подходят — просто опускаем». Мало кто из археологов, имеющих дело с точной хронологией, избежал подобного применения этого метода; многие до сих пор сомневаются, стоит ли применять его без ограничений.

Т.Саве-Седерберг (T.Save-Soderbergh), Институт египтологии и И.Ю.Ольссон (l.U.Olsson), Институт физики университета Уппсала, Швеция. С-14 dating and Egyptian chronology. В кн.: Radiocarbon Variations and Absolute Chronology, Proceedings of the Twelfth Nobel Symposium, Ingrid U.Olsson (editor), Almqvist and Wikselt, Stockholm, and John Wiley and Sons, Inc., New York, 1970, p.35).

 

Как же определять возраст горных пород?

От догм 1949 года…

109. Поскольку жизнь развивалась постепенно, изменяясь от эпохи к эпохе, породы каждого геологического периода отражают характерные типы окаменел остей, отличающие их от любого другого периода. И наоборот, каждый вид окаменелостей является индексом, или ведущим ископаемым для соответствующей геологической эпохи…

За последние сто лет палеонтологи по всему миру накопили такое количество информации по этому вопросу, что теперь квалифицированному специалисту так же легко определить относительный геологический возраст окаменелостей, как, например, определить место страницы в рукописи по нумерации. Окаменелости, таким образом, позволяют узнавать породы одного возраста в различных частях Земли и, соответственно, соотносить события истории Земли в целом. Они обеспечивают нам хронологию, на которую события нанизаны, как жемчужины на нитку.

Др. Карл О. Данбар (Carl О. Dunbar, геология), почетный профессор палеонтологии и стратиграфии, Йельский университет; бывший редактор «American Journal of Science». В кн.: Historical Geology, John Wiley and Sons, Inc., New York, 1949, p.52.

… к категоричности 1957 года…

110. Окаменелости дают нам единственную хронометрическую шкалу, приемлемую в геологической истории для стратиграфической классификации пород и для точного датирования геологических событий. Ввиду необратимости эволюции, они — точная мера для определений относительного возраста пород и соотнесения их в мировом масштабе.

О.Х.Шиндервольф (O.H.Schinderwolf). Comments on some stra-tigraphic terms. American Journal of Science, vol.255, June 1957 p.395.

… и к 1970-м годам…

111. Некоторые окаменелости ограничены рамками определенного геологического периода. Их называют ископаемыми – индексами. Всякий раз, когда находят породу, содержащую этот тип окаменелостей, ее приблизительный возраст устанавливается автоматически…

Этот метод не вполне надежен. Случается так, что организм, считавшийся давно вымершим, оказывается существующим. Такие «живые окаменелости», естественно, не могут выступать в качестве индексов — разве что в более широких временных рамках своего известного существования.

Др. Уильям Д.Стэнсфилд (William D.Stansfield), животноводство, преподаватель биологии, Калифорнийский Политехнический университет. В кн.: The Science of Evolution, Macmillan Mew York, 1977, p.80.

… стало очевидным…

112. Умные непрофессионалы давно подозревали порочный круг в датировании окаменелостей через возраст горных пород, а горных пород — через возраст окаменелостей. Геологи же никогда не утруждали себя поисками достойного ответа — к чему объяснения, если работа приносит результаты? Это и называется упрямым прагматизмом.

Дж.Э.О»Рурк (J.E.O’Rourke). Pragmatism versus materialism in stratigraphy. American Journal of Science, vol.276, January 1976 p.47.

 

Датирование не выходит за пределы круга

113. Нельзя отрицать, что со строго философской точки зрения геологическая аргументация представляет собой порочный круг. Последовательность организмов определяется изучением их остатков в горных породах, а относительный возраст горных пород определяется по отложениям содержащихся в них организмов.

Р.Х.Расталл (R.H.Rastall), преподаватель экономической геологии, Кембриджский университет. Энциклопедия Британника, 1956, т.10, с. 168.

114. Распространение жизни невозможно засвидетельствовать, о нем можно лишь догадываться. Считается, что вертикальная последовательность окаменелостей представляет собой этот процесс, поскольку породы, включенные в нее, интерпретируются как процесс. Породы действительно датируют окаменелости, однако сами отложения датируют возраст пород более точно. Стратиграфия не может уйти от этого типа аргументации, если она настаивает на использовании именно концепта времени, потому что в производстве шкал времени замкнутый круг неизбежен.

Дж.Э.О»Рурк (J.E.O’Rourke). Pragmatism versus materialism in stratigraphy. American Journal of Science, vol.276, January 1976, p.53.

115. Точка зрения, что создание геологической шкалы приводит к порочному кругу, имеет под собой определенную почву.

Др. Дэвид М.Рауп (David M.Raup), консультант по геологии, отделение Музея естественной истории, Чикаго. Geology and creationism. Field Museum of Natural History Bulletin, vol.54(3), March 1983, p.21.

116. Возникает проблема: если мы определяем возраст пород по окаменелостям, то как же можно тут же говорить о примерах эволюционных изменений во времени в летописи окаменелостей?

Найлз Элдридж (Niles Eldredge), Американский музей естественной истории, Нью-Йорк, США. В кн.: Time Frames: The Rethinking of Darwinian Evolution and the Theory of Punctuated Equilibria, Simon and Schuster, New York, 1985 (and William Heinemann Ltd, London, 1986), p.52.

Побеседуй с землею, и наставит тебя… (Иов. 12:8)

117. Я почти тридцать лет работаю с геологами — недавними выпускниками, и постоянно твержу им: забудьте все теории, которым вас учили, просто наблюдайте за тем, что происходит в действительности, и фиксируйте это.

Э.К.М.Лейнг (A.C.M.Laing), Мельбурн. «Letters to the Editor», The Australian Geologist, Newsletter no.48, 19 March 1984, p.7.

 

Исследуя окаменелости: можно ли признать, 
что теория эволюции неверна?

118. Палеонтологи спорят о скорости эволюции, о различных ее примерах. Но никто из них — по крайней мере во всеуслышание — не сомневается в самом факте эволюции. Их доказательства эволюции вообще не зависят от летописи окаменелостей.

Некоторые палеонтологи полагают, что животные развивались постепенно, через бесконечное количество промежуточных состояний, от одной формы к другой. Другие считают, что изучение окаменелостей не дает подтверждения таким постепенным изменениям. На самом деле, полагают они, произошло вот что: одни виды животных выжили, практически не изменившись во времени, другие же вымерли или изменились очень резко, перейдя в другую форму (формы). Таким образом, вместо теории постепенных изменений они выдвигают идею «прерывистого равновесия». Идет спор о конкретных исторических примерах эволюции; однако посторонние, прислушиваясь к этому спору, делают вывод, что предмет обсуждения — истинность эволюции: происходила ли она [sic] вообще?. Это ужасная ошибка; в основе ее, по моему мнению, лежит ложная идея того, что окаменелости заключают в себе значительную часть доказательств эволюции.. На самом же деле эволюция доказывается совершенно отдельным набором аргументов, и нынешние палеонтологические дебаты вовсе не направлены на.то, чтобы развенчать подтверждающие эволюцию свидетельства.

Марк Ридли (Mark Ridley), зоолог, Оксфордский университет. Who doubts evolution? New Scientist, voL90, 25 June 1981, p.830.

 

Насколько же важны для эволюциониста исследования окаменелостей?

В 1960 году…

119. Хотя сравнительное изучение ныне существующих животных и растений может дать весьма убедительные свидетельства, только окаменелости являются единственным историческим документальным доказательством в пользу того, что жизнь развивалась от более простых форм ко все более и более сложным.

Др. Карл О.Данбар (Carl O.Dunbar), геология, почетный профессор палеонтологии и стратиграфии, Йельский университет; бывший редактор «American Journal of Science». В кн.: Historical Geology, John Wiley and Sons, Inc., New York, I960, p.47.

И более 20 лет спустя…

120. Во всяком случае, ни один истинный эволюционист, будь он сторонником теории постепенных изменений или «прерывистого равновесия», не использует летопись окаменелостей в качестве доказательств теории эволюции в противовес теории целенаправленного сотворения.

Марк Ридли (Mark Ridley), зоолог, Оксфордский университет. Who doubts evolution? New Scientist, vol.90, 25 June 1981, p.831.

Как это повлияло на теорию эволюции? Возникла новая эволюционная теория — «прерывистое равновесие»!

121. Концепция «прерывистого равновесия» Элдриджа-Гоулда получила широкое признание у палеонтологов. Она делает попытку объяснить следующий парадокс: внутри родов очень трудно найти постепенные морфологические изменения, предсказанные Дарвином; изменения происходят путем внезапного появления новых, хорошо дифференцированных видов. Элдридж и Гоулд приравнивают такие появления к видообразованию, хотя детали этих событий и не сохранились. Они предполагают, что изменения происходят быстро (по геологическим стандартам), в небольших периферийных популяциях. Они верят, что в таких популяциях эволюция ускоряется, потому что они содержат небольшие, случайные образцы генофонда родительской популяции (эффект основателя) и, таким образом, могут быстро расходиться — и по чистой случайности, и потому, что они могут реагировать на давление местного отбора, которое может отличаться от родительской популяции, Постепенно некоторые из таких дивергентных, периферийных популяций реагируют на изменившиеся условия окружающей среды (видовой отбор), а затем разрастаются и быстро распространяются в окаменелостях.

Модель прерывистого равновесия широко распространилась, но не потому, что она имеет прочное теоретическое основание, а оттого, что она должна была разрешить дилемму. Помимо очевидных исследовательских проблем, присущих наблюдениям, стимулировавшим появление модели, и помимо присущего ей порочного круга (можно возразить, что видообразование происходит лишь вслед за быстрыми изменениями филюмов, а не наоборот), эта модель на данный момент скорее являет смесь разных объяснений, нежели теорию, и стоит на нетвердой почве.

Роберт Э.Риклефс (Robert E.Ricklefs), факультет биологии, Пенсильванский университет, Филадельфия, США. Paleontologists confronting macroevolution. Science, vol.199, 6 January 1978, p.59.

122. Палеонтологи (и биологи-эволюционисты в целом) известны своим умением сочинять правдоподобные истории; но они часто забывают, что правдоподобные истории и правда отнюдь не одно и то же.

Стивен Джей Гоулд (Stephen Jay Gould), про-фессор геологии и палеонтологии, Гарвардский университет, др. Дэвид М.Рауп (David M.Raup), консультант по геологии, отделение Музея естественной истории, Чикаго, Дж.Джон Сепкоски-младший (J.John Sepkoski, Jr.), отделение геологических наук, университет Рочестера, Нью-Йорк, Томас Дж.М.Шопф (Thomas J.M.Schopf), отделение геологических наук, Чикагский университет и Дэниэл С.Симберлофф (Daniel S. Bimherloff), отделение биологии, университет Флориды, Талла хасси. The shape of evolution: a comparison of real and random clades. Paleobiology, vol.3(l), 1977, pp.34-35.

 

Подумайте об этом!

123. Об опровержении Пастером идеи самозарождения жизни. — Мы преподносим эту историю начинающим студентам-биологам, как триумф здравого смысла над мистицизмом. На самом же деле, похоже, что все обстоит иначе. Разумным подходом была вера в спонтанное возникновение; единственной альтернативой — вера в единственный, изначальный акт сверхъестественного творения. Третьего не дано. Поэтому век назад многие ученые стали рассматривать веру в спонтанное зарождение жизни как «философскую необходимость». То, что теперь эта необходимость не в цене — симптом философской бедности нашего времени. Большинство современных биологов, с удовлетворением наблюдая закат гипотезы спонтанного зарождения, все же не хочет принять альтернативную точку зрения, поверить в Целенаправленное сотворение, остается ни с чем.

Джордж Уолд (George Wald), бывший профессор биологии, Гарвардский университет. The origin of life. Scientific American, vol. 191 (2), August 1954, p.46

124. Неизбежен вывод, что многие ученые и технологи поклоняются теории Дарвина лишь только потому, что она, якобы, исключает Творца из еще одной сферы материальных явлений, а вовсе не потому, что она выстраивает стройную парадигму исследовательских канонов в науках о жизни и Земле.

Др. Майкл Уолкер (Michael Walker), старший преподаватель антропологии, Сиднейский университет. То have evolved or to have not? That is the question. Quadrant, October 1981, p.45.

125. Я знаю, какой вопрос возник в голове многих тех, кто дочитал до этого пункта: «Разве наука не доказывает, что Творца нет?» Вот как раз наука не доказывает этого!

Др. Пол Э.Муди (Paul A.Moody), зоология, почетный профессор естественной истории и зоологии, университет Вермонта. В кн.: Introduction to Evolution, Harper and Row, New York, 2nd ed, 1962, p.513.

126. Кодекс чести, который должен усвоить естествоиспытатель, желающий вникнуть в проблему эволюции, гласит: быть верным фактам и отметать все догмы и априорные идеи. Сначала факты, затем уж теории. Единственным приговором, вступающим в силу, становится тот,, который суд признал доказанным фактами. Действительно, лучшие эволюционные исследования проведены теми биологами, чьи глаза не были зашорены доктринами, которые рассматривали факты спокойно, не примеряя их к той или иной теории. Сегодня наша задача — разрушить миф об эволюции, как о простом, понятном, легко объяснимом явлении, ясно раскрывающимся перед нами. Биологов должна воодушевлять мысль о несостоятельности интерпретаций и экстраполяции, выдаваемых теоретиками за установленные истины. Этот обман иногда случаен, но лишь иногда, поскольку некоторые люди из-за своего сектантства умышленно отворачиваются от реальности и отказываются признать несостоятельность, ложность своих представлений.

Пьер-Поль Грассе, Парижский университет, бывший президент Академии наук Франции. В кн.: Evolution of Living Organisms, Academic Press, New York, 1977, p.8.

127. Ученые высшего уровня сегодня признают многое из критики теории Дарвина Уилберфорсом, равно как и из критики геолога Адама Седжвика, чья статья была опубликована в The Spectator в апреле 1860 года…

Дарвина беспокоили недостающие звенья в последовательности ископаемых данных. Он предчувствовал, что они вот-вот появятся, однако эти звенья отсутствуют и по сей день и, похоже, не найдутся никогда. Что нам думать об этом — остается открытым вопросом; но и сегодня консервативные фанатики-неодарвинисты и неортодоксальные неоседжвикакцы, считающие себя просвещенными рационалистами, презрительно отвергают доказательства, явные для всех.

Проф. Сэр Эдмунд Р.Лич (Edmund R.Leach). Из обращения к ежегодному съезду (1981) Британской ассоциации за прогресс науки. Men, bishops and apes. Nature, vol.293, 3 September 1981, Pp.19, 20.

128. Искушение поверить, что Вселенная есть продукт некоего творческого замысла, проявления тончайших эстетических и математических разработок, непреодолимо. Я, как и большинство физиков, верю, что за этим что-то стоит.

Пол Дэйвиз (Paul Davies). The Christian perspective of a scientist. New Scientist, 2 June 1983, p.638.

129. …Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою. Ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы, так что они безответны. Но как они, познавши Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось немысленное их сердце: называя себя мудрыми, обезумели…

Библия. Послание к римлянам, глава 1, стихи 18-22.

130. …Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

Библия. Евангелие от Иоанна, глава 3, стих 16.

научно-популярные документальные фильмы с критикой теории эволюции

ОБМАН ЭВОЛЮЦИИ документальный фильм

 

 

Сотворение или Эволюция?

 

 

 

4. Креационизм. Возраст земли.

 

УЧЕНЫЕ ВСЕГО МИРА ЗАГОВОРИЛИ О СУЩЕСТВОВАНИИ ТВОРЦА...

 

 

 

Абсурдность теории эволюции: элементарные рассуждения, понятные каждому

 

 

4/8 Происхождение видов (пород).

 

 

5/8 Происхождение человека.

 

 

Происхождение 6/8 Записи окаменелостей.

 

 

Происхождение 7/8 Великая тайна диназавров.

 

Происхождение 7/8 Великая тайна диназавров.

Ученые креационисты отвечают своим критикам

 

http://www.odinblago.ru/osnovnoe_bogoslovie/uchenie_kreacionisti_otvech/8

 

8. Элдредж и его обезьяний бизнес

    Как уже говорилось ранее, Найлз Элдредж, куратор Американского музея естественной истории и палеонтолог, специалист по беспозвоночным, — один из главных приверженцев идеи о прерывистом равновесии в эволюции. Эта идея заключается в том, что эволюция не была медленным процессом, шедшим постепенно и состоявшим из бесчисленных макромутаций, и предполагает, что после долгих периодов стазиса, то есть неизменного состояния, каждый вид возникал очень быстро (за несколько тысяч лет) из предшествовавшего ему вида в результате какого-то еще неизвестного нам механизма... Элдредж — очень активный антикреационист и автор книги «Обезьяний бизнес: взгляды ученого на креационизм»[1]. Эта глава посвящена критике его книги.

    В предисловии к книге Элдредж цитирует Бытие 1. Он пишет об ученом-креационисте как о человеке, буквально верящем в изложенное в Библии, но пытается доказать истинность того, что сказано в Бытии, опровергая теорию эволюции. Затем он говорит о верующем эволюционисте: это тот, кто понимает Бытие в метафорическом смысле, верит, что для сотворения Вселенной и живых организмов Бог использовал законы природы, и рассматривает шесть дней творения как шесть эонов. Наконец, Элдредж пишет, что ученый может иметь любое личное мнение о Бытии, но происхождение живых существ он должен рассматривать только опираясь на естественные законы. В следующем параграфе Элдредж ясно дает понять, кто относится к такого рода ученым. Он утверждает:

«Мне кажется, что красота первой главы Бытия и ее откровение не могут быть опровергнуты никакой современной наукой. Почему бы нам просто не оставить ее в покое и не попытаться лучше понять самих себя и наш мир научными методами?»

    Ученые-креационисты утверждают, что глава 1 Бытия имеет отношение к современной науке, потому что представляет собой существенное доказательство сотворения мира. Мы отличаем теорию и философию эволюции от того, что можно было бы назвать современной наукой; мы вовсе не считаем, что гуманистическое эволюционистское мышление является современным методом осмысления мира и нас самих. В главе 1 Элдредж пишет:

«Сегодня креационисты — по меньшей мере, большинство их ораторов — высокообразованные, интеллектуальные люди» (с. 17).

    Таким образом, он опровергает любимую характеристику Стивена Гоулда, который обычно именует креационистов «йеху». По поводу дебатов, проводившихся, на всей территории Соединенных Штатов, Элдредж заявляет: «Креационисты почти всегда побеждают» (с. 17). Он признает, что креационисты не оперируют в споре религиозными понятиями, всегда хорошо готовы к выступлению и почти всегда информированы лучше своих оппонентов, которые, по его словам, «слишком часто остаются в состоянии смущенного недоумения».

    Элдредж признает: в спорах креационисты не говорят о религии, строго придерживаясь научных доказательств. Но если, как говорит Элдредж, все научные доказательства на стороне эволюционистов, а креационисты могут отстаивать свою правоту лишь с помощью псевдонауки, почему эволюционисты не могут победить оппонентов и разбить их и их аргументы в пух и прах? Почему креационисты «почти всегда побеждают»? Элдредж считает, что это происходит из-за хитро продуманной сценической внешности, а не из-за ясности логики или силы доказательств (с. 18). Невероятно! Какие они дьявольски хитрые, эти креационисты. Какой позор для эволюционистов — позволять оппонентам выигрывать важные споры, оставаясь «в состоянии смущенного недоумения», и все лишь из-за «хитро продуманной сценической внешности» креационистов (что бы Элдредж под этим ни подразумевал). Заявление Элдреджа просто смешно. Креационисты выигрывают у эволюционистов дебаты лишь по одной причине — на их стороне правда. Элдредж признает также: «В последнее время креационисты очень успешно вербуют себе ученых-последователей» (с. 21). Вероятно, в этом-то хитро продуманная сценическая внешность помочь не может. Это происходит потому, что креационисты называют идеи творения и эволюции равнозначными верованиями, считает Элдредж. На самом деле, для исследователей это неважно. Им интересен поиск истины. Они обратились потому, что умны и видят, где правда.

    В первой главе Элдредж обрушивает на научный креационизм целый шквал разных обвинений. Он говорит, что креационизм — это антиинтеллектуализм, часть общего подъема неопопулизма, связанного с политическим консерватизмом; что доводы креационистов, приводимые в защиту буквального понимания Бытия, устарели, что они неверны и (иногда) специально подтасованы; он называет креационизм вопиющей политической деятельностью в чаду религиозного рвения, попыткой превратить научные изыскания в эквивалент медицинского квакерства. «Перчатка брошена», — пишет Элдредж. Да уж, еще бы! И креационисты принимают вызов!

    Во второй главе под названием «Факты и теории: кругла ли на самом деле земля?» Элдредж обсуждает природу фактов, гипотез и теорий, на самом деле не понимая, что означают эти термины, так как говорит: «Эволюция — такой же факт, как и то, что Земля круглая» (с. 31). В наше время многочисленные наблюдения, проводимые как на Земле, так и со спутников в космосе, подтвердили, что Земля круглая, как шар. Если кто-то в этом сомневается, может провести самостоятельные испытания и наблюдения. Ни один разумный ученый не будет спорить с этим фактом. Но никто никогда не видел, как рыба эволюционировала в амфибию или обезьяна — в человека. Эти идеи — не более, чем спекулятивные положения, противоречащие многим научным свидетельствам и отвергаемые многими умными и знающими учеными. Вера Элдреджа в «факт эволюции» выдает его поистине религиозное отношение к последней.

    Один из важнейших критериев научной теории — это возможность на основе этой теории предсказать результаты естественных опытов или то, что в будущем произойдет в природе. Однако ни один эволюционист не осмелится предсказать, какие изменения могут произойти в будущем. И Элдредж чувствует себя обязанным вывести теорию эволюции из этого затруднительного положения. Он утверждает (с. 33):

«Вся эта приукрашенная риторика скрывает простые значения "предсказуемости" в науке. Как мы уже видели, предсказуемость означает, что если идея истинна, она должна иметь определенные последствия. Мы должны, выйдя "на природу", видеть ожидаемые (предсказанные) последствия».

    Элдредж же считает, что в науке — по крайней мере, в науке о происхождении жизни — предсказуемость будущих событий необязательна — достаточно уметь объяснить происходившее в прошлом и происходящее в настоящем. Далее Элдредж пишет:

«Если основная идея в том, что все когда-либо существовавшие и существующие организмы взаимосвязаны вследствие процесса преемственности, который мы называем эволюцией, какие последствия можем мы ожидать в настоящем мире? Наблюдаемые нами последствия — предсказания, которые нам следовало бы сделать, а не гадания о будущем».

    Прежде чем мы обсудим примеры, которые, судя по Элдреджу, доказывают верность предположений теории эволюции, давайте рассмотрим другие важные последствия утверждений Элдреджа. Его заявление о предсказуемости, означающее, что, если идея верна, она должна иметь определенные последствия, которые мы можем видеть, выйдя «на природу», равно применимо и к сотворению мира, и к эволюции. Таким образом, Элдредж широко распахнул двери науки, впуская туда вместе с теорией эволюции и креационизм. Абсолютно верной была бы тогда и такая перефразировка предположения Элдреджа:

«Если основная идея о том, что все когда-либо существовавшие и существующие организмы были сознательно созданы Творцом в соответствии с Его разумным планом, какие последствия можем мы ожидать в настоящем мире? Наблюдаемые нами последствия — предсказания, которые нам следовало бы делать, а не гадания о будущем».

    Как было описано в предыдущих главах, каковы бы ни были наши находки, пришедшие из прошлого (ископаемые останки), и данные настоящего времени (термодинамика, сложность живых организмов, теория вероятности), последствия, о которых ведет речь Элдредж, свидетельствуют в пользу сотворения.

    Об окаменелостях Элдредж едва упоминает, заявляя, что история длиной в 3 млрд. лет поддерживает идею эволюции. Однако, как мы видели, результаты раскопок абсолютно не соответствуют теории эволюции. Тем не менее Элдредж заявляет:

«Мы можем сузить наши предсказания до такой степени, что не придется проверять с помощью окаменелостей общее положение о происхождении всех форм жизни от общего предка. Как должна выглядеть современная жизнь, если основная идея эволюции верна? Какие предсказания можем мы сделать?» (с. 34).

    Элдредж отвечает на этот вопрос. Он пишет (с. 36):

«...сама идея эволюции предполагает, что каждый вид имеет тенденцию к обла- данию какими-либо уникальными чертами, но каждый вид должен одновременно иметь какие-то общие черты в строении и поведении с некоторыми другими видами. Более того, каждая группа сходных видов будет иметь нечто общее с другими подобными группами или видами (вспомните сравнение с двумя мона- хами), и эта общая группа должна чем-то походить на другие такие же группы. Это явление передающихся сходств, захватывающее все более широкий спектр биологических форм, должно продолжаться, пока не окажется, что вся жизнь — едина, несмотря на разделение, и каждая пара ее проявлений имеет хотя бы одну общую черту. Вот великое предположение эволюции: сходства органического мира организованы, как сложный набор китайских шкатулочек».

    Затем Элдредж указывает, что именно такой процесс имеет место в природе. Отдельные организмы объединяются в виды, потому что имеют много общих черт и могут скрещиваться друг с другом. Группа видов — это род, потому что и виды обладают определенным сходством; сходные роды объединяются в семейства; семейства — в порядки и т.д. Итак, заявляет Элдредж, предположение, основанное на теории эволюции, в целом подтверждено. На основании же креационизма, говорит он, такого предположения сделать нельзя — Творец мог бы создать самые разные виды каким угодно способом.

    Однако история биологии противоречит словам Элдреджа. Тот факт, что живые организмы можно объединить в иерархическую систему, состоящую из «гнездовых» групп, было известно задолго до Дарвина и до возникновения его теории эволюции. Современная таксономическая система, по которой организмы группируются в виды, роды, семейства, порядки, классы и типы, была разработана Карлом Линнеем, труды которого были опубликованы за сто лет до «Происхождения видов» Дарвина. Можно ли говорить как о предположении теории эволюции о том, что всем было известно еще за сто лет до ее выхода на сцену?

    К тому же, сам факт возможности группировки организмов в «гнездовые» группы основан скорее на различиях и отсутствии преемственности, чем на сходстве. История жизни и в настоящем, и в прошлом (судя по раскопкам) — прерывиста, это не постепенный переход от одного вида к другому или развитие одного рода из другого, как можно предположить на основе эволюции. Таксономия как система классификации возможна лишь при наличии очень значительных разрывов между разными по своей сути типами организмов. Как упоминалось ранее в этой книге, Симпсон допускает, что пробелы между высшими категориями — порядками, классами и типами — систематичны и почти всегда велики, в то время как Элдредж, Гоулд и другие сторонники теории прерывистого равновесия говорят, что переходные формы встречаются редко (если вообще встречаются) на уровне видов. Более того: среди миллионов видов ныне живущих организмов ни один ученый не может указать ни одной переходной формы или зарождающегося организма, развивающегося из какой-либо ранее существовавшей формы.

    Итак, эволюционисты типа Элдреджа указывают на свидетельство, которое, по их мнению, поддерживает их теорию, но не обращают внимания на другое свидетельство, направленное против эволюции. Мы видим, что великое предположение эволюции, о котором говорит Элдредж, вовсе не было таковым; да и какие могут быть предположения, если утверждение Дарвина о том, что одна форма жизни переходила в другую без разрывов, терпит жалкое поражение. Результаты наблюдений за сегодняшней жизнью, показывающие нам, что каждый основной тип растений и животных существует отдельно и отличается от других основных типов, великолепно соответствуют тому, чего нам следовало бы ожидать на основании теории сотворения. Можно лишь гадать, каков уровень интеллекта людей, позволивших так ослепить себя предвзятыми понятиями и религиозной верой в теорию эволюции, чтобы принимать теорию эволюции, несмотря на множество несоответствий.

    В третьей главе Элдредж посвящает несколько страниц довольно краткому обсуждению результатов раскопок. Его основной тезис таков: общая последовательность развития жизни на протяжении 3,5 миллиардов лет вполне соответствует ожиданиям, основанным на эволюционистских предсказаниях. Он указывает, что древнейшие окаменелости — останки одноклеточных водорослей и бактерий, невероятно похожие на ныне существующие организмы, — обнаружены в скалах возрастом около 365 млрд. лет. Он утверждает, что в скалах возрастом около 1,3 млрд. лет найдены останки одноклеточных эукариотов — одноклеточных организмов с ядром: водорослей, амеб и фораминифер. Далее Элдредж вынужден, учитывая данные раскопок, вступить в дискуссию об очень сложных беспозвоночных «эдиакаранской фауны», обнаруженных в Австралии, Ньюфаундленде, Англии, Сибири и Южной Африке. Элдредж придерживается общепринятого мнения, что окаменелости, включая кишечнополостные организмы, напоминающие современных медуз и морские перья, а также червеподобные или эхинодермы и некоторые другие относятся к не известным нам прежде формам. Следующие четыре страницы (и с. 130) автор посвящает разговору о «кембрийском взрыве» — внезапном появлении великого множества сложных беспозвоночных — и мягкотелых, и покрытых панцирем: губок, медуз, трилобитов, морских ежей, съедобных моллюсков, червей, улиток, брахиоподов и других. В главе 5 нашей книги содержится подробное описание борьбы Элдреджа с этим, по его выражению, «потрясающим вызовом интеллекту»; здесь нет необходимости вновь возвращаться к этому вопросу. Достаточно сказать, что, несмотря на все ухищрения Элдреджа, пытающегося убедить читателей, что здесь нет чудовищного несоответствия теории эволюции, он вынужден признать (с. 46): «Кембрийский эволюционный взрыв до сих пор окутан тайной».

    Что говорит Элдредж о происхождении рыб? Рыбы предположительно были первыми позвоночными, то есть предками всех прочих позвоночных: амфибий, рептилий, птиц и млекопитающих, из которых самое совершенное — человек. Эволюция рыб — одно из эпохальных событий всего эволюционного процесса, и ее следует изучить во всех подробностях. О происхождении рыб можно сочинить потрясающую эволюционную историю. На полках библиотек должно было бы стоять множество трудов на эту тему. Эволюция беспозвоночного в рыбу предполагала полное преобразование строения тела и, по предположениям, длилась 100 млн. лет. За такой обширный промежуток времени должно было смениться много переходных форм. Миллиарды миллиардов переходных форм должны были жить и умирать на Земле. Миллионам останков этих промежуточных организмов следовало бы лежать в музеях, но, как уже сказано в главе 5, среди останков промежуточных форм не было обнаружено. Именно там, где наиболее очевидны и доказаны эволюционные изменения, нет никаких доказательств того, что так было. Так что же может сказать Элдредж о происхождении рыб? Ему нечего сказать!

    На с. 49 Элдредж пишет:

«Мы сами — позвоночные, поэтому нас больше всего интересуют рыбы, амфибии, рептилии и млекопитающие. В данном случае результаты раскопок в некотором роде обманчивы, потому что позвоночные соответствуют чаяниям Дарвина гораздо лучше, чем любая другая группа: "рыбы" разных видов предшествуют древнейшим позвоночным, вышедшим на сушу, — "амфибиям", которые все равно вынуждены были возвращаться в воду для размножения (как делают сегодня лягушки и саламандры)».

    Это все, что Элдредж говорит о происхождении рыб, — то есть ничего.

    Элдредж указывает на то, что, по его мнению, является в окаменелостях важным свидетельством в пользу теории эволюции, — на переход от простых форм к более сложным; прокариотовые одноклеточные организмы (сине-зеленые водоросли и бактерии) уступают место одноклеточным эукариотам (все организмы с ядром, одноклеточные в том числе), потом — сложным, многоклеточным организмам (эдиакаранские и кембрийские беспозвоночные), и наконец — рыбам и другим позвоночным. Он или игнорирует или пытается свести до минимума по-настоящему значительную характеристику останков — наличие огромных, бесспорных пробелов между одноклеточными организмами и сложными беспозвоночными, а также между сложными беспозвоночными и рыбами. Эти огромные, ничем не заполненные пробелы не просто «вызов интеллекту» — они фатальны для теории эволюции. Ни беспозвоночные, ни рыбы (предположительно, первые позвоночные) не имеют предков, а все прочие позвоночные, включая человека, предположительно являются прямыми потомками сначала какого-то беспозвоночного, а потом — какой-то рыбы. Они не имеют предков, значит, и у нас нет предков, а эволюция — эффектная фальшивка, признают это эволюционисты или нет. Как уже указано в главе 5, этот факт делает бесцельными дальнейшее обсуждение результатов раскопок.

    На с. 80 .Элдредж пишет:

«...научный креационизм — вообще не наука, а учеными-креационистами не сделано ни одного интеллектуально ценного и научно доказуемого заявления о мире природы».

    Одно из заявлений креационистов о мире природы таково: и в останках, и среди живых организмов пробелы между качественно разными типами живых организмов — как растений, так и животных — систематичны и почти всегда велики. Примерно за сто тридцать лет, прошедших со времен написания Дарвином «Происхождения видов», это заявление подтверждалось тысячи раз, так как палеонтологи усердно ищут «недостающие звенья», но этих звеньев до сих пор недостает. Значит, вышеприведенное заявление креационистов интеллектуально ценно и научно доказано. Более того, это заявление креационистов содержало очень важный элемент предвидения, так как впервые оно было сделано еще во времена Дарвина, до того как сто тридцать лет велись интенсивные поиски.

    Четвертую главу своей книги Элдредж посвящает обсуждению механизма эволюции, говоря о преемственности идей ламаркизма, дарвинизма, неодарвинизма, идеи «подающего надежды монстра» Шиндевольфа, Гольдшмидта и других и его собственной концепции «прерывистого равновесия». На с. 52 он делает интересное признание:

«На первый взгляд кажется, что сейчас мы знаем о том, как совершается эволюция, меньше, чем, скажем, лет десять назад, когда в рядах эволюционистов было нечто вроде единодушия. Сегодня, когда так силен хаос, в наших рядах существуют определенные разногласия».

    Невероятно! Со времен Дарвина бесчисленное множество ученых (зоологов, ботаников, палеонтологов, генетиков, эмбриологов, анатомов, физиологов, биохимиков и геологов) посвятили неисчерпаемое количество человеко-часов испытаниям и проверкам дарвинизма, неодарвинизма и других теорий о всевозможных эволюционных механизмах, и сейчас они ничуть не ближе к истине, чем был Дарвин в 1859 г. Наверное, что-то не так с самим понятием эволюции. Элдредж делает и еще одно интересное заявление (с. 55). Говоря о борьбе Дарвина с учеными в защиту своих взглядов, Элдредж утверждает:

«Его аргументы имели такой успех, что в 18S9 г. "Происхождение видов" убедило многих биологов и геологов, а также значительную часть публики, не занимающейся наукой, в том, что эволюция должна была иметь место.

Дарвин обнаружил в природе все признаки, предполагающие эволюцию. Но главное — он убедил весь мир в реальности эволюции с помощью простой и правдоподобной теории о том, как это произошло».

    Другими словами, дело вовсе не в свидетельствах окаменелостей (которые даже сам Дарвин считал наиболее серьезными возражениями своей теории), не в доказательствах, основанных на сравнительной анатомии, так называемых «рудиментарных» органах или эмбриологии, не в свидетельствах биогеографии, не в данных экспериментов — дело в том, что Дарвин убедил весь мир историей, содержащей простую и правдоподобную схему эволюции. Сегодня доказательства в пользу эволюции, основанные на сравнительной анатомии (гомологии) «рудиментарных органов, эмбриологии, признаны или несущественными, или противоречащими эволюции; результаты раскопок идут вразрез с теорией эволюции; искусственный отбор (эксперименты по скрещиванию) либо не дают результатов, либо противоречат теории эволюции; биогеография и другие подобные свидетельства могут быть с одинаковым успехом истолкованы на основе как эволюционизма, так и креационизма; схему, предложенную Дарвином, отвергнет любой современный биолог, а неодарвинизм, заменивший ее, назван Стивеном Джеем Гоулдом абсолютно мертвой» теорией[2]. Таким образом, единственное достижение Дарвина — завоевание мнения большинства, их вера в эволюцию, предположительно убедительная схема, невероятность которой доказана, а вот чем ее заменить — тут эволюционисты никак не могут прийти к согласию. Однако Элдредж и другие эволюционисты, ярые догматики, восклицают: «Эволюция — это факт!» Все большее количество ученых и законодателей начинают спрашивать: «Но откуда они знают, что это факт?» Сила пропаганды в бесконечном повторении, и эволюционисты пытаются убедить всех в истинности своей теории, неустанно повторяя: «Эволюция — это факт».

    По поводу эволюционной биологии Элдредж пишет (с. 82): «Она предполагает, что мы должны увидеть в природе, и сама исправляет. Она никогда не притязает на обладание конечной истиной». Теперь сравните эти слова с высказыванием со с. 31: «Эволюция — такой же факт, как то, что земля круглая». Эта последняя фраза как раз и есть притязание на обладание конечной истиной. Эволюционисты типа Элдреджа лишь притворяются объективными, беспристрастными учеными, которые ищут истину на пути к верному заключению и руководствуются лишь фактами. На самом деле, у ученых могут быть такие же заблуждения, как и у обычных людей; эволюционисты же виновны в догматизме и руководствуются предвзятыми, навязчивыми идеями. Элдредж и эволюционисты, разделяющие его убеждения, считают себя принадлежащими к интеллектуальной элите, единственными глашатаями истины, обязанность которых — защищать беззащитных студентов и общественность от ошибок, наставляя их истине эволюции.

    Элдредж уверяет (с. 83), что сравнительно небольшое число ученых-креационистов написали большую часть статей, появившихся в «Криэйшн Рисерч Сосайети Квотерли». «Ни один из них, — заявляет Элдредж, — ни разу не написал статьи в какой-либо уважаемый научный журнал». Это неверно, потому что большая часть этих ученых, включая автора этой книги, печаталась во многих ведущих научных журналах. Элдредж, очевидно, имел в виду, что креационисты не печатают статей в уважаемых научных журналах, которые откровенно поддерживают сотворение и/или выражают сомнение в абсолютной истинности эволюции. Это очень близко к истине, потому что, несмотря на то, что Эддредж и другие эволюционисты это отрицают, издатели и редакторы этих журналов отвергают, не читая, любые статьи в защиту идеи сотворения, какова бы ни была их ценность.

    Элдредж пишет:

«...любой человек, знакомый с научной литературой двадцатилетней давности, прекрасно знает, что всякого рода новые, еретические — а иногда и весьма забавные — идеи изгонялись со страниц научных журналов... Теперь, в самом деле, ересь даже поощряется в некоторых изданиях — если от нее есть прок».

    Давайте теперь посмотрим, что говорит об этом Ханне Алфвен, лауреат Нобелевской премии в области физики. В своем труде «Воспоминания ученого-диссидента» Алфвен утверждает: «При господстве в науке США существующей системы цензуры мои работы вряд ли будут напечатаны ведущими журналами США»[3]. Алфвен не покушается на теорию эволюции. Он расходится с большинством во мнении относительно интерпретации аномальных косых смещений и того, что они значат для теорий происхождения и распространения Вселенной. Если лауреат Нобелевской премии, не выступающий против теории эволюции, не может напечатать свои труды в уважаемом научном журнале, как может добиться этого рядовой ученый, статья которого направлена против теории эволюции? Эволюционисты, что бы они ни говорили, решительно настроены не допускать ученых-креационистов в эти издания.

    Элдредж цитирует (с. 116) большой отрывок из моей книги «Эволюция: раскопки говорят нет!»[4], в которой я объясняю, что я подразумеваю под «основным типом». Комментарии Элдреджа к цитате заставляют сомневаться, изучал ли он в школе английский язык. В цитате приведены мои слова:

«Например, очевидно, что такие беспозвоночные, как губки, медузы, черви, улитки, трилобиты, устрицы, пчелы относятся к разным типам. Среди позвоночных рыбы, амфибии, рептилии, птицы и млекопитающие тоже, очевидно, принадлежат к разным основным типам.

Среди рептилий к разным типам можно отнести черепах, крокодилов, динозавров, птерозавров (летающих рептилий) и ихтиозавров (водных рептилий). Каждая их этих основных групп рептилий может быть подразделена на основные типы внутри каждой указанной группы.

Внутри класса млекопитающих легко выделяются такие различные типы, как утконосы, опоссумы, ежи, летучие мыши, крысы, кролики, собаки, кошки, лемуры, обезьяны и люди. Среди человекообразных обезьян к разным основным типам принадлежат гиббоны, орангутанги, шимпанзе и гориллы».

    Из этого фрагмента ясно, что, говоря «среди позвоночных рыбы, амфибии, рептилии, птицы и млекопитающие..... очевидно, принадлежат к разным основным типам», я не имею в виду, что все рыбы принадлежат к одному основному типу, или все рептилии и т.д., потому что в следующем же предложении сказано: «Среди рептилий к разным типам можно отнести черепах, крокодилов, динозавров, птерозавров (летающих рептилий) и ихтиозавров (водных рептилий)». Далее я продолжаю, поясняя, что не все черепахи, или не все динозавры и т.д. относятся к одинаковому типу творения, утверждая: «Каждая из этих групп рептилий может быть подразделена на основные типы внутри каждой указанной группы». Затем я продолжаю, выбрав для примера млекопитающих, и поясняю, например, что человекообразные обезьяны отличаются по типу от прочих обезьян и что среди самих человекообразных обезьян различаются гиббоны, орангутанги, шимпанзе и гориллы.

    Кажется, я настолько ясно описал, что подразумеваю под основным типом, что любой школьник со средними умственными способностями, не говоря уже о кураторе Американского музея естественной истории, с легкостью поймет мое объяснение. Однако Элдредж, кажется, в нем запутался. В своей книге непосредственно после приведенной цитаты Элдредж пишет:

«Гиш, конечно, не может в самом деле иметь в виду то, о чем он слишком буквально говорит в этом отрывке. Он заявляет, что "вариации" происходят внутри "основных типов", а не между ними, и называет "основными типами" такие группы, как "рептилии" и "млекопитающие". Тогда, по его собственным словам, выходит, что летучие мыши, киты, люди и остальные млекопитающие развились внутри основного "типа" млекопитающих. Но затем он пишет, что эти подгруппы млекопитающих сами представляют собой "основные типы", и, значит, они не могут иметь общих предков, по представлению креационистов. Летучая мышь порождает летучую мышь, кит — кита и так далее. Но Гиш не останавливается на этом, он считает, что общих предков не имеют даже основные подразделения млекопитающих. Это, конечно, несерьезно — в лучшем случае, а в худшем — бессмысленно. Можно лишь согласиться с тем, что у креационистов явно не все гладко с понятием "основной тип"».

    Кажется предельно ясным, что я никоим образом не хотел сказать, что все млекопитающие, все птицы или все рептилии составляют один основной тип. Я имел в виду то, что мы доподлинно знаем: любая рептилия по основному типу отлична от любого млекопитающего, а любое млекопитающее — от любой птицы, — ведь и любой таксономист без колебаний относит рептилию к классу Reptilia, а птицу — к классу Aves. Я также совершенно ясно показал, что ихтиозавр, как нам известно, по основному типу отличен от черепахи, хотя оба они относятся к классу рептилий. Это, опять же, не значит, что все ихтиозавры или все черепахи относятся к одному основному типу. Мы проиллюстрировали это рисунками 1 и 2. Порядок приматов подразделяется на две группы, каждая из которых состоит из шести семейств (рис. 1). Семейство Pongidae подразделяется на три рода, один из которьи, Pan, представлен двумя видами (рис. 2). Основной тип, или сотворенный тип, может в некоторых случаях существовать на уровне вида, как в случае с человеком, Homo sapiens, или на уровне рода, как, возможно, в случае с Pan, или на уровне семейства, как, например, в случае с семейством псовых. Тот факт, что несколько маленьких кружочков помещены внутрь большого круга, не означает, что все организмы внутри большого круга обязательно представляют один и тот же основной тип, иди сотворенный тип, и все организмы, занимающие таксономические места внутри одного рода, также не принадлежат к одному виду.

Рис. 1. Классификация порядка приматов.

Рис. 2. Классификация семейства Pongidae.

 

    Элдредж обнаруживает свое невежество, как это часто случается с эволюционистами, когда речь заходит о термодинамике и проблемах, которые она создает для эволюции. Хотя эта тема подробно обсуждалась в предыдущей главе, критика на высказывания Элдреджа по этому поводу (с. 88-91) была приведена лишь вкратце. Он приводит в пример развитие оплодотворенной человеческой яйцеклетки во взрослый организм, называя этот процесс «очевидным исключением из второго закона».

    Это, конечно, глупо. Во-первых, если бы из второго закона термодинамики были исключения, это был бы уже не закон, а просто обобщение. Во-вторых, конечно же, человеческая яйцеклетка — открытая система, получающая постоянный приток энергии и питания из внешнего источника, но она содержит также всю необходимую генетическую информацию: не только код для полного развития одной клетки во взрослый организм, но и программы регуляции, замены и обновления всей невероятно сложной метаболической системы, необходимой для жизни человека. Более того: сама оплодотворенная яйцеклетка представляет собой невероятно сложный механизм, обладающий всеми метаболическими системами, нужными для функционирования живого организма. Элдредж и его коллеги-эволюционисты должны объяснить, как могла возникнуть жизнь вопреки универсальному действию второго закона.

    Эддредж прибегает к любимой уловке эволюционистов, пытаясь аргументировать связь эволюции и второго закона рассуждениями об открытых и замкнутых системах. Он выдвигает против ученых-креационистов безобразно ложное обвинение, утверждая, что «... вначале они не понимали, что закон действует только в закрытых системах». Креационисты требуют, чтобы Элдредж подтвердил это заявление фактами. В рассуждениях креационистов об эволюции и втором законе всегда принимались во внимание как открытые, так и замкнутые системы. Вся защита Элдреджа против второго закона основана на том факте, что Земля — открытая система, получающая энергию от Солнца. Как уже было сказано ранее, открытость системы и приток энергии извне необходимы, но соблюдения этих условий недостаточно для того, чтобы из простых, беспорядочных систем развились сложные и упорядоченные. Ученые-креационисты подходят к проблеме эволюции и второго закона научно, логично и рационально, а эволюционисты отвечают нелогично, упрощенно и иррационально. Они забывают о разуме ради бога эволюции.

    Упрощенные ответы Элдреджа (и его коллег) на серьезнейшую критику теории эволюции в изобилии представлены в этой книге, и один из них — попытка Элдреджа опровергнуть заявления ученых-креационистов о замысле и цели сотворения мира, проявляющихся в природе, особенно живой. Он пишет (с. 132):

«Анатомы принадлежат к числу тех, кто особенно сопротивляется идее эволюции, — уж очень их впечатлило изучение сложностей строения органов и их систем. Представить промежуточные стадии между, скажем, передней ногой бегущей рептилии и совершенным крылом птицы кажется им невозможным, как и всем сегодняшним креационистам. Проблема эта, впрочем, свидетельствует о бедности человеческого воображения более, чем о каких-либо ограничениях природы, и этот ответ не чужд креационным способам мышления».

    Вот и все, что он смог ответить! Эволюционисты тоже не отличаются богатством воображения, а то могли бы отвечать и поубедительнее. Ответ этот настолько прост, насколько это возможно, и начисто лишен любого интеллектуального содержания. Впрочем, эволюционистская литература переполнена историями типа «Так уж вышло». Да, воображения эволюционистам не занимать! Но в природе существует так много запутанных и сложных примеров, изобличающих такое богатство доказательств сознательного замысла сверхразумного Творца, что эволюционисты просто не могут объяснить, как шла эволюция, основанная на случайных, слепых, беспорядочных мутациях. «Креационные способы мышления» исключают и веру, основанную лишь на силе человеческого воображения, и попытку извинения, основанного на его бедности.

    В своей книге «Эволюция: кризис одной теории»[5] Майкл Дентон посвящает этой теме целую главу — «Загадка совершенства». Он считает, что процесс эволюции, основанный исключительно на случайных мутациях, не мог привести к возникновению невероятно сложных механизмов, входящих в состав живых организмов. Дентон пишет:

«Хотя в последнее столетие довод о замысле был непопулярен в биологии, большинство ученых, не согласных с теорией эволюции, утверждали, что случайности недостаточно для развития столь сложного механизма приспособления, — и число этих несогласных сейчас не меньше, чем прежде. Как мы уже видели, несогласные — это не только фундаменталисты, ламаркисты и виталисты, такие, как Бергсон и Тейяр де Шарден, но и очень уважаемые научные деятели» (с. 341).

    Упомянув о том, что креационисты сравнивают организмы со сложными машинами, созданными разумными людьми, Элдредж заявляет, что можно было бы просто сказать, что их создал Творец, а потом пишет:

«Сравнение это бессмысленно; оно ничего не доказывает. Может, так оно и есть, но ведь это не наука. Это не биология, а лишь признание того, что автоматические природные процессы не могут служить объяснением упорядоченности и сложности, которые мы все наблюдаем в природе» (с. 134).

    И что же скажет об этом Майкл Дентон? А вот что:

«Почти неотразимая сила этого сравнения полностью подорвала авторитет предположения, превалирующего в биологических кругах более половины века и гласящего, что гипотеза замысла может быть исключена на основании того, что это понятие по сути метафорическое a priori и поэтому не имеет научного веса. Напротив, ссылка на замысел — это вывод, сделанный исключительно a posteriori и основанный на неумолимой логике аналогий. Вывод может иметь религиозное применение, но не зависит от религиозных предположений» (с. 341).

    Элдредж говорит, что аналогия бессмысленна, что она ничего не доказывает, то есть является чистой религией и поэтому должна быть исключена из науки вообще и биологии в частности. Дентон же убедительно опровергает этот ложный вывод, указывая, что понятие это — вывод a posteriori, основанный на неопровержимом доказательстве обязательного наличия Творца для выполнения необходимого замысла, а не наоборот. Поэтому это не метафизическое понятие, лишенное всяких доказательств (их мы видим каждый день) и зависящее от религиозных предположений, а вывод, сделанный в результате удачного применения логики аналогий.

    Элдредж завершает свой труд главой «Религия и политика креационизма», в которой утверждает, что противоречия между эволюционизмом и креационизмом — лишь религиозно-политический вопрос; что креационисты пользуются политическими средствами для ведения войны против светского гуманизма, рассматривая эволюцию как боевое оружие антропоцентрической, атеистической религии. Элдредж приводит результаты опросов общественного мнения, из которых следует, что большинство американцев верит в сотворение и еще большее их число хочет, чтобы и креационизму и эволюционизму учили в школах, и выражает встревоженность этим фактом: «Креационисты добились слишком больших успехов» (с. 148). Он призывает всех граждан, заинтересованных в отражении «атаки» ученых-креационистов, объединяться под флагами и сплачиваться как на государственном, так и на местном уровне.

    Креационисты отвечают: «Если вы хотите войны, она будет. Мы готовы к сражению, потому что правда на нашей стороне, а последствия битвы — жизнь (вечная жизнь) или смерть». Итак, как говорит Элдредж, вызов брошен — и принят.

[ Оглавление ] [ Продолжение... ]

© 2002, Сайт Апологии Христианства.

[1]Niles Eldredge, The Monkey Business, A Scientist Looks at Creationism, Washington Square Press, New York, 1982.
[2]S.J.Gould, Paleobiology 6:121 (1980).
[3]Hannes Alfven, American Scientist, 76(3):251 (1988).
[4]D.T.Gish, Evolution: The Fossils Say No!, Public School Edition, Creation-Life Publishers, 1978.
[5]Michael Denton, Evolution: A Theory in Crisis, Burnett Books, London, 1985, p. p. 326-343.

Доктор биологических наук В.К.Жиров: "Креационизм и несостоятельность эволюционной парадигмы"

 

 



Подписка на новости

Последние обновления

События