Русская Православная Церковь

ПРАВОСЛАВНЫЙ АПОЛОГЕТ
Богословский комментарий на некоторые современные
непростые вопросы вероучения.

«Никогда, о человек, то, что относится к Церкви,
не исправляется через компромиссы:
нет ничего среднего между истиной и ложью.»

Свт. Марк Эфесский


Интернет-содружество преподавателей и студентов православных духовных учебных заведений, монашествующих и мирян, ищущих чистоты православной веры.


Карта сайта

Разделы сайта

Православный журнал «Благодатный Огонь»
Церковная-жизнь.рф

Святоотеческое наследие

Свт. Іоаннъ Златоустъ († 407 г.) 
Похвальныя бесѣды на праздники Господа нашего Іисуса Христа и Его святыхъ.
Слово въ день Богоявленія, 
противъ неприсутствующихъ въ священныхъ собраніяхъ, и о святомъ спасительномъ крещеніи Спасителя нашего Іисуса Христа, и о недостойно причащающихся, и о томъ, что оставляющіе божественную литургію прежде ея окончанія и выходящіе прежде заключительной молитвы уподобляются Іудѣ
[1].
 

Всѣ вы сегодня въ радости, а я одинъ только въ печали. Когда я посмотрю на это духовное море и вижу несмѣтное богатство церкви, и потомъ подумаю, что, по прошествіи праздника, это множество, отхлынувъ, опять удалится отъ насъ, то терзаюсь и скорблю душею о томъ, что церковь, родившая столько дѣтей, можетъ утѣшаться ими не въ каждое собраніе, но только въ праздникъ. Какое было бы духовное веселіе, какая радость, какая слава для Бога, какая польза для душъ, если бы мы при каждомъ собраніи видѣли ограды церкви такъ наполненными! Мореплаватели и кормчіе дѣлаютъ все, какъ бы переплыть море и достигнуть пристани, а мы ревнуемъ о томъ, чтобы непрестанно носиться по морю, постоянно погружаться въ волны житейскихъ дѣлъ, обращаться на плошадяхъ и въ судилищахъ, здѣсь же встрѣчаемся едва однажды или дважды въ цѣлый годъ.

Или вы не знаете, что Богъ устроилъ церкви въ городахъ, какъ пристани на морѣ, дабы мы, прибѣгая сюда отъ бури житейскихъ смятеній, наслаждались величайшею тишиною? Подлинно, здѣсь не нужно бояться ни бурнаго движенія волнъ, ни нападенія разбойниковъ, ни нашествія злодѣевъ, ни силы вѣтровъ, ни засады звѣрей; это — пристань свободная отъ всего такого, это — духовная пристань душъ. И вы сами свидѣтели сказанному. Если бы кто-нибудь изъ васъ раскрылъ теперь свою совѣсть, то нашелъ бы внутри себя великое спокойствіе: ни гнѣвъ не волнуетъ, ни похоть не воспламеняетъ, ни зависть не изсушаетъ, ни гордость не надмеваетъ, ни страсть тщеславія не снѣдаетъ, но всѣ эти звѣри укрощены, такъ какъ слушаніе божественныхъ Писаній, какъ бы нѣкоторая божественная чарующая пѣсня, проникаетъ чрезъ слухъ въ душу каждаго и усыпляетъ эти безумныя страсти. Какъ же не жалѣть о тѣхъ, которые, имѣя возможность наслаждаться такимъ любомудріемъ, не обращаются и не приходятъ постоянно къ общей матери всѣхъ — Церкви? Какое могъ бы ты указать мнѣ занятіе необходимѣе этого? Какое собраніе полезнѣе? И что препятствуетъ пребыванію здѣсь? Ты, конечно, скажешь мнѣ, что бѣдность бываетъ для тебя препятствіемъ участвовать въ этомъ прекрасномъ собраніи; но это — неосновательный предлогъ. Недѣля имѣетъ семь дней; эти семь дней Богъ раздѣлилъ съ нами такъ, что Себѣ не взялъ больше, и намъ не далъ меньше, и даже не раздѣлилъ ихъ по-ровну — не взялъ Себѣ трехъ и не далъ намъ трехъ, но тебѣ отдѣлилъ шесть дней, а для Себя оставилъ одинъ. Ты же и въ этотъ весь день не хочешь воздержаться отъ дѣлъ житейскихъ, но какъ поступаютъ святотатцы, такъ и ты осмѣливаешься поступать съ этимъ днемъ, похищая и употребляя его на житейскія заботы, тогда какъ онъ освященъ и назначенъ для слушанія духовныхъ поученій. Но что говорить о цѣломъ днѣ? Какъ поступила вдовица съ милостынею (Марк. 12, 42), такъ поступай и ты съ временемъ этого дня: какъ она положила двѣ лепты, и пріобрѣла великое благоволеніе отъ Бога, такъ и ты удѣли Богу два часа, и внесешь въ домъ свой прибыль безчисленныхъ дней. А если не воздержишься, то смотри, чтобы ты, не желая отрѣшиться отъ земныхъ пріобрѣтеній въ теченіе малой части дня, не лишился трудовъ цѣлыхъ годовъ. Богъ можетъ, когда пренебрегаютъ Имъ, уничтожить и собранныя богатства, какъ Онъ, угрожая, говорилъ іудеямъ, когда они нерадѣли о храмѣ: внесосте я въ домы ваши и отдунухъ я, глаголетъ Господь (Агг. 1, 9) [2]. Если ты приходишь въ намъ одинъ разъ или дважды въ годъ, то, скажи мнѣ, чему необходимому мы можемъ научить тебя — о душѣ, о тѣлѣ, о безсмертіи, о царствѣ небесномъ, о наказаніи, о гееннѣ, о долготерпѣніи Божіемъ, о прощеніи, о покаяніи, о крещеніи, объ отпущеніи грѣховъ, о тваряхъ небесныхъ и земныхъ, о природѣ человѣческой, объ ангелахъ, о коварствѣ бѣсовъ, о козняхъ діавола, о поведеніи, о догматахъ, о правой вѣрѣ, объ извращенныхъ ересяхъ? Это и гораздо больше этого должно знать христіанину и о всемъ давать отвѣтъ спрашивающимъ васъ. А вы не можете узнать и малѣйшей части этого, собираясь сюда однажды въ годъ, и притомъ мимоходомъ и по обычаю праздника, а не по благочестивому душевному расположенію, — ибо и то было бы хорошо, еслибы кто, присутствуя здѣсь при каждомъ собраніи, могъ въ точности удержать все это. Многіе изъ васъ, присутствующихъ здѣсь, имѣете рабовъ и сыновей, и, когда намѣреваетесь отдать ихъ учителямъ искусствъ, какихъ изберете, то вмѣстѣ съ тѣмъ дѣлаете свой домъ недоступнымъ для нихъ разъ навсегда, и заготовивъ одежду и пищу и все прочее необходимое для нихъ, помѣщаете ихъ вмѣстѣ съ учителемъ, запрещая имъ ходить въ вашъ домъ, дабы отъ постояннаго пребыванія тамъ и неразвлекаемаго никакими заботами занятія ученіе ихъ было успѣшнѣе. Но имѣя научиться не обыкновенному искусству, а величайшему изъ всѣхъ, — какъ угодить Богу и достигнуть небесныхъ благъ, вы думаете, что можно сдѣлать это мимоходомъ? Не безумно ли это? А что [эта] наука есть дѣло требущее великаго вниманія, послушай, чтó говоритъ [Христосъ]: научитеся отъ Мене, яко кротокъ есмь и смиренъ сердцемъ (Матѳ. 11, 29); и опять пророкъ: пріидите чада, послушайте мене, страху Господню научу васъ (Псал. 33, 12); и еще: упразднитеся и разумѣйте, яко Азъ есмь Богъ (Псал. 45, 11). Итакъ, много нужно (посвятить) времени для занятій тому, кто хочетъ усвоить себѣ это любомудріе.

2. Впрочемъ, чтобы намъ не употребить всего времени на обличеніе отсутствующихъ, мы, удовольствовавшись тѣмъ, чтó сказано для исправленія ихъ нерадѣнія, полюбомудрствуемъ теперь нѣсколько о настоящемъ праздникѣ. Многіе празднуютъ праздники и съ названіями ихъ знакомы, но поводовъ, по которымъ они установлены, не знаютъ. Такъ, о томъ, что настоящій праздникъ навывается Богоявленіемъ, всѣмъ извѣстно; а какое это Богоявленіе, и одно ли оно или два, этого еще не знаютъ; между тѣмъ крайне стыдно и весьма смѣшно — каждый годъ празднуя этотъ праздникъ, не знать повода, по которому онъ установленъ. Посему прежде всего необходимо сказать вашей любви, что не одно Богоявленіе, но два: одно настоящее, которое уже произошло, а другое — будущее, которое произойдетъ со славою при кончинѣ [міра]. О томъ и другомъ вы слышали сегодня отъ Павла, который, бесѣдуя съ Титомъ, говоритъ такъ о настоящемъ: явися благодать Божія спасительная всѣмъ человѣкомъ, наказующи насъ, да отвергшеся нечестія и мірскихъ похотей, цѣломудренно и праведно и благочестно поживемъ въ нынѣшнемъ вѣцѣ; а о будущемъ: ждуще блаженнаго упованія и явленія славы великаго Бога и Спаса нашего Іисуса Христа (Тит. 2, 11-13). И пророкъ объ этомъ послѣднемъ сказалъ такъ: солнце обратится во тму, и луна въ кровь, прежде неже пріити дню Господню великому и просвѣщенному (Іоил. 2, 31). Почему же Богоявленіемъ называется не тотъ день, въ который Онъ родился, а тотъ, въ который Онъ крестился? Настоящій день есть тотъ самый, въ который Онъ крестился и освятилъ естество водъ. Посему въ этотъ праздникъ въ полночь всѣ, почерпнувъ воды, приносятъ ее домой и хранятъ во весь годъ, такъ какъ сегодня освящены воды; и происходитъ явное знаменіе: эта вода въ существѣ своемъ не портится отъ продолжительности времени, но, почерпнутая сегодня, она цѣлый годъ, а часто два и три года остается неповрежденною и свѣжею, и послѣ столь долгаго времени не уступаетъ водамъ, только что взятымъ изъ источниковъ. Почему же этотъ день называется Богоявленіемъ? Потому, что Христосъ сдѣлался извѣстнымъ для всѣхъ не тогда, когда Онъ родился, но когда Онъ крестился; до этого дня Онъ не былъ извѣстенъ народу. А что народъ не зналъ Его и не разумѣлъ, кто Онъ былъ, объ этомъ послушай Іоанна Крестителя, который говоритъ: посредѣ васъ стоитъ, Его же вы не вѣсте (Іоан. 1, 26). И удивительно ли, что другіе не знали Его, когда и самъ Креститель не зналъ Его до того дня? И азъ, говоритъ онъ, не вѣдѣхъ Его, но пославый мя крестити водою, Той мнѣ рече: надъ него же узриши Духа сходяща и пребывающа на немъ, Той есть крестяй Духомъ Святымъ (Іоан. 1, 33). Отсюда видно, что два Богоявленія; а почему Христосъ приходитъ на крещеніе, объ этомъ необходимо сказать, а также и о томъ, на какое Онъ приходитъ крещеніе, — и то и другое необходимо знать. И напередъ надобно сказать вашей любви о послѣднемъ, такъ какъ изъ этого мы узнаемъ и первое. Было крещеніе іудейское, которое очищало тѣлесныя нечистоты, но не грѣхи совѣсти. Такъ, кто совершалъ прелюбодѣяніе, или кто рѣшался на воровство, или кто сдѣлалъ какое-нибудь другое беззаконіе, того оно не освобождало отъ вины. Но кто касался костей умершаго, кто вкушалъ пищу, запрещенную закономъ, кто приходилъ изъ [мѣста] заразы, кто обращался съ прокаженными, тотъ омывался, и до вечера былъ нечистъ, а потомъ очищался. Да омыетъ тѣло свое водою чистою, говорится въ Писаніи, и нечистъ будетъ до вечера, и чистъ будетъ (Лев. 15, 5, 22, 7). Это не были въ самомъ дѣлѣ грѣхи или нечистоты, но такъ какъ іудеи были несовершенны, то Богъ, дѣлая ихъ чрезъ это болѣе благочестивыми, съ самаго начала приготовлялъ ихъ къ точнѣйшему соблюденію важнѣйшаго.

3. Итакъ, іудейское очищеніе освобождало не отъ грѣховъ, а только отъ тѣлесныхъ нечистотъ. Не таково наше: оно гораздо выше и исполнено великой благодати, потому что освобождаетъ отъ грѣховъ, очищаетъ душу и подаетъ даръ Духа. И крещеніе Іоанново было гораздо выше іудейскаго, но ниже нашего; оно было какъ бы мостомъ между обоими крещеніями, ведущимъ чрезъ себя отъ перваго къ послѣднему, такъ какъ понуждало ихъ [іудеевъ] не къ соблюденію тѣлесныхъ очищеній, но вмѣсто таковыхъ увѣщевало и совѣтовало переходить отъ порока къ добродѣтели и надежду спасенія полагать въ совершеніи [добрыхъ] дѣлъ, а не въ разныхъ омовеніяхъ и очищеніяхъ водою. [Іоаннъ] не говорилъ: вымой одежду твою, омой тѣло твое, и будешь чистъ; но что? Сотворите плодъ достоинъ покаянія (Матѳ. 3, 8). Потому именно оно было выше іудейскаго, но ниже нашего, что крещеніе Іоанново не сообщало Духа Святаго и не доставляло благодатнаго прощенія; оно повелѣвало каяться, но не было властно отпускать [грѣхи]. Поэтому [Іоаннъ] и говорилъ: азъ убо крещаю вы водою, Той же вы креститъ Духомъ Святымъ и огнемъ (Матѳ. 3, 11). Очевидно, что Онъ не крестилъ Духомъ. Что же значитъ: Духомъ Святымъ и огнемъ? Вспомни тотъ день, въ который апостоламъ явишася раздѣлени языцы яко огненни, и сѣде на единѣмъ коемждо ихъ (Дѣян. 2, 3). А что крещеніе Іоанново было несовершенно, не сообщало Духа и отпущенія грѣховъ, видно изъ слѣдующаго: Павелъ, обрѣтъ нѣкія ученики, рече къ нимъ: аще убо Духъ Святъ пріяли есте вѣровавше? Они же рѣша къ нему: но ниже, аще Духъ Святый есть, слышахомъ. Рече же къ нимъ: во что убо крестистеся? Они же рекоша: во Іоанново крещеніе. Рече же Павелъ: Іоаннъ убо крести крещеніемъ покаянія, — покаянія, не отпущенія грѣховъ; для чего же Онъ крестилъ? Людемъ глаголя: да во грядущаго по немъ вѣруютъ, сирѣчь въ Христа Іисуса. Слышавше же крестишася во имя Господа Іисуса. И возложшу Павлу на ня руцѣ, пріиде Духъ Святый на ня (Дѣян. 19, 1-6). Видишь ли, какъ несовершенно было крещеніе Іоанново? Если бы оно не было несовершенно, то Павелъ не крестилъ бы ихъ снова, не возлагалъ бы на нихъ рукъ; исполнивъ же то и другое, онъ показалъ превосходство апостольскаго крещенія, и то, что крещеніе Іоанново гораздо ниже его. Но изъ этого мы узнали различіе крещеній; теперь необходимо сказать, для чего Христосъ крестился и какимъ крещеніемъ. Ни прежнимъ — іудейскимъ, ни послѣдующимъ — нашимъ, потому что Онъ не имѣлъ нужды въ отпущеніи грѣховъ; да и какъ можетъ нуждаться въ этомъ Тотъ, Кто не имѣетъ никакого грѣха? Грѣха, говорится въ Писаніи, Онъ не сотвори, ни обрѣтеся лесть во устѣхъ Его (1 Петр. 2, 22); и еще: кто отъ васъ обличаетъ Мя о грѣсѣ (Іоан. 8, 46)? И Духу не была непричастна плоть Его; да и какъ могло быть иначе, когда она вначалѣ была произведена Духомъ Святымъ? Итакъ, если и плоть Его не была непричастна Духу Святому, и Онъ не былъ подверженъ грѣхамъ, то для чего Онъ крестился? Но прежде намъ нужно узнать, какимъ Онъ крестился крещеніемъ, тогда и то будетъ яснымъ для насъ. Какимъ же крещеніемъ Онъ крестился? Не іудейскимъ, и не нашимъ, но Іоанновымъ. Для чего? Для того, чтобы ты изъ самаго свойства крещенія позналъ, что Онъ крестился не по причинѣ грѣха и не потому что имѣлъ нужду въ дарѣ Духа; какъ мы показали, это крещеніе было чуждо того и другого. Отсюда видно, что Онъ приходилъ на Іорданъ не для отпущенія грѣховъ, и не для полученія дара Духа. Но чтобы кто-нибудь изъ присутствовавшихъ тогда не подумалъ, что Онъ приходилъ для покаянія, подобно прочимъ, послушай, какъ Іоаннъ предупредилъ и это. Тогда какъ другимъ онъ говорилъ: сотворите плодъ достоинъ покаянія, послушай, чтó онъ говоритъ Ему: Азъ требую Тобою креститися, и Ты ли грядши ко мнѣ (Матѳ. 3, 8. 14)? Этими словами онъ показалъ, что Христосъ приходилъ въ нему не по той же нуждѣ, по которой приходилъ народъ, и что Онъ тѣмъ болѣе далекъ былъ отъ нужды — креститься по той же причинѣ, что былъ гораздо выше и несравненно чище и самого Крестителя. Для чего же Онъ крестился, если сдѣлалъ это ни для покаянія, ни для отпущенія грѣховъ, ни для полученія дара Духа? По другимъ двумъ причинамъ, изъ которыхъ объ одной говоритъ ученикъ, а о другой Онъ Самъ сказалъ Іоанну. Итакъ, какую же причину этого крещенія высказалъ Іоаннъ? Ту, чтобы Христосъ сталъ извѣстнымъ народу, какъ и Павелъ говорилъ: Іоаннъ убо крести крещеніемъ покаянія, да во грядущаго по немъ вѣруютъ (Дѣян. 19, 4); это было завершеніемъ крещенія. Если бы обходить жилище каждаго и, подойдя къ дверямъ, вызывать на улицу и, держа Христа, говорить: это есть Сынъ Божій, то это дѣлало бы свидѣтельство подозрительнымъ и было бы весьма затруднительно; также, если бы, взявъ Христа, войти въ синагогу и показать Его, то и это самое опять сдѣлало бы свидѣтельство подозрительнымъ; но когда весь народъ стекся изъ всѣхъ городовъ въ Іордану и пребывалъ на берегахъ рѣки, то уже то обстоятельство, что и Самъ Онъ пришелъ креститься и получилъ удостовѣреніе свыше голосомъ Отца и наитіемъ Духа въ видѣ голубя, дѣлало свидѣтельство о Немъ Іоанна несомнѣннымъ. Поэтому онъ и говоритъ: и азъ не вѣдѣхъ Его, представляя свидѣтельство свое достовѣрнымъ (Іоан. 1, 31), такъ какъ они были по плоти родственниками между собою [се Еливаветь, южика твоя, и та зачатъ сына, говорилъ ангелъ Маріи о матери Іоанна (Лук. 1, 36); если же матери были въ родствѣ, то, очевидно, и дѣти]. Итакъ, поелику они были родственниками, то, дабы не показалось, будто Іоаннъ свидѣтельствуетъ о Христѣ по родству, благодать Духа устроила такъ, что Іоаннъ провелъ весь ранній свой возрастъ въ пустынѣ, дабы не показалось, будто свидѣтельство высказывается по дружбѣ или по какому-нибудь подобному предобному основанію; но Іоаннъ, какъ былъ наученъ отъ Бога, такъ и возвѣстилъ о Немъ. Вотъ онъ и говоритъ: и азъ не вѣдѣхъ Его. Откуда же ты узналъ? Пославый мя, говоритъ, крестити водою, Той мнѣ рече. Что Онъ сказалъ тебѣ? Надъ него же узриши Духа сходяща, яко голубя, и пребывающа на немъ, Той есть крестяй Духомъ Святымъ (Іоан. 1, 33). Видишь ли, что Духъ Святый снисшелъ не такъ, какъ въ первый разъ тогда нисшелъ на Него, но дабы показать проповѣданнаго, наитіемъ Своимъ, какъ бы перстомъ, указуя Его всѣмъ? По этой причинѣ Онъ пришелъ на крещеніе. Была и другая причина, о которой Онъ Самъ говоритъ; какая же именно? Когда Іоаннъ сказалъ: азъ требую Тобою креститися, и Ты ли грядеши ко Мнѣ, — то Онъ отвѣчалъ такъ: остави нынѣ, тако бо подобаетъ намъ исполнити всяку правду (Матѳ. 3, 14-15). Видишь ли благоразуміе раба? Видишь ли смиреніе Владыки? Что же значитъ: исполнити всяку правдуПравдою называется исполненіе всѣхъ заповѣдей, какъ говорится: бѣста праведна оба, ходяще въ заповѣдехъ Господнихъ безпорочна (Лук. 1, 6). Такъ какъ исполнять эту правду должны были всѣ люди, но никто изъ нихъ не соблюлъ и не исполнилъ ея, то Христосъ, приходя, исполняетъ эту правду.

4. А какая, скажетъ кто-нибудь, правда въ томъ, чтобы креститься? Повиновеніе пророку было правдою. Какъ Христосъ обрѣзался, принесъ жертву, хранилъ субботы и соблюдалъ іудейскіе праздники, такъ присоединилъ и это остальное — повиновался хрестившему пророку. Воля Божія была, чтобы тогда всѣ крестились, о чемъ, послушай, какъ говоритъ Іоаннъ: Пославый мя крестити водою (Іоан. 1, 33); также и Христосъ: мытаріе и людіе оправдиша Бога, крещшеся крещеніемъ Іоанновымъ, фарисее же и законницы совѣтъ Божій отвергоша о себѣ, не крещшеся отъ него (Лук. 7, 29-30). Итакъ, если повиновеніе Богу составляетъ правду, а Богъ послалъ Іоанна, чтобы крестить народъ, то Христосъ со всѣмъ другимъ, что требуется закономъ, исполнилъ и это. Представь себѣ, что заповѣди закона суть двѣсти динаріевъ; этотъ долгъ долженъ былъ уплатить родъ нашъ; но мы не уплатили, и насъ, подпавшихъ такой винѣ, объяла смерть. Христосъ, пришедши и найдя насъ одержимыми ею, уплатилъ этотъ долгъ, исполнилъ должное и исхитилъ [отъ ней] тѣхъ, которые не могли уплатить. Посему Онъ не сказалъ: намъ должно сдѣлать то и то, но: исполнити всяку правду. Мнѣ, Владыкѣ имѣющему, говоритъ Онъ, надлежитъ уплатить за неимѣющихъ. Такова причина Его крещенія, чтобы видѣли, что Онъ исполнилъ весь законъ; и эта причина, и та, о которой сказано прежде. Поэтому и Духъ нисшелъ въ видѣ голубя: гдѣ примиреніе съ Богомъ, тамъ и голубь. Такъ и въ ковчегъ Ноевъ голубь принесъ масличную вѣтвь — знакъ человѣколюбія Божія и прекращенія бѣдствія; и теперь въ видѣ голубя, а не въ тѣлесномъ видѣ (это особенно должно замѣтить), нисходитъ Духъ, возвѣщая вселенной милость Божію и вмѣстѣ показывая, что духовный человѣкъ долженъ быть незлобивъ, простъ и невиненъ, какъ и Христосъ говоритъ: аще не обратитеся, и будете яко дѣти, не внидите въ Царство небесное (Матѳ. 18, 3). Но тотъ ковчегъ, по прекращеніи бѣдствія, остался на землѣ; а этотъ ковчегъ, по прекращеніи гнѣва, взятъ на небо, и нынѣ это непорочное и нетлѣнное тѣло находится одесную Отца.

Но такъ какъ я упомянулъ о тѣлѣ Господнемъ, то необходимо сказать вамъ немного и объ этомъ, и потомъ окончить рѣчь. Я знаю, что многіе у насъ приступятъ къ этой священной трапезѣ по случаю праздника. Итакъ должно, какъ я часто и прежде говорилъ, не праздники наблюдать, чтобы пріобщаться, а очищать совѣсть, и тогда касаться священной жертвы. Преступный и нечистый не имѣетъ права и въ праздникъ причащаться этой святой и страшной плоти; а чистый и омывшій свои прегрѣшенія искреннимъ покаяніемъ въ правѣ и въ праздникъ и во всякое время причащаться божественныхъ таинъ и достоинъ наслаждаться божественными дарами. Но поелику, не знаю почему, нѣкоторые не обращаютъ на это вниманіе, и многіе, исполненные безчисленныхъ грѣховъ, видя наступившій праздникъ, какъ будто побуждаясь самимъ этимъ днемъ, приступаютъ къ святымъ тайнамъ, на которыя и смотрѣть не должно находящимся въ такомъ состояніи, то тѣхъ, которые извѣстны намъ, мы сами непремѣнно удалимъ, а неизвѣстныхъ намъ предоставимъ Богу, знающему тайны помышленій каждаго; теперь же постараемся исправить то, въ чемъ всѣ явно согрѣшаютъ. Въ чемъ же состоитъ этотъ грѣхъ? Въ томъ, что приступаютъ не съ трепетомъ, но съ давкою, ударяя другихъ, пылая гнѣвомъ, крича, злословя, толкая ближнихъ, полные смятенія. Объ этомъ я часто говорилъ и не перестану говорить. Не видите ли, какое бываетъ благочиніе на олимпійскихъ играхъ, когда распорядитель проходитъ по площади, съ вѣнцомъ на головѣ, одѣтый въ длинную одежду, держа въ рукѣ жезлъ, а глашатай объявляетъ, чтобы было тихо и благоприлично? Не нелѣпо ли, что тамъ, гдѣ торжествуетъ діаволъ, бываетъ такое спокойствіе, а тамъ, гдѣ призываетъ къ Себѣ Христосъ, бываетъ великій шумъ? На площади безмолвіе, а въ церкви крикъ? На морѣ тишина, а въ пристани волненіе? Къ чему ты, скажи мнѣ, безпокоишься, человѣкъ? Чтó гонитъ тебя? Необходимыя дѣла, конечно, призываютъ тебя? Въ этотъ часъ ты особенно сознаешь, что у тебя есть дѣла, особенно помнишь, что ты находишься на землѣ, и думаешь, что обращаешься съ людьми? Но не каменной ли душѣ свойственно — думать, что въ такое время ты стоишь на землѣ, а не ликуешь съ ангелами, съ которыми ты возсылаешь таинственное пѣснопѣніе, съ которыми ты возносишь побѣдную пѣснь Богу? Для того Христосъ и назвалъ насъ орлами, сказавъ: идѣже трупъ, тамо соберутся орли (Матѳ. 24, 28), чтобы мы восходили на небо, чтобы парили въ высотѣ, возносясь на крыльяхъ духа; а мы, подобно зміямъ, пресмыкаемся во прахѣ и ѣдимъ землю. Хотите ли, я скажу, отчего бываетъ этотъ шумъ и крикъ? Оттого, что мы не на все время запираемъ для васъ двери, но позволяемъ прежде послѣдняго благодаренія стремительно выходить и уходить домой. Это и само по себѣ выражаетъ великое пренебреженіе. Чтó дѣлаешь ты, человѣкъ? Когда присутствуетъ Христосъ, предстоятъ ангелы, предлежитъ эта страшная трапеза, и братья твои еще участвуютъ въ таинствахъ, самъ ты, оставивъ все, убѣгаешь? Бывъ приглашенъ на обѣдъ, ты, хотя бы и прежде другихъ насытился, не осмѣливаешься выходить прежде друзей, когда другіе возлежатъ еще; а здѣсь, когда еще совершаются страшныя таинства Христовы, когда еще продолжается священнодѣйствіе, ты въ самой срединѣ оставляешь все и выходишь? И гдѣ это можетъ быть достойно прощенія? Какое можетъ быть оправданіе? Хотите ли, я скажу, чье дѣло дѣлаютъ тѣ, которые уходятъ прежде окончанія и не совершивъ благодарственныхъ пѣснопѣній по окончаніи трапезы? Можетъ быть, покажется жестокимъ то, чтó будетъ сказано, однако необходимо сказать по причинѣ нерадѣнія многихъ. Іуда, пріобщившись послѣдней вечери въ ту послѣднюю ночь, поспѣшно вышелъ, тогда какъ всѣ прочіе еще возлежали. Вотъ кому подражаютъ и тѣ, которые спѣшатъ выйти прежде послѣдняго благодаренія! Если бы онъ не вышелъ, то не сдѣлался бы предателемъ; если бы не оставилъ соучениковъ, то не погибъ бы; если бы не отторгнулъ себя отъ стада, то волкъ не захватилъ бы его одного и не пожралъ бы; если бы не отдѣлилъ себя отъ пастыря, то не сдѣлался бы добычею звѣря. Посему онъ былъ съ іудеями, а тѣ съ Господомъ вышли, воспѣвая. Видишь ли, по какому образцу совершается послѣдняя молитва послѣ жертвоприношенія? Будемъ же, возлюбленные, представлять себѣ это, будемъ помышлять объ этомъ, страшась предстоящаго за то осужденія. Онъ [Христосъ] даетъ тебѣ Свою плоть, а ты не воздаешь Ему даже словами, и не благодаришь за полученное? Когда ты внушаешь тѣлесную пищу, то послѣ трапезы обращаешься въ молитвѣ; а когда пріобщаешься пищи духовной и превосходящей всякую тварь, видимую и невидимую, ты, человѣкъ и уничиженный по естеству, не остаешься благодарить Его словами и дѣлами? Не достойно ли это крайняго наказанія? Говорю это не для того, чтобы вы только хвалили меня, или шумѣли и кричали, но чтобы вы, благовременно вспоминая эти слова, показывали надлежащее благочиніе. Таинства и называются и суть таинства; а гдѣ таинства, тамъ великое молчаніе. Итакъ, будемъ приступать въ этой священной жертвѣ съ глубокимъ молчаніемъ, съ великимъ благочиніемъ, съ надлежащимъ благоговѣніемъ, чтобы намъ заслужить большее благоволеніе у Бога, очистить свою душу и достигнуть вѣчныхъ благъ, которыхъ да сподобимся всѣ мы благодатію и человѣколюбіемъ Господа нашего Іисуса Христа, съ Которымъ Отцу, со Святымъ Духомъ, слава, и держава, и поклоненіе нынѣ и присно, и во вѣки вѣковъ. Аминь. 
 

Примѣчанія: 
[1] Бесѣда произнесена, какъ съ вѣроятностью можно думать, въ 387 г. въ праздникъ Богоявленія: слѣдовательно, спустя нѣсколько дней послѣ предшествующей бесѣды — въ день Рождества Христова. 
[2] Такъ у Златоуста, въ славянской же Библіи: внесосте я въ храмъ и отдунухъ я
 

Источникъ: Творенія святаго отца нашего Іоанна Златоуста, архіепископа Константинопольскаго, въ русскомъ переводѣ. Томъ второй: Въ двухъ книгахъ. Кн. I. — СПб: Изданіе С.-Петербургской Духовной Академіи, 1896. — С. 399-408. 

Свт. Григорій Богословъ († ок. 390 г.)
 
Слово на Богоявленіе Господне [1].
 

Опять мой Іисусъ и опять таинство, но таинство не лживое и непристойное, исполненное эллинскаго заблужденія и веселія, а — таинство высокое, божественное и изливающее высшій свѣтъ. Святый день свѣтовъ, котораго мы достигли и праздновать который нынѣ удостоились, началомъ своимъ имѣетъ крещеніе Христа, свѣта истиннаго, Иже просвѣщаетъ всякаго человѣка, грядущаго въ міръ (Іоан. 1, 9), — совершаетъ мое очищеніе и возрождаетъ тотъ свѣтъ, который мы нѣкогда получили свыше, но потомъ омрачили и ослабили грѣхомъ. Итакъ, послушайте божественнаго гласа, который весьма громко раздается для меня, тайнозрителя (божественныхъ вещей) и тайноводителя: Азъ есмь свѣтъ міру(Іоан. 8, 12), посему приступите къ Нему и просвѣтитеся, и лица ваша, ознаменованныя высшимъ свѣтомъ, не постыдятся (Псал. 33, 6). Нынѣ время возрожденія: возродимся свыше! Нынѣ время возсозданія: облечемся опять въ перваго Адама! Не станемъ оставаться въ томъ состояніи, въ какомъ находимся, но сдѣлаемся такими, какими были прежде. Свѣтъ свѣтитъ во тьмѣ, во мракѣ настоящей жизни и плоти, тьма его преслѣдуетъ, но не обнимаетъ (Іоан. 1, 5), то-есть враждебная сила неотступно преслѣдуетъ видимаго Адама, но встрѣчается съ Богомъ и побѣждается Имъ, дабы мы, оставивши тьму, приблизились къ свѣту, потомъ сдѣлались совершеннымъ свѣтомъ, сынами свѣта невечерняго. Смотрите же на благодать дня сего и на силу сего таинства. Не вознесены ли вы отъ земли? Не возведены ли вы на высоту нашимъ словомъ и водительствомъ? Но еще выше вознесетесь, когда настоящей рѣчи будетъ споспѣшествовать Божественное Слово. Таково ли было очищеніе законное и преобразовательное, коего вся польза заключалась во временныхъ кропленіяхъ и очищеніи оскверненныхъ пепломъ юницы? Таковы ли были таинства язычниковъ? Языческіе обряды и таинства суть нелѣпости, темное изобрѣтеніе демоновъ, вымыселъ развращеннаго ума, созданный временемъ и прикрываемый баснословными разсказами. И пусть сими нелѣпостями забавляются язычники и демоны, которые довели первыхъ до такого безумія. А поелику намъ дарована возможность избѣгнуть суевѣрнаго заблужденія, наслаждаться истиною, служить Богу живому и истинному и возноситься надъ тварью и всѣмъ временнымъ и измѣняющимся: то мы и должны разсуждать и размышлять о Богѣ и божественномъ.

Итакъ, станемъ размышлять, начавши съ предмета приличнѣйшаго. Лучше же всего начать съ того, что заповѣдалъ намъ Соломонъ, сказавъ: начало премудрости стяжати премудрость (Прит. 4, 7) и назвавши началомъ премудрости страхъ Господень (Прит. 1, 7). Посему не слѣдуетъ начинать съ созерцанія и оканчивать страхомъ (ибо необузданное созерцаніе скоро можетъ низвергнуть съ высоты), но должно лишь тогда возноситься на высоту, когда мы посредствомъ страха восприняли начальныя познанія, очистились и, такъ сказать, утончились. Ибо гдѣ страхъ, тамъ сохраненіе заповѣдей, а гдѣ сохраненіе заповѣдей, тамъ очищеніе плоти, которая подобно облаку помрачаетъ душу и препятствуетъ ей ясно созерцать свѣтъ божественный; гдѣ очищеніе, тамъ просвѣщеніе, а просвѣщеніе есть исполненіе желаній для тѣхъ, которые стремятся къ предметамъ самымъ возвышеннымъ, а лучше — къ Единому Высочайшему, превосходящему всякое величіе. Поэтому прежде надлежитъ очистить себя и потомъ уже сообщаться съ чистымъ, дабы не оказаться намъ подобными израильтянамъ, которые не могли сносить славы лица Моисея, или Маною, который сказалъ женѣ своей: смертію умремъ, ибо Бога видѣхомъ (Суд. 13, 22), — дабы намъ, какъ недостойнымъ присутствія Іисуса, не удалить его отъ корабля. Подобно Петру, который ходилъ по волнамъ, и дабы не быть пораженными слѣпотою, подобно Павлу, когда онъ былъ еще гонителемъ и бесѣдовалъ съ Тѣмъ, Кого гналъ. Но, подобно сотнику, намъ надлежитъ искать для себя врачевства и изъ страха, достойнаго похвалы, еще не рѣшаться принимать въ своемъ домѣ Врача. Каждый изъ насъ, пока еще не чистъ, пока остается сотникомъ, превосходящимъ по грѣхамъ многихъ, и воинствуетъ за князя міра сего, пусть говоритъ: Господи, нѣсмь достоинъ, да подъ кровъ мой внидеши(Матѳ. 8, 8). Когда же кто увидитъ Іисуса и, будучи малаго духовнаго роста, подобно Закхею, взлѣзетъ на смоковницу, умертвивши земные свои члены и возвысившись надъ тѣломъ смиренія, тогда пусть приметъ къ себѣ Слово и услышитъ: днесь спасеніе дому сему бысть (Лук. 19, 9), пусть получитъ спасеніе и принесетъ совершеннѣйшій плодъ, прекрасно употребляя и расточая то, что, какъ мытарь, пріобрѣлъ порочнымъ образомъ. А когда мы, соблюдши душу свою всякимъ храненіемъ, положивши восхожденіе въ сердцѣ, обновивши въ себѣ поле и посѣявши сѣмена въ правду (какъ говорятъ Соломонъ, Давидъ и Іеремія), просвѣтимъ себя свѣтомъ познанія: тогда станемъ провозглашать премудрость Божію въ тайнѣ сокровенную и станемъ для другихъ служить свѣтомъ. Пока же станемъ очищаться и предварительно усовершаться Словомъ, дабы, совершая богоподобное, принимая Грядущее Слово, сохраняя Его у себя и открывая другимъ, мы могли оказать себѣ самимъ величайшее благодѣяніе.

Поелику основаніе настоящаго праздника есть воспоминаніе о Богѣ, то и станемъ прежде всего прославлять Бога симъ воспоминаніемъ. Ибо и тамъ, гдѣ есть всѣхъ веселящихся жилище, торжество празднующихъ состоитъ, полагаю, не въ иномъ, какъ въ прославленіи и славословіи Богу изъ устъ тѣхъ, которые удостоились небесной жизни. И всякій разъ, какъ говорю о Богѣ, я испытываю трепетъ и въ голосѣ, и въ умѣ, и въ мысляхъ; я желаю, чтобы это похвальное и блаженное чувство сообщалось и вамъ. При словѣ — Богъ вы должны озаряться единымъ и вмѣстѣ тройственнымъ свѣтомъ: тройственнымъ — по особымъ свойствамъ, или ѵпостасямъ. т. е. лицамъ единымъ же — по свойству существа, то есть Божественности. Для насъ одинъ Богъ Отецъ, изъ Котораго все, и одинъ Господь Іисусъ Христосъ, чрезъ Котораго все, и одинъ Духъ Святый, въ Которомъ все. Но Отецъ есть Отецъ и притомъ безначаленъ, ибо не есть отъ кого-либо. Сынъ есть Сынъ, такъ какъ Онъ отъ Отца; если же понимать начало по отношенію ко времени, то и Онъ безначаленъ, ибо Онъ — Творецъ временъ и не зависитъ отъ времени. Духъ Святый есть истинно Духъ, происходяіцій отъ Отца, но не образомъ сыновства или рожденія, но образомъ исхожденія. Итакъ, единъ Богъ въ трехъ и сіи три едино. Поелику же надлежало, чтобы поклоненіе Богу не ограничивалось одними только высшими существами, но принадлежало и низшимъ поклонникамъ, дабы все исполнено было славы Божіей (ибо все Божіе): то для сего рукою Божіей и по образу Божію создается человѣкъ. Когда же онъ, по зависти діавола и гибельному внушенію грѣха, несчастно удалился отъ Создателя своего, а Богу не угодно было презрѣть его, — что тогда происходитъ и какое великое таинство совершается надъ нами? — Обновляется природа, и Богъ дѣлается человѣкомъ; Тотъ, Кто восшелъ на небо небесе, къ востоку славы Своея и величія, прославляется на западѣ нашей нищеты и униженія. Сынъ Божій благоволитъ сдѣлаться и именоваться сыномъ человѣческимъ, не отложивъ того, чѣмъ былъ, ибо Онъ непреложенъ, но воспринявъ то, чѣмъ не былъ, ибо Онъ человѣколюбивъ. Непостижимый по существу сдѣлался для насъ постижимымъ, обращаясь съ нами при посредствѣ плоти, какъ нѣкоторой завѣсы, ибо рожденной и тлѣнной природѣ невозможно сносить чистаго Его Божества. Посему соединяется несоединимое — не только божество съ рожденіемъ, умъ съ плотію, вѣчное съ временнымъ, неизмѣримое съ ограниченнымъ, но и рожденіе соединяется съ дѣвствомъ, безчестіе съ тѣмъ, что выше всякой чести, безстрастное со страстію, безсмертное съ тлѣннымъ. И лукавый виновникъ зла, прельстившій насъ надеждою божественности, самъ обольщается одѣяніемъ плоти, хотя и считалъ себя непобѣдимымъ, и, совершивъ нападеніе на Адама, встрѣчается съ Богомъ: такимъ образомъ новый Адамъ спасъ древняго и разрушилъ осужденіе плоти, умертвивъ смерть плотію. Но Рождество Христово мы уже отпраздновали съ подобающею честью. Нынѣ другое дѣяніе Христово и другое таинство. Не могу удерживать своей радости: я нахожусь въ святомъ изступленіи. Подобно Іоанну, я благовѣствую, хотя и не Предчета, но изъ пустыни: Христосъ просвѣщается: просвѣтимся и мы съ Нимъ! Христосъ крещается: снидемъ съ Нимъ долу и мы, дабы подняться съ Нимъ и на высоту. Христосъ крещается, — но необходимо намъ обращать вниманіе не на это только, но и на то, кто именно крещается, отъ кого и когда. Крещается Чистый отъ Іоанна и тогда, когда уже началъ творить знаменія. Чему же мы должны научиться изъ сего? Тому, что прежде всего должно очищать себя и смиронно-мудрствовать и потомъ уже, достигши совершенства духовнаго и тѣлеснаго, приступать къ наученію другихъ. Первое я говорю по отношенію къ тѣмъ, которые небрежно приступаютъ ко крещенію, не приготовляются къ нему и, не имѣя навыка къ добру, не хранятъ твердо даровъ искупленія: ибо благодать, хотя и совершаетъ отпущеніе прежнихъ грѣховъ, но послѣ требуетъ еще бóльшей осторожности, чтобы намъ не обратиться къ той же самой нечистотѣ. Второе относится къ тѣмъ, которые гордятся предъ строителями таинства, если превосходятъ ихъ какимъ-либо достоинствомъ, а третье — къ тѣмъ, которые, увлекаясь молодостью, всякое время считаютъ удобнымъ для учительства или первенства. Іисусъ очищается, а ты пренебрегаешь очищеніемъ? Іисусъ крещается отъ Іоанна, а ты возстаешь противъ своего проповѣдника? Іисусъ крещается въ тридцатилѣтнемъ возрастѣ, а ты, не достигнувъ еще возмужалости, учишь или надѣешься учить старцевъ, не пользуясь уваженіемъ ни по возрасту, ни, можетъ быть, по жизни?

Іоаннъ совершаетъ крещеніе; къ нему приходитъ Іисусъ, безъ сомнѣнія, для того, чтобы погребсти въ водѣ всего древняго Адама и, можетъ быть, для того, чтобы освятить и самого Крестителя, а прежде сихъ и для сихъ — освятить духомъ и водою Іорданъ, поелику Самъ былъ духъ и плоть. Креститель не соглашается; Іисусъ настаиваетъ. Азъ требую Тобою креститися (Матѳ. 3, 14), говоритъ свѣтильникъ Солнцу, гласъ Слову, другъ Жениху, бóльшій всѣхъ рожденныхъ женами Перворожденному всей твари, взыгравшій во чревѣ Прославленному во чревѣ, предтеча Явившемуся. Азъ требую креститися Тобою и (можно бы прибавить) за Тебя: ибо зналъ, что будетъ крещенъ мученичествомъ и, подобно Петру, будетъ имѣть умытыми не однѣ только ноги, — и Ты ли грядеши ко Мнѣ (Матѳ. 3, 14)? И это слово — пророческое, ибо зналъ, что послѣ Ирода будетъ неистовствовать Пилатъ, и Христосъ послѣдуетъ за нимъ (путемъ мученія). Что же Іисусъ? Остави нынѣ (Матѳ. 3, 15), отвѣчаетъ, — поелику таково домостроительство: ибо зналъ, что спустя немного времени Самъ будетъ крестить Крестителя. А что значитъ лопата (о которой говоритъ Іоаннъ — Матѳ. 3, 12)? — Очищеніе. Что огонь? — Истребленіе плевелъ души и горѣніе Духа. Что сѣкира? — Посѣченіе остающейся безъ попеченія души вмѣстѣ съ ея нечистотою. Что мечъ? — Разсѣченіе Слова, отдѣляющее худшее отъ лучшаго и вѣрнаго отъ невѣрнаго, возстановляющее сына, дочь и невѣстку на отца, мать и свекровь, раздѣляющее новое и недавно сказанное отъ ветхаго и прообразовательнаго. Что значитъ ремень сапога, который не можешь развязать ты, Креститель Іисуса, обитатель пустыни и постникъ, новый Илія, превосходящій всѣхъ пророковъ, поелику ты увидѣлъ Того, о Комъ они только предсказывали, посредникъ между новымъ и ветхимъ завѣтомъ, — что это? Можетъ быть, это указываетъ на явленіе и воплощеніе Слова, уразумѣть конечное значеніе коего невозможно не только для людей плотскихъ и младенцевъ во Христѣ, но и для подобныхъ духомъ Іоанну. Но вотъ Іисусъ выходитъ изъ воды; вмѣстѣ съ Собою Онъ возноситъ горѣ міръ и видитъ разверзающіяся небеса, которыя Адамъ заключилъ для себя и своего потомства вмѣстѣ съ раемъ, заключеннымъ пламеннымъ оружіемъ. Духъ свидѣтельствуетъ о Божествѣ, ибо онъ нисходитъ на подобнаго Себѣ; раздается также гласъ съ неба, откуда и Тотъ, о Которомъ было свидѣтельство. Духъ является тѣлесно, какъ голубь, поелику воздаетъ честь плоти, удостоившейся обожествленія, и поелику голубь прежде былъ провозвѣстникомъ прекращенія потопа. И если ты, малосвѣдущій въ величайшемъ, судишь о Божествѣ по мѣрѣ и вѣсу и посему считаешь Духа малымъ, такъ какъ онъ явился въ видѣ голубя: то ты долженъ за ничто почитать и царство небесное, такъ какъ оно уподобляется зерну горчичному, и долженъ величію Іисуса предпочитать его противника, такъ какъ онъ называется горою великою, левіаѳаномъ и царемъ надъ всѣмъ живущимъ въ водахъ, а Христосъ именуется агнцемъ, бисеромъ, каплею и подобными названіями...

Поелику же настоящее торжество есть праздникъ Крещенія и намъ надлежитъ хотя немного пострадать вмѣстѣ съ Тѣмъ, Кто ради насъ принялъ человѣческій образъ, крестился и былъ распятъ, то поразмыслимъ и о различныхъ видахъ крещенія, дабы выдти отсюда очищенными. Крестилъ Моисей, но въ водѣ — въ облакѣ и морѣ. Это крещеніе, какъ и апостолъ Павелъ говоритъ, было прообразовательное. Море было символомъ воды, облако — Духа, манна — хлѣба животнаго, питіе — божественнаго питія. Крестилъ и Іоаннъ, но не по-іудейски, поелику крестилъ не только въ водѣ, но и для покаянія, — и не совсѣмъ духовно, ибо не соединялъ съ крещеніемъ Духа. Креститъ и Іисусъ, но уже Духомъ, и это крещеніе есть совершенное. Знаю и четвертое крещеніе — мученичествомъ и кровію, которымъ крестился и Самъ Христосъ, и которое гораздо выше прочихъ и не оскверняется никакою нечистотою. Знаю и пятое крещеніе — слезное, но весьма рѣдкое; симъ крещается тотъ, кто каждую ночь омываетъ слезами ложе и постелю свою, кому отвратительны раны грѣховныя, кто ходитъ съ сокрушеніемъ и печалью, кто подражаетъ обращенію Манассіи и смиренію ниневитянъ, вызвавшему помилованіе, кто произноситъ слова мытаря въ храмѣ и является оправданнымъ болѣе гордаго фарисея, кто унижаетъ себя, подобно хананеянкѣ, ищетъ человѣколюбія и проситъ крупицъ — пищи голоднаго пса. — Будучи человѣкомъ, существомъ измѣняемымъ и смертнымъ по природѣ, я и самъ съ готовностью принимаю крещеніе, возсылая благодареніе Даровавшему его, и преподаю другимъ, воздавая милостію за милость. Ибо я знаю, что и самъ облеченъ слабостію и, какъ самъ буду мѣрить, такъ возмѣрится и мнѣ. И изъ васъ пусть никто не доходитъ до такой увѣренности въ своемъ достоинствѣ, чтобы рѣшился сказать: не прикасайся ко мнѣ, ибо я чистъ, какъ никто. О, вы, чистые, удѣлите же и намъ отъ вашего сіянія! Но мы не вѣримъ вамъ и будемъ за васъ проливать слезы. Если имъ угодно, пусть идутъ нашимъ путемъ и Христовымъ, а если нѣтъ — пусть идутъ путемъ своимъ. Можетъ быть, тамъ они будутъ крещены огнемъ, — крещеніемъ послѣднимъ, жесточайшимъ и продолжительнѣйшимъ, которое пожираетъ вещество, какъ сѣно, и истребляетъ плевелы всякаго зла. Мы же почтимъ нынѣ крещеніе Христа и станемъ праздновать его добрѣ, не плоть услаждая, но радуясь духовно. Какъ же будемъ веселиться? Омойтесь и будьте чисты. Если вы багряны по грѣхамъ или, что хуже, кровавы, то убѣлитесь, какъ снѣтъ; если вы червлены и совершенно мужи кровей, то достигайте бѣлизны хотя бы волны. Вообще очиститесь и будьте чисты. Ибо Богъ ничему такъ не радуется, какъ исправленію и спасенію человѣка, для котораго существуютъ и всякое слово, и всякое таинство. Подобно свѣтиламъ въ мірѣ, будьте живоносною силою для остальныхъ людей; представши предъ Великимъ Свѣтомъ свѣтилами совершенными, научитесь небесному свѣтоводительству, постепенно получая болѣе чистый и яркій свѣтъ отъ Пресвятыя Троицы, отъ Которой вы нынѣ скромно восприняли лишь одинъ лучъ, исходящій отъ Единаго Божества, во Христѣ Іисусѣ Господѣ нашемъ, Ему же слава во вѣки вѣковъ. Аминь. 
 

Примѣчаніе: 
[1] Въ сокращеніи и переложеніи на русскій языкъ. Греческій текстъ слова помѣщенъ у Migne’я, Patrologiae cursus completus, series graeca, t. XXXVI, col. 356-360. Сравн. «Христ. Чтен.», часть XXXIII, стр. 36 и слѣд. 
 

Источникъ: Слово на Богоявленіе Господнеиже во святыхъ отца нашего Григорія Богослова, архіепископа Константинопольскаго. // Церковныя вѣдомости, издаваемыя при Святѣйшемъ Правительствующемъ Сѵнодѣ. Еженѣдельное изданіе, съ прибавленіями. 1899 г. Первое полугодіе. № 2. — СПб.: Сѵнодальная Типографія, 1899. — С. 53-59. 

Святитель Григорий Палама
Беседа, произнесенная в праздник Введения во Храм (во Святая Святых)

Пречистыя Владычицы нашея Богородицы [1]

 

1. Если древо познается на основании своего плода, и "древо доброе и плод творит добр" (Мф.7:16-17), то Матерь Самого Добра и Родительница присносущной Прекрасности, ужели несравненно не превосходит Своей прекрасностью все прекрасное, сущее как в мире, так и премирное? Потому что Сила, все прекрасно совершившая, соприсносущный и неизменный Образ Благости, предвечное и пресущное преблагое Слово Высочайшего Отца, восхотев, по неизреченному Своему человеколюбию и милости (или: состраданию) к нам, облечься в наш образ, чтобы наше естество, утащенное в адские глубины, воззвать, и обветшавшее - обновить и возвести к пренебесной высоте Своего Царства и Божества, соединившись с ним по ипостаси, нуждалось поэтому в восприятии плоти, и то плоти новой и вместе с тем нашей, дабы обновить нас на основании нашего же естества; для чревоношения же и рождения, свойственного нам, людям, а затем для воскормления после рождения и соответствующего ухода, - став ради нас всем тем, что и мы, - обретает Исполнительницу, наиболее приличествующую и Представительницу человеческого естества непорочную от рождения. Сию, восхваляемую нами, Приснодеву, чудесный Вход Которой во Святая Святых мы сегодня празднуем. Потому что прежде всех веков Бог предопределил Ее для дела спасения и воззвания нашего рода и избрал Ее из числа всех от века сущих, не только в количественном смысле, но и из числа всех от века избранных и замечательных и знаменитых своим благочестием и благоразумием и общеполезными и богоугодными качествами и нравами, и словами и делами. Ибо восстал в начале против нас и низверг нас в преисподнюю духовный и началозлобный змий. И многое имеется такое, побудившее его восстать против нас и захватить в рабство наше естество, именно: зависть, ревность и ненависть, несправедливость и хитрость и лукавство; и сверх сего и подобного сему, он возымел в себе смертоносную силу, сам породив ее для себя, как первый отступник от истинной жизни. Потому что, позавидовав в начале Адаму, видя его обитающим в месте чистого наслаждения и блистающего богоподобной славой и возводимого от земли на небо, откуда сам он по справедливости был изгнан, и, позавидовав, вознеистовствовал против него с крайним бешенством, так что хотел подвергнуть его смерти, - потому что зависть является матерью не только ненависти, но и убийства, - которую и принес нам, проникнув обманом коварный и воистину человеконенавистнический змий. Потому что совершенно без всякого права на то он страстно желал тиранствовать над человеком с целью поругания над созданным Богом по образу и подобию Божиему; поскольку же открыто он не отваживался напасть, то он употребил обман и лукавство, и в виде животного - змеи - приблизившись на подобие друга и доброго советника, а на самом деле - ужасный и злонамеренный поистине враг, незаметно захватывает, увы, позицию, и посредством своего совета, противопоставляющегося заповеди Божией, данной человеку, вонзает в него, как бы яд, свое смертоносное свойство.

2. Итак, если бы тогда Адам, крепко [2] держась заповеди Божией, отвергнул противоставящийся (заповеди Божией) лукавый совет, то явился бы победителем над соперником и оказался бы выше смертоносного вреда, подвергнув бесчестию с бешенством и обманом нападавшего на него диавола. Поскольку же он добровольно поддавшись ему, уже был не в счет, потерпел поражение и пришел в негодность, и как сущий корень человеческого рода, в свою очередь произвел подверженные смерти отпрыски, т.е. нас, то если бы возымелась нужда исправить поражение и одержать победу (и отряхнуть и смертоносный яд для души и тела) и снова призвать к жизни, и то жизни присносущной и невредимой... итак, поэтому была нужда нашему естеству в новом корне, т.е. - в Новом Адаме, не только безгрешном, но и не поддающемся обману и ни в коем случае неодолимом, могущем же и прощать грехи и повинных сделать неповинными, и не только живущем, но и животворящем, чтобы соединенным с Ним и близким Ему по человечеству [3] передать жизнь и оставление грехов, оживляя не только сущих после Него, но и умерших до Него. Поэтому Павел, великая Труба Святаго Духа, вопиет, говоря: "Бысть первый человек в душу живу. Вторый Человек в дух животворящ" (1Кор.15:45) [4]. Безгрешный же и животворящий и могущий отпускать грехи - есть никто иной, как Бог. Следовательно, не только человеком, но и Богом долженствовал быть Новый Адам, Самой сущей Жизнью и Премудростью и Правдою и Любовью и Милосердием и всем иным Добром, чтобы в милости и премудрости и правде совершить обновление и восстановление к жизни древнего Адама, действуя качествами, противоположными тем, которые использовав духовный и началозлобный змий, причинил нам обветшание и нанес смерть.

3. Таким образом, как от начала человекоубийца по зависти и ненависти восстал на нас, так Начальник Жизни по преизбытку Своего человеколюбия и благости подвигся за нас: потому что Он справедливо желал спасти Свое создание: заключалось же сие спасение в том, чтобы в Его лице ("иф'еавтон") это создание было воссоздано и спасено; как началозлобный оный беззаконно жаждал гибели Божиего создания, - заключалась же она в том, что оно добровольно предалось ему и тот тиранически завладел им. Как тот, действуя беззаконием и обманом, ложью и хитростью осуществил свою победу и падение человека, так Искупитель, поступая по правде и премудрости и истине, нанес полное поражение начальнику зла и совершил обновление Своего создания. Но сейчас не время говорить о премудрости сего Божественного домостроительства [5].

4. Делу же совершенной правды принадлежало и то, чтобы само добровольно поработившееся и побежденное естество, одержало победу над началозлобным и отвергло добровольное рабство ему; по этой причине Бог благоволил восприять от нас наше естество, неизреченным образом соединившись с ним по ипостаси [6]. Было же невозможным, чтобы Оная высочайшая и превосходящая ум Чистота соединилась с осквернившимся естеством; потому что единое, что - невозможно для Бога, это - сойтись в единство с нечистым, прежде чем оно не очистится. Поэтому была нужда в совершенно непорочной и чистейшей Деве, Которая бы прияла во чреве и родила Ревнителя и Дарователя чистоты, Которая была и предопределена и возникла и делается явной, и тайна относительно Которой пришла к концу, когда многие бывшие в свои времена чудесные явления слились в одно. Посему некогда совершаемое с этой целью празднуется нами сегодня, нами, которые, на основании завершения сего, особенно познали величие Лиц, способствовавших такой великой цели. - Потому что Сущее от Бога, и Сущее у Бога и Сущее Бог - и Божие Слово и Сын сущий, Высочайшему Отцу собезначальный и соприсносущный, становится Сын Человеческий, Сын - Сия Приснодевы. "Иисус Христос вчера и днесь, Тойже и во веки" (Евр.13:8), неизменный по Божеству, безупречный по человечеству, "Иже единый", как предсвидетельствовал о Нем Исаия, говоря: "греха не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его" (Ис.53:9), Который не только это, но и был единственным не зачатым в беззакониях, ни во грехах чревоносим, - как это свидетельствует Давид о самом себе, а также и о каждом человеке, - чтобы согласно воспринятому (человеческому естеству) быть совершенно чистым и непорочным, а также не нуждающимся по сему Сам по Себе в очистительных жертвах, дабы таким образом ради нас от нашего лица пройдя все это с правдой и вместе премудро, восприять обряд очищения, а также страдание и смерть и воскресение. Рождается же Он от Девы, потому что плотское вожделение, будучи независимым от воли и непокорным закону духа, хотя у некоторых, силою воли и держится в рабстве и послабляется целомудренным образом только ради деторождения, - как-то от начала привносит осуждение, будучи тлением, и называется так, и рождает, конечно, для истления и является страстным движением человека, не сохранившего чести, которую наше естество прияло от Бога, но потом уподобилось животным.

5. Посему-то Бог не только стал Человеком, но и воспринял плоть от Девы чистой и святой (лучше же сказать: пречистой и пресвятой), не только высшей плотской скверны, но - и скверных помышлений, приходящих от плоти, зачатие в Которой произвела не воля плоти, но - наитие Святаго Духа: благовещение (Архангела) и вера (Пресвятой Девы) явились причиной обитания Бога, обитания побеждающего всякое слово, как необычного и сущего выше слова, а не согласие и опыт страстного вожделения; потому что нечто такое было совершено отстранено (от Пресвятой Девы) Ее молитвой и духовным радованием. Потому что: "Се раба Господня, буди Мне по глаголу твоему" (Лк.1:38), - сказала Дева Благовестителю-Ангелу, и прияв во чреве, родила. Итак чтобы для этой цели была найдена довлеющая Дева, Бог предназначает прежде всех веков и избирает из числа всех от века избранных Сию Отроковицу, Которую мы сейчас воспеваем.

6. Посмотрите, откуда берет свое начало это избрание: из числа детей Адама был избран прекрасный Сиф, который порядочностью нрава и воздержанием чувств и красотою добродетелей явив себя одушевленным небом, был за это избран Богом, и от этого избрания должна была возникнуть Сия Дева, приличествующая Богу Колесница пренебесного Бога, и воззвать людей к небесному усыновлению. По этой причине весь род Сифа был назван "сынами Божиими". Потому что от сего рода должен был родиться как Сын Человеческий, Сын Божий; поэтому и имя "Сиф" в переводе означает "восстание", или лучше сказать, "воскресение", которым в полном смысле слова является Сам Господь, обещающий и дарующий бессмертную жизнь верующим в Него. И какое - соответствие образа! Так, Сиф стал для Евы, как она говорить: "вместо Авеля, егоже уби Каин" по зависти (Быт.4:25); Сын же Девы - Христос стал для человеческого естества вместо Адама, которого по зависти умертвил начальник и вождь зла. Но Сиф, ведь, не воскресил Авеля, потому что он был лишь образом воскресения; Господь же наш Иисус Христос воскресил Адама: потому что Он Сам - истинная Жизнь людей и Воскресение, силою Которого сущие от рода Сифа удостоились, на основании надежды, божественного усыновления, будучи названы "сынами Божиими". А то, что они были названы "сынами Божиими" на основании этой надежды, явствует на основании первого так наименованного и наследовавшего это избрание. Это был Энос - сын Сифов, который, согласно написанному Моисеем, - "Сей первый упова призывати имя Господа Бога" (Быт.4:26). Видите ли ясно, что на основании надежды он получил божественное звание? [7].

7. Итак, это избрание, согласно Его предведению начавшееся от самых детей Адама и простиравшееся вплоть до Имеющей стать Божией Матерью, подтверждавшееся же по временам среди его потомков, дошло до царя и пророка Давида и затем преемников его скиптра и рода. Когда же время призвало, чтобы это божественное избрание пришло уже в исполнение, тогда были выбраны Богом Иоаким и Анна из дома и отечества Давидова, сущие бездетные, целомудренно же живущие вместе и лучше всех по добродетели, возводящие к Давиду свой род и благородство нрава. Им, в подвиге и молитве молящим Бога разрешить их бесплодие и обещающим принести в дар Богу дитя, рожденное от них, Самим Богом обещается, что Это Дитя станет Божией Матерью, и ныне дается им, как их чадо, так чтобы вседобродетельное Чадо было чревоносимо от многодобродетельных родителей, и Пренепорочная произошла от весьма целомудренных, и целомудрие, сопутствуемое молитвой и подвигом, получило плод - стать родительницей Девства, и то Девства, которое нетленно плотию произвело Того, Кто прежде всех веков родился от девственного отца. О, крылья оной молитвы! О, дерзновение, которое она обрела пред Богом!

8. Но поскольку, вот, они таким образом получили то о чем молились, и увидели, что Божие обещание, данное им, исполнилось на деле, то и сами заботясь об исполнении обещания, которое они дали Богу, как честные и вместе богоугодные и боголюбивые, как только вскормили, приносят в Божий храм и тамошнему архиерею воистину священную Богоотроковицу, ныне предызбранную Богоматерь Деву. Она же и в этом (раннем) возрасте будучи исполнена божественных благодатей и не лишенная зрелого ума, более чем прочие сознавала значение того, что совершалось тогда в отношении Ее, и тем, что было в Ее силах, показала это: так что не столько Она была ведома, сколько Сама по Себе приступает к Богу по Своему почину, как бы естественно окрыляемая к священной и божественной любви и полагающая за вожделенный и за достойный Ее (Девы) вход во Святая Святых и обитание там. Поэтому и тогдашний архиерей Божий, сознающий, что Отроковица имеет обитающую в Ней божественную благодать, превосходящую всех, удостоил Ее и большего, чем всех иных, и вводит Ее во Святая Святых и убеждает всех тогда присутствовавших приветствовать [8] то, что происходило, при Божием содействии, а вместе и явном изволением Его воли, свыше посылающего чрез ангела Деве неведомую пищу, которой лучше укреплялось естество и по телу Она сохранялась и совершалась более чистой и превосходной, чем бесплотные (ангелы), имея Небесные Умы служащими Ей, и не один только раз вошедшая во Святая Святых, но входившая не на малые периоды времени, чтобы жить там, как приглашенная Богом, в знамение имеющих благодаря Ей открыться в надлежащее время небесных обителей, имеющих быть данными на вечное жительство верующим Ее Преславному Сыну.

9. Итак, таким образом и ради сего Избранная из всех от века, явившаяся Святейшая святых и имеющая тело более чистое и божественное, чем добродетелью очистившие себя духи, как не образом лишь бывшая приятелищем Божиих слов, но как приявшая и Самое Воипостасное и Единородное Слово Пребезначального Отца, Она помещается сегодня в Святейших сокровенных местах храма, словно некое Сокровище Бога, имеющего применить его в свое время, которое и наступило, для обогащения и украшения [9] всего сущего в мире и выше мира: и, таким образом, Он и этим [10] прославляет Свою Матерь и прежде чем родился от Нее, и после Рождества. Мы же, видя начавшееся чрез Нее спасение для нас, по силам воздадим Ей благодарением и восхвалением. Потому что, если описанная в Евангелии благоразумная женщина, услышав немного спасительных слов Господа, воздала ублажением и благодарностью Его Матери, поднявши и возвысивши свой голос из среды народа, и обратившись ко Христу: "Блажено чрево носившее Тя и сосца, яже еси ссал" (Лк.11:27), то мы, имеющие все слова жизни вечной записанными по порядку, и не только слова, но и чудеса и Страсти и благодаря им Восстание из мертвых нашего естества и Вознесение от земли на небо, и в силу сего, обетованную нам бессмертную жизнь и неизменное спасение, ужели не будем непрестанно прославлять и ублажать Матерь Начальника нашего спасения, Дарователя жизни, - празднуя Ее и зачатие и рождество и, теперь, переселение во Святая Святых?!

10. Но переселим и мы себя, братие, от земли на небо; от плоти перенесем себя к духу; переместим нашу любовь от зыбких вещей на неизменные; презрим плотские наслаждения, являющиеся приманкой для душ и скоро проходящие; возжелаем духовных, благодатных дарований, как пребывающих невредимыми; исторгнем из земной сутолоки образ нашей жизни и наши мысли; вознесем их в небесные храмы, в оная Святая Святых, где ныне обитает Богородица. Потому что таким образом с пользой для нас и с богоугодным дерзновением дойдут к Ней приносимые нами песнопения и молитвы к Ней, и таким образом, в добавление к благоденствию в нынешней жизни, мы, благодаря Ее предстательству, будем наследниками также и будущих и пребывающих благ, благодатию и человеколюбием, от Нее рождшегося ради нас, Иисуса Христа Господа нашего, Которому подобает слава, честь и поклонение со Безначальным Его Отцем и Соприсносущным и Животворящим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Примечания:
1. Числится в издании 1861 г. за №52, стр.120-130.
2. Ориг.: "стиснув зубы".
3. Ориг.: "по роду".
4. Рус. пер. "Бысть первый человек Адам в душу живу, последний Адам в дух животворящ".
5. "Божественное домостроительство" - тайна Искупления, спасения человеческого рода от греха и смерти и примирения с Богом. См. замечательную 16-го омилию Св. Григория Паламы.
6. Т.е. в одном лице, в лице Богочеловека.
7. Т.е. название "сын Божий".
8. Ориг. "агапан" - "возлюбить".
9. Или: "приведения в порядок", но мой первый перевод мне кажется более соответствующим тексту, потому что о Божией Матери говорится как о "Сокровище Божием".
10. Т.е. введением Богоотроковицы во Святая Святых и преславной заботой о Ней чрез ангелов.

Беседы (омилии) святителя Григория Паламы. Часть 3. - М.: Паломник, 1993 // Беседы (омилии) святителя Григория Паламы. Перевел с Греческого языка Архимандрит Амвросий (Погодин). - Издание Братства преп. Иова Почаевского. Монреаль, 1984, сс. 75-83.

 


Беседа
на
праздник Введения Пренепорочной Владычицы нашей Богородицы во Святое Святых
Святого
Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского

Если древо от плода своего познается, и древо доброе плоды добры творит (Мф. 7, 17; Лк. 6, 44), то Матери Самой Благости и Родительнице Вечной Красоты как не быть несравненно превосходнее, чем всякое благо, находящееся в мире естественном и сверхъестественном? Ибо Совечный и Неизменный Образ благости Превышнего Отца, Предвечное, Пресущее и Преблагое Слово, по неизреченному человеколюбию и состраданию к нам, возжелавши принять на Себя образ наш, дабы из ада преисподнейшего отозвать наше естество к Себе, дабы обновить это обветшавшее естество и возвести его на высоту пренебесную, — для всего этого находит самую добрую Служительницу, Приснодеву, Которую мы прославляем и чудесное Введение Которой во храм — во Святое святых ныне празднуем. Ее прежде веков Бог предназначает ко спасению и воззванию рода нашего: Она избирается из числа избранных от века и славных как по своему благочестию и благоразумию, так и по Богоугодным словам и делам.

Некогда виновник зла — змий превознесся над нами и увлек нас в свою пропасть. Много причин побуждало восстать его против нас и порабощать наше естество: зависть, соперничество, ненависть, несправедливость, коварство, хитрость и, в добавление ко всему этому, и смертоносная сила в нем, которую он сам породил для себя, как первый отступник от истинной жизни. Виновник зла позавидовал Адаму, увидев его стремящимся от земли к небу, откуда по справедливости он сам был низвержен и, позавидовавши, с страшной яростью напал на Адама, даже восхотел облечь его смертью. Ведь зависть — родительница не только ненависти, но и убийства, которое совершил над нами сей, воистину, человеконенавистник, лукаво пристав к нам, ибо он крайне несправедливо пожелал быть властелином над земнородными для погибели создания, сотворенного по образу и подобию Божию. И так как он не имел достаточно смелости, чтобы напасть самому лично, то он прибегнул к хитрости и лукавству и, приняв вид чувственного змия, обратившись к земнородному, как друг и полезный советник, этот, поистине, страшный враг и злоумышленник, незаметно переходит к действию и своим богопротивным советом свою собственную смертоносную силу, как яд, вливает в человека.

Если бы Адам возможно крепко держался Божественной заповеди, то он оказался бы победителем своего врага и стал бы выше смертоносного осквернения; но так как, с одной стороны, добровольно поддавшись греху, он потерпел поражение и сделался грешником, а с другой стороны, будучи корнем нашего рода, рождал нас уже смертоносными отпрысками, то, чтобы нам уничтожить в себе смертоносный яд душевный и телесный и снова приобрести себе жизнь вечную, для нашего рода совершенно необходимо было иметь новый корень. Нам необходимо было иметь нового Адама, который не только был бы безгрешен и совершенно оставался бы непобедимым, но мог бы прощать грехи и избавлять от наказания подверженных ему, — и не только обладал бы жизнью, но и способностью оживотворять, чтобы сделать участниками жизни тех, которые прилепляются к Нему и принадлежат к Его роду, и не только представителей последующего за Ним поколения, а и тех, которые уже умерли до Него. Поэтому святой Павел, эта великая труба Святого Духа, восклицает: бысть первый человек вдушу живу, а второй Человек в дух животворящ (1 Кор. 15, 45).

Но, кроме Бога, никто не безгрешен, не животворит и не может отпускать грехи. Поэтому новому Адаму надлежало быть не только Человеком, а и Богом, чтобы Он Сам по Себе был и жизнью, и премудростью, и правдой, и любовью, и милосердием, и вообще всяким благом для того, чтобы привести ветхого Адама в обновление и оживотворение милостью, премудростью, правдой, противоположными коим средствами виновник зла причинил нам смерть.

Таким образом, подобно тому, как этот исконный человекоубийца превознесся над нами завистью и ненавистью, и Начальник жизни был воздвигнут ради нас безмерным Своим человеколюбием и Своей благостью. Воистину, Он сильно возжелал спасения создания Своего, каковое спасение состояло в том, чтобы снова покорить его Себе так, как и виновник зла хотел погибели создания Божия, состоящей в том, чтобы поставить человека под свою власть, а самому с тиранством тяготеть над ним. И как тот доставил себе победу и человеку падение несправедливостью, коварством, обманом, хитростью своей, так и Освободитель стяжал Себе поражение виновника зла и обновил Свое создание правдой, премудростью, истиной.

Было делом совершенной справедливости, чтобы естество наше, которое добровольно было порабощено и поражено, само же снова вступило в борьбу за победу и свергло с себя добровольное рабство. Потому-то Богу и угодно было принять на Себя от нас наше естество, чудесным образом соединившись с ним Ипостасно. Но соединение Высочайшего Естества, чистота которого непостижима для нашего разума, с греховным естеством было невозможно прежде, чем оно очистит себя. Поэтому, для зачатия и рождения Подателя чистоты необходима была Дева совершенно Непорочная и Пречистая.

Ныне мы и празднуем память того, что некогда содействовало этому воплощению. Ибо сущий от Бога, Бог Слова и Сын Собезначальный и Совечный Всевышнему Отцу, соделывается Сыном Человеческим, сыном Приснодевы. Иисус Христос вчера и днесь, Той же и во веки(Евр. 13, 8), неизменяемый по Божеству и непорочный по человечеству, Он один только, как о Нем предрек пророк Исаия, беззакония не сотвори, ниже обретеся лесть во устех его (Ис. 53, 9), — Он один зачался не в беззакониях, и рождение Его было не во грехах, в противоположность тому, как о себе и о всяком другом человеке свидетельствует пророк Давид (Пс. 50, 7). Он один был совершенно чист и даже не нуждался в очищении для Себя: ради нас Он принял на Себя страдание, смерть и воскресение.

Бог рождается от Непорочной и Святой Девы или, лучше, от Всепречистой и Всесвятой. Сия Дева не только выше всякого плотского осквернения, но даже выше и всяких нечистых помыслов, и зачатие Ее обусловливалось не похотением плоти, а осенением Пресвятого Духа. Когда Дева жила совершенно вдали от людей и пребывала в молитвенном настроении и духовном веселии, то Она изрекла Ангелу благовестившему: се раба Господня: буди Мне поглаголу твоему (Лк. 1, 38) и, зачав, родила. Итак, для того, чтобы оказаться Девой достойной для этой высшей цели, Бог прежде веков предназначает и из числа избранных от начала века избирает Сию, ныне восхваляемую нами, Приснодеву. Обратите внимание и на то, откуда началось это избрание. Из санов Адамовых был избран Богом чудный Сиф, который по благоприличию нравов, по благолепию чувствований, по высоте добродетелей явил себя одушевленным небом, почему и удостоился избрания, из которого Дева— Боголепная колесница Пренебесного Бога — должна была родиться и воззвать земнородных к небесному усыновлению. По причине сего и весь род Сифа именовался сынами Божиими: ибо из этого поколения имел родиться Сын Божий, так как и имя Сифа означает восстание или воскресение (из мертвых), которое, собственно говоря, и есть Господь, обещающий и дарующий жизнь бессмертную верующим во Имя Его. И какая строгая точность этого прообраза! Сиф рожден был Евой, как она сама говорила, вместо Авеля, которого по зависти убил Каин (Быт. 4, 25), а Сын Девы, Христос, родился для нас вместо Адама, которого из зависти умертвил виновник и покровитель зла. Но Сиф не воскресил Авеля: ибо он служил лишь прообразом воскресения, а Господь наш Иисус Христос воскресил Адама, поскольку Он для земнородных есть Жизнь и Воскресение, для какового и потомки Сифа удостоились, по упованию. Божеского усыновления, быв названы чадами Божиими. А что вследствие этого упования они были наименованы сынами Божиими, это показывает первый так названный и по преемству получивший это избрание сын Сифа — Енос, который, по свидетельству Моисея, первый уповал на то, чтобы называться по имени Господа (Быт. 4, 26).

Таким образом, избрание будущей Матери Божией, начиная от самых сыновей Адамовых и проходя через все поколения времен, по предведению Божию, доходит до царя и пророка Давида и преемников его царства и рода. Когда же наступило время избрания, то из дома и отечества Давидова были избраны Богом Иоаким и Анна, которые, хотя были бездетны, но по своей добродетельной жизни и добрым нравам были лучше всех, происходивших из колена Давидова. И когда они в молитве просили у Бога разрешения бесчадства и обещали Рожденное, с самого Его детства, посвятить Богу, им возвещается Богоматерь и даруется от Бога, как Чадо,— чтобы от таких многодобродетельных была зачата Предобродетельная и Пречистая Дева, чтобы, таким образом и целомудрие в соединении с молитвой оплодотворилось, и Пречистая соделалась Родительницею девства, по плоти нетленно родивши Того, Кто по Божеству прежде веков рожден от Бога Отца. И вот, когда праведные Иоаким и Анна узрели, что они были удостоены своего желания и Божие обетование им осуществилось на деле, тогда они, как истинные Боголюбцы, с своей стороны, поспешили исполнить свой обет, данный Богу: привели ныне в храм Божий Это, воистину, Святое и Божественное Дитя-Богоматерь Деву, лишь только Она перестала питаться млеком. А Она, невзирая на столь малый возраст, была полна Божественных дарований и более других понимала, что совершается над Ней, и всеми Своими качествами являла, что не вводят Ее в храм, но что Она Сама по собственному побуждению приходит на служение Богу, как бы на самородных крыльях стремясь к священной и Божественной любви, будучи убеждена, что введение Ее в храм — во Святое святых и пребывание в нем есть желанная для Нее вещь. Поэтому-то и первосвященник, увидев, что на Отроковице паче всех пребывает Божественная благодать, пожелал вселить Ее во Святое святых и убедил всех охотно согласиться с этим. И Бог содействовал Деве и посылал Ей через Своего Ангела таинственную пищу, благодаря которой Она укреплялась по природе и соделалась чище ангелов, имея при этом в служении Небесных духов. И не только однажды Она была введена во Святое святых, но была принята Богом для пребывания с Ним в течение немалых лет: ибо .через Нее в свое время имели открыться Небесные Обители и быть дарованы для вечного жительства верующим в чудесное Ее Рождение. Вот, значит, почему Избранная с начала века среди избранных оказалась Святою из святых. Имевшая Свое тело чище самих очищенных добродетелью духов, так что оно могло принять Само Ипостасное Слово Пребезначального Отца,— Приснодева Мария, как Сокровище Божие, по достоянию ныне помещена была во Святое святых, чтобы в надлежащее время, как и было, послужить к обогащению и к премирному украшению. Поэтому Христос Бог и прославляет Свою Матерь, как до рождения, так и по рождении.

Мы же, помышляя о соделанном ради нас через Пресвятую Деву спасении, воздадим Ей всеми силами благодарение и хвалу. И поистине, если благодарная жена (о которой повествует нам Евангелие), услышавшая немного спасительных слов Господа, воздала Его Матери благодарение, возвысив из толпы глас и сказавши Христу: блажено чрево носившее Тя, и сосца, яже еси ссал (Лк. 11, 27), то тем паче мы, христиане, которые имеем начертанными в сердцах словеса вечной жизни и не только словеса, а и чудеса и страдания, и через них восстановление из мертвых естества нашего, и вознесение от земли на небо, и обетованную нам бессмертную жизнь, и непреложное спасение, тем паче мы после всего этого не можем не прославлять и неустанно не ублажать Матери Начальника спасения и Подателя жизни, празднуя зачатие и рождение Ее и ныне Введение Ее в храм— во Святое святых. Переселим себя, братия, от земли горе, перенесемся от плоти к духу, предпочтем желание постоянного, а не временного. Предадим должному презрению плотские наслаждения, которые служат приманкой против души и скоро проходят. Возжелаем дарований духовных, как нетленно пребывающих. Отвлечем свой разум и свое внимание от житейских попечений и возвысим его в Небесные глубины — в то Святое Святых, где обитает ныне Богородица, Ибо таким образом и наши песнопения и молитвы с Богоугодным дерзновением и пользой будут доходить до Нее, и мы благодаря Ее предстательству, вместе с настоящими благами соделаемся наследниками будущих, нескончаемых благ, благодатью и человеколюбием нас ради родившегося от Нее Господа нашего Иисуса Христа, ему же подобает слава, держава, честь и поклонение со Безначальным Его Отцем и с Вечным и Животворящим Его Духом ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

 

О мученическихъ актахъ св. Игнатія Богоносца.

Свщмч. Игнатий БогоносецМученическіе акты о св. Игнатіи были изданы сперва на латинскомъ языкѣ Ушеромъ въ 1647 г., а потомъ въ греческомъ оригиналѣ — Руинартомъ въ 1869 г. Они были написаны спутниками Игнатія, сопровождавшими его изъ Антіохіи въ Римъ и бывшими свидѣтелями его послѣдняго подвига. На это указываютъ собственныя слова описателей мученичества Игнатія: «мы неохотно ѣхали, скорбя о предстоящей намъ разлукѣ съ праведникомъ» (гл. V); «мы видѣли это собственными глазами» (гл. VII). По общему мнѣнію, это были діаконы — Филонъ и Агаѳоподъ, о которыхъ св. мученикъ упоминаетъ въ посланіяхъ къ смирнянамъ и филадельфійцамъ. Эти записки отличаются въ изложеніи простотою, искренностію и теплотою любви къ великому исповѣднику истины: эти признаки, равно какъ отсутствіе анахронизмовъ, даютъ право признать ихъ подлинность. Возраженія противъ нихъ, въ разное время поднимавшіяся со стороны притязательной преувеличенной критики устранены Персономъ (Vindiciae Ignatianae) и Гефеле въ пролегоменахъ къ твореніямъ мужей апостольскихъ. (Прот. Петръ Преображенскій)

Текстъ памятника

 

Мученичество святаго Игнатія Богоносца.

1. Вскорѣ по вступленіи Траяна на Римскій престолъ, Игнатій, ученикъ апостола Іоанна, мужъ по всему апостольскій, тщательно управлялъ Антіохійскою Церковію. Едва еще прошли прежнія бури столь многочисленныхъ гоненій при Домиціанѣ; а онъ, подобно доброму кормчему, кормиломъ молитвы и поста, неутомимостію въ ученіи, ревностію духа противодѣйствовалъ и предстоящему волненію, боясь, чтобы не потонулъ кто либо изъ малодушныхъ или неопытныхъ. Итакъ, когда гоненіе не на долго утихло, онъ радовался, что Церковь находится въ тишинѣ; самъ же въ себѣ скорбѣлъ о томъ, что еще не достигъ надлежащей любви къ Іисусу, и совершеннаго достоинства ученика. Онъ помышлялъ, что исповѣданіе посредствомъ мученичества тѣснѣе соединитъ его съ Господомъ. Посему, проведши еще нѣсколько годовъ для Церкви, гдѣ на подобіе Божественнаго свѣщника просвѣщалъ душу каждаго человѣка изъясненіемъ Божественныхъ Писаній, наконецъ получилъ по своей молитвѣ.

2. Ибо когда Траянъ, на девятомъ году своего царствованія, возгордился побѣдою надъ скиѳами, даками и другими народами, и думая, что ко всеобщей покорности недостаетъ для него только Богочестиваго общества христіанъ, сталъ грозить, что если кто не будетъ покланяться идоламъ вмѣстѣ со всѣми язычниками, то таковый подвергнется гоненію: тогда страхъ заставлялъ всѣхъ благочестно живущихъ или приносить жертвы идоламъ, или умереть. Тогда-то доблественный воинъ Христовъ, заботясь о Антіохійской Церкви, по своой волѣ былъ приведенъ къ Траяну, жившему въ сіе время близъ Антіохіи, и поспѣшавшему въ Арменію и къ парѳянамъ. Какъ скоро онъ предсталъ предъ лице царя Траяна, — то сей сказалъ: кто ты таковъ, злой бѣсъ, что стараешься нарушать наши законы, да и другихъ къ тому же побуждаешь, дабы они несчастнымъ образомъ погибли? Игнатій отвѣчалъ: никто Богоносца не называетъ злымъ бѣсомъ. Ибо злые духи бѣжатъ отъ рабовъ Божіихъ. Если же ты думаешь, что я непріязненъ онымъ, и называешь меня злымъ для бѣсовъ; то я на сіе согласенъ. Ибо имѣя Христа, небеснаго Царя, я разрушаю ихъ навѣты. Траянъ спросилъ: а кто такой Богоносецъ? Игнатій отвѣчалъ: тотъ, кто имѣетъ Христа въ своемъ сердцѣ. Траянъ сказалъ: и такъ ты думаешь, что мы не имѣемъ боговъ въ нашей душѣ, которые помогаютъ намъ противъ враговъ? Игнатій отвѣчалъ: ты, по заблужденію, языческихъ бѣсовъ величаешь богами: но одинъ есть Богъ, сотворившій небо и землю и море, и все, что въ нихъ находится; и одинъ Христосъ Іисусъ, Сынъ Божій единородный, который да удостоитъ меня своего царствія. Траянъ спросилъ: ты говоришь о Томъ, который былъ распятъ при Понтіѣ Пилатѣ? Игнатій отвѣчалъ: о Томъ, который распялъ на крестѣ мои согрѣшенія вмѣстѣ съ виновникомъ оныхъ, и все демонское коварство, всю злобу повергъ подъ ноги носящихъ Его въ своемъ сердцѣ. Траянъ сказалъ: итакъ, ты носишь въ себѣ Распятаго? Игнатій отвѣчалъ: такъ точно; ибо написано: вселюся въ нихъ и похожду. Тогда Траянъ произнесъ: мы повелѣли, чтобы Игнатій, по собственнымъ словамъ носящій въ себѣ Распятаго, былъ взятъ воинами, и приведенъ въ Римъ на снѣденіе отъ звѣрей для забавы народа. Святый мученикъ, услышавъ такое опредѣленіе, съ радостію воскликнулъ: благодарю Тебя, Господи, что Ты удостоилъ меня стяжать совершенную любовь въ Тебѣ, связывая меня вмѣстѣ съ Апостоломъ Твоимъ Павломъ, желѣзными узами. Сказавши сіе, онъ съ радостію наложилъ на себя оковы, помолившись прежде о Церкви, и предавши ее со слезами Господу; и тотчасъ, какъ отличный нѣкій овенъ, предшествующій доброму стаду, былъ схваченъ звѣрскою жестокостію воиновъ, которымъ должно было отвести его въ Римъ на пожраніе кровожаднымъ звѣрямъ.

3. Итакъ, отправясь съ великою охотою и радостію отъ желанія пострадать, изъ Антіохіи въ Селевкію, здѣсь взошелъ въ корабль, и съ великимъ трудомъ доѣхавъ до города Смирны, сошелъ съ великою радостію съ корабля, и поспѣшилъ увидѣть св. Поликарпа епископа Смирнскаго, соученика своего (ибо они были прежде учениками св. апостола Іоанна); и, побывъ у него, и сообщивъ ему духовныя дарованія, и похвалившись предъ нимъ узами своими, побуждалъ къ участію въ своемъ подвигѣ какъ вообще всю Церковь (ибо всѣ азійскіе города и Церкви принимали святаго посредствомъ епископовъ, пресвитеровь и діаконовъ, и всѣ спѣшили къ нему, дабы получить отъ него часть дарованія духовнаго); такъ наипаче святаго Поликарпа, дабы скорѣе сокрыться ему отъ міра посредствомъ звѣрей, и явиться предъ лицемъ Христовымъ.

4. И все сіе такъ говорилъ, и такъ свидѣтельствовалъ, толико простирая любовь ко Христу, что былъ совершенно увѣренъ въ полученіи неба за доброе исповѣданіе, и по усердію молящихся о его подвижничествѣ; а также сдѣлалъ возмездіе церквамъ, встрѣтившимъ его чрезъ своихъ предстоятелей пославъ къ нимъ благодарственныя посланія, источающія, вмѣстѣ съ молитвою и увѣщаніемъ, духовную благодать. Такимъ образомъ видя, что всѣ весьма расположены къ нему, онъ боялся, чтобы братская любовь не подавила въ немъ усердія къ Господу, тогда какъ для него весьма счастливо отверзлась дверь къ мученичеству. На сей конецъ онъ написалъ посланіе къ Римской Церкви, которое здѣсь и приложено.

«Игнатій, называемый также Богоносцемъ (Ѳеофоромъ), помилованный величіемъ всевышняго Отца и Іисуса Христа единаго Сына Его, Церкви возлюбленной и просвѣщенной волею восхотѣвшаго все, что соотвѣтствуетъ любви Іисуса Христа Бога нашего, которая и предсѣдательствуетъ въ Римской странѣ, будучи Богодостойна, достолѣпна, достоблаженна, достохвальна, достойна благопоспѣшенія, достойно чиста, и превосходящей въ любви, носящей имя Христа, имя Отца, которую и привѣтствую именемъ Іисуса Христа Сына Отчаго, — соединеннымъ по плоти и духу во всякой заповѣди Его, безразлично исполненнымъ благодати Божіей, желаетъ премногой во Іисусѣ Христѣ Богѣ нашемъ, непорочной радости.

Поскольку я, по молитвѣ къ Богу, достигъ того, чтобы видѣть ваши Богодостойныя лица, такъ какъ я и о другомъ множайшемъ молился: то нынѣ я, будучи связанъ за Христа Іисуса, надѣюсь лобызать васъ, если на то будетъ воля Божія, чтобы я удостоился достигнуть конца. Ибо начало благополучно, если только я сподоблюсь благодати безпрепятственно получить мое наслѣдіе. Но боюсь вашей любви, чтобы она мнѣ не повредила: ибо вамъ удобно сдѣлать то, чтó вы хотите, а мнѣ трудно пріобрѣсти Бога, если вы будете жалѣть о мнѣ. Я не хочу угождать вамъ какъ человѣкамъ, но желаю угодить Богу также, какъ и вы угождаете. Ибо я никогда не буду имѣть такого случая пріобрѣсти Бога, да и вы сдѣлаете лучшее дѣло, если будете молчать. Ибо если вы будете молчать обо мнѣ, то я сдѣлаюсь Божіимъ, а если возлюбите плоть мою, то я опять буду ходить въ ней. Не дѣлайте для меня ничего, кромѣ того, чтобы я пожренъ былъ Богу, такъ какъ готовъ еще жертвенникъ, и вы, содѣлавшись въ любви единымъ хоромъ, воспѣли Отцу во Христѣ Іисусѣ, что Богъ сподобилъ епископа Сирійскаго быть на Западѣ, препославши его съ Востока. — Хорошо восходить отъ міра къ Богу, чтобы взойти послѣ въ Немъ. Вы никогда никому не завидовали, и другихъ научали; я же хочу, чтобы и то было твердо, что вы предписываете уча; только просите для меня силы и внутрь и внѣ, дабы не только говорить, но и желать, дабы я не только назывался христіаниномъ, но и былъ имъ; ибо если я дѣйствительно буду, тогда можно и говорить, что я даже и тогда вѣренъ, когда не будетъ меня въ мірѣ. Ничто видимое не вѣчно; ибо видимое временно, а невидимое вѣчно (2 Кор. 4, 18). Ибо тамъ паче является Богъ нашъ Іисусъ Христосъ, сущій во Отцѣ. Христіанство не есть такая вещь, о которой надлежитъ только молчать, но есть дѣло великое.

Я пишу Церквамъ, и свидѣтельствую всѣмъ, что я добровольно умираю за Бога, если вы не воспрепятствуете мнѣ. Прошу васъ, не имѣйте ко мнѣ неумѣстной приверженности. Оставьте меня содѣлаться пищею звѣрей, чрезъ которыхъ можно пріобрѣсти Бога. Я пшеница Божія, и долженъ быть измолотъ зубами звѣрей, чтобы сдѣлаться чистымъ хлѣбомъ Христовымъ. Даже ласкайте звѣрей, чтобы они содѣлались для меня гробомъ, и нисколько не оставили моего тѣла, дабы я по смерти не сдѣлался кому въ тягость. Тогда я буду по истинѣ ученикъ Христа, когда міръ не увидитъ и тѣла моего. Молитесь обо мнѣ Христу, чтобы я сими средствами содѣлался жертвою. Я не повелѣваю вамъ какъ Петръ и Павелъ; они Апостолы, а я осужденный; они свободные, а я доселѣ рабъ; когда же пострадаю, тогда получу отъ Іисуса освобожденіе, и востану въ Немъ свободнымъ. Теперь я, будучи узникомъ, учусь не желать ничего мірскаго или суетнаго.

Отъ Сиріи до Рима я сражаюсь со звѣрями на землѣ и на морѣ, ночью и днемъ, будучи связанъ съ десятью леопардами; — это есть отрядъ воиновъ, которые, и получивши благодѣянія, дѣлаются еще хуже. Впрочемъ я болѣе учусь отъ ихъ обидъ: но симъ не оправдаюсь (1 Кор. 4, 4). О, если бы я сподобился звѣрей, приготовленныхъ для меня; я молюсь, чтобы они были готовы; и я буду ласкать ихъ, чтобы они тотчасъ меня пожрали, а не такъ какъ нѣкоторыхъ, къ коимъ они изъ боязни не коснулись; и если они упорствуя не захотятъ, то я ихъ принужу. Извините меня: я знаю, чтó мнѣ полезно; теперь я начинаю быть ученикомъ. Ничто видимое, или невидимое не удержитъ меня въ томъ, чтобы пріобрѣсти Христа. Да пріидутъ на меня огонь и крестъ, толпы звѣрей, удары, терзанія, раздробленіе костей, отсѣченіе членовъ, сокрушеніе всего тѣла, злыя мученія отъ діавола: только бы я пріобрѣлъ Христа. Нѣтъ никакой для меня пользы въ удовольствіяхъ міра, ни въ царствахъ вѣка сего. Мнѣ лучше умереть во Христѣ Іисусѣ, нежели царствовать надъ концами земли. Ибо какая польза человѣку, если онъ и цѣлый міръ пріобрѣтетъ, душѣ же своей повредитъ (Матѳ. 16, 26)? Я ищу Того, который за насъ умеръ; я Того хочу, который восталъ за насъ. Но мнѣ дóлжно теперь родиться. Простите мнѣ, братія, не препятствуйте мнѣ жить; не желайте, чтобы я умеръ, — я желающій быть Божіимъ. Не радуйтесь для міра; дайте мнѣ принять чистый свѣтъ, преселившись туда я содѣлаюсь человѣкомъ Божіимъ; позвольте мнѣ быть подражателемъ страданія Бога моего. Если кто имѣетъ Его въ себѣ, тотъ да помыслитъ, чего я желаю, и да пожалѣетъ о мнѣ, зная, что такое меня удерживаетъ.

Князь вѣка сего хочетъ увлечь меня, и разрушить во мнѣ мою волю по Богѣ. И такъ никто изъ васъ да не содѣйствуетъ ему; лучше будьте на моей сторонѣ, т. е. на сторонѣ Божіей. Не говорите объ Іисусѣ Христѣ такъ, чтобы вмѣстѣ желать и міра. Зависть да не пребудетъ въ васъ; не тогда вѣрьте мнѣ, когда я лично прошу васъ; но болѣе вѣрьте тому, что я пишу. Я живой пишу къ вамъ, желая умереть; мое желаніе распято, и нѣтъ во мнѣ огня любящаго вещество; а находится во мнѣ живая и говорящая вода, изнутри взывающая ко мнѣ: иди къ Отцу. Я не чувствую пріятности въ тлѣнной пищѣ, ни въ удовольствіяхъ вѣка сего; я хочу хлѣба Божія, хлѣба небеснаго, хлѣба жизни, который есть плоть Іисуса Христа Сына Божія, явившагося въ послѣднее время отъ сѣмени Давида и Авраама; хочу Божіяго питія — крови Его, которое питіе есть любовь нетлѣнная, и жизнь вѣчная. Я не хочу болѣе жить такъ, какъ человѣки; но это будетъ, если вы захотите; но вы должны желать того, чтобы вы и сами были приняты. Краткимъ письмомъ прошу я васъ; вѣрьте мнѣ. А Іисусъ Христосъ откроетъ вамъ, что я говорю по истинѣ: Онъ есть неложныя уста, которыми Отецъ изрекъ истину. Молитесь обо мнѣ, чтобы я достигъ. Я написалъ вамъ не по плоти, но по разуму Божію. Если я пострадаю, то вы сего восхотѣли, если я отверженъ буду, то вы возненавидѣли.

Воспоминайте въ молитвѣ вашей Церковь Сирійскую, которая вмѣсто меня имѣетъ Пастыремъ Бога. Одинъ Іисусь Христосъ будетъ блюсти ее, и также любовь ваша, а я стыжусь считаться между ними, да и недостоинъ сего, такъ какъ послѣдній и изверженный; но я удостоился сдѣлаться чѣмъ нибудь, ежели пріобрящу Бога. Привѣтствуетъ васъ духъ мой и любовь Церквей принявшихъ меня во имя Іисуса Христа, не такъ какъ мимоходящаго. Ибо и тѣ изъ нихъ, которыя не были ко мнѣ близки на моемъ пути по плоти, вводили меня въ городъ.

Пишу къ вамъ сіе изъ Смирны чрезъ достоблаженнѣйшихъ Ефесеевъ. А со мною вмѣстѣ находится между многими другими Крокъ, вожделѣнное для меня имя. Я думаю, что вы знаете о тѣхъ, которые прежде меня отправились изъ Сиріи въ Римъ во славу Божію; скажиже имъ, что я близко. Всѣ они достойны Бога и васъ, и вамъ надлежитъ ихъ во всемъ успокоить. Написалъ же я вамъ сіе за девять дней до сентябрьскихъ календъ (т. е. двадцать третьяго августа). Укрѣпляйтесь до конца въ терпѣніи Іисусъ Христовѣ. Аминь».

5. Такимъ образомъ приготовивъ по своему желанію письмомъ тѣхъ изъ братій въ Римѣ, которые бы воспротивились его намѣренію, онъ былъ выведенъ изъ Смирны (ибо воины побуждали Христоносца придти заранѣе до публичныхь зрѣлищъ въ великомъ Римѣ, дабы онъ предъ глазами народа Римскаго былъ преданъ дикимъ звѣрямъ, и получилъ вѣнецъ за подвиги) и прибылъ въ Троаду. Потомъ, будучи отправленъ отсюда въ Неаполь, пошелъ чрезъ Филиппы, Македонію и также около Епира къ Епидамну, и на пути по приморскимъ мѣстамъ нашедши корабль, переплылъ Адріатическое море, а изъ него вступилъ въ Тирренское, не останавливаясь на островахъ и въ городахъ; и какъ скоро показались святому Путеолы, то онъ спѣшилъ сойти, желая идти по стезѣ Апостола Павла. Но какъ случившійся сильный вѣтръ не позволялъ сего, дуя въ корму корабля, то онъ и проплылъ мимо, ублажая любовь братьевъ въ семъ мѣстѣ. И такимъ образомъ въ одинъ день и ту же ночь, при благополучныхъ вѣтрахъ, мы противъ воли приближались, воздыхая о томъ, что праведникъ скоро разлучится съ нами; чтожъ касается до него самаго, его молитвы исполнялись; ибо онъ спѣшилъ скорѣе преставиться отъ міра, чтобы соединиться съ Господомъ, котораго онъ возлюбилъ. И такъ когда вошли въ Римскую пристань, и публичныя зрѣлища приближались къ концу, то воины жаловались на медлительность, а епископъ съ радостію покарялся ихъ понужденіямъ.

6. Потомъ пошли изъ такъ называемаго Порта, и поскольку уже всюду прошелъ слухъ о святомъ мученикѣ, то съ нимъ много было братьевъ исполненныхъ страха и радости: ибо они радовались тому, что удостоились видиться съ Богоносцемъ, но страшились того, что его вели на смерть. Нѣкоторымъ же онъ повелѣлъ молчать, когда тѣ горѣли желаніемъ и предлагали удержать народъ, чтобы онъ не требовалъ смерти праведника. Онъ же тотчасъ провидя это, и сдѣлавши всѣмъ привѣтствіе, просилъ ихъ имѣть истинную любовь къ нему, и сказавши имъ болѣе, нежели сколько было въ письмѣ, убѣдилъ не препятствовать ему стремиться къ Господу; и такимъ образомъ, съ колѣнопреклоненіемъ всѣхъ братьевъ, помолившись Сыну Божію о Церквахъ, о прекращеніи гоненія, о взаимной любви всѣхъ братьевъ, поспѣшно былъ отведенъ къ амфитеатру, и по прежнему повелѣнію Кесаря, былъ тотчасъ впущенъ въ оный, потому что зрѣлища скоро должны были кончиться, (сіе же зрѣлище, называемое на римскомъ языкѣ тринадцатымъ, было самое знаменитое, и народъ весьма охотно стекался на оное) преданъ жестокимъ звѣрямъ подлѣ храма, такъ что симъ, соотвѣтственно Писанію желаніе праведнаго пріятно (Прит. 10, 24), совершенно исполнилось желаніе св. мученика Игнатія, чтобы не обременить никого изъ братьевъ собираніемъ его останковъ, такъ какъ онъ еще прежде въ письмѣ желалъ, чтобы таковъ былъ конецъ его. Ибо остались только твердѣйшія части его тѣла, которыя были отвезены въ Антіохію, и положены въ полотно, какъ безцѣнное сокровище, по благодати, обитавшей въ мученикѣ, оставленное св. Церкви.

7. Сіе случилось за тринадцать дней до январскихъ календъ (т. е. въ двадцатый день декабря), въ консульство у римлянъ Суры, и вторичное Сенеція. Мы бывшіе зрителями сего, возвратившись домой со слезами, имѣли всенощное бдѣніе, и много просили съ колѣнопреклоненіемъ и моленіемъ Господа, чрезъ случившееся укрѣпить насъ слабыхъ. Потомъ немного уснувши, нѣкоторые изъ насъ увидѣли внезапно востающаго и обнимающаго насъ, нѣкоторые же, равнымъ образомъ, видѣли молящагося блаженнаго Игнатія, а другіе орошеннаго пóтомъ, какъ бы послѣ великихъ трудовъ, и представшаго Господу. И такъ видѣвши сіе съ великою радостію, и послѣ разсказавши взаимно сновидѣнія, мы воспѣвали Бога, подателя благъ, ублажали святаго, и замѣтили для себя день и часъ, дабы, собираясь во время его мученичества, имѣть общеніе съ подвижникомъ и доблественнымъ мученикомъ Христовымъ, поправшимъ діавола, и совершившимъ путь своего христолюбиваго желанія во Христѣ Іисусѣ Господѣ нашемъ, чрезъ котораго и съ которымъ слава и держава Отцу, со Святымъ Духомъ во вѣки. Аминь. 
 

Источникъ: Мученичество святаго Игнатія Богоносца. // Журналъ «Христіанское чтеніе, издаваемое при Санктпетербургской Духовной Академіи». — СПб.: Въ Типографіи Медицинскаго Департамента Минист. Внутр. Дѣлъ — 1822 г. — Часть VIII. — С. 340-356. 

СЛОВО НА ВХОДЪ ВО ХРАМЪ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ 2-е
Св. Германа, патріарха Константинопольскаго.
 

Всякое священное торжество, при совершеніи, исполняетъ участвующихъ духовною радостію изъ (небесныхъ) сокровищъ и Божественныхъ источниковъ. Но теперь прославляемое пѣніемъ (торжество), вполнѣ услаждающее души, столько важнѣе и свѣтлѣе всѣхъ, сколько Богоотроковица надъ всѣми возвышается и начальствуетъ. Каждогодно возвращается это священнѣйшее Ея празднственное собраніе, въ которомъ участвующіе должны быть чисты отъ скверны. И такъ, если угодно вамъ, благосклонно послѣдуйте за мною, украсившись чистѣйшими мыслями и свѣтлѣйшими одеждами. Потечемъ и сорвемъ вожделѣнные цвѣты съ самаго луга Богоматери. Обоняемъ доброту Ея, полную благоуханія, какъ-бы изъ листьевъ розы, какъ и Соломонъ прекрасно въ Пѣсняхъ поетъ: кто сія восходящая отъ пустыни, яко стебло дыма, кадяще смирну и ливана, отъ всѣхъ благовоній мѵраварца (3, 6)? Гряди отъ Ливана, невѣсто, гряди отъ Ливана (4, 8). Поэтому, побуждая другъ друга, спѣшно со/с. 71/беремся на полезное и спасительное для всѣхъ торжество Богоматери и, приникнувъ во святилище, увидимъ Отроковицу, достигающую до второй завѣсы, Пречистую Марію и Богоматерь, разрѣшившую безчадіе неплодія и устранившую благодатію порожденія (Своего, т. е. Христа) тѣнь законнаго письмени.

Нынѣ посвящается законному храму трилѣтствующая, одна, бывшая чистымъ и высочайшимъ храмомъ Архіерея и Совершителя всего — Господа, и отгнавшая Своимъ сіяніемъ Богосвѣтлой славы тьму письмени. Нынѣ вручается священнику младенецъ, имѣющій принести (въ храмъ) въ сороковой день младенчествовавшаго ради насъ плотію единаго Архіерея Бога, превыше всякаго человѣческаго понятія, обнимая собственными дланями Необъятнаго. Нынѣ освящается благословеніями по закону и приносится въ благодарственный даръ новѣйшій и чистѣйшій, ничѣмъ не запятнанный свитокъ, который будетъ не рукою писанъ, но позлащенъ Духомъ. Нынѣ Іоакимъ, освободившись поношенія безчадія, явно идетъ по улицамъ и, величаясь, показываетъ свое дитя и притомъ дѣлается исполнителемъ освященія по закону. Нынѣ и Анна, всзнаградивъ продолжительное безчадіе благочадіемъ, воодушевленная безмѣрною радостію, возвѣщаетъ концамъ (земли) о плодѣ своемъ, прижимая къ груди пространнѣйшую неба. Нынѣ отверстыя врата Божественнаго храма принимаютъ дверь Еммануила, зрящую на востокъ и запечатлѣнную. Нынѣ священная трапеза храма начинаетъ свѣтлѣть, чувствуя переходъ къ безкровнымъ жертвамъ, при поклоненіи и сладчайшемъ лобзаніи Божественной трапезы небеснаго и душепитательнаго хлѣба. Нынѣ возлагается на очистилище одна, сдѣлавшаяся для смертныхъ, низринутыхъ потоками грѣховъ, новымъ и Богоподобнымъ очистилищемъ, дѣй/с. 72/ствительнымъ и нерукотвореннымъ. Нынѣ имѣющая принять, по освященію отъ Духа, Святаго святыхъ, святѣйше и достославно, съ большимъ освященіемъ, въ незлобивомъ и невинномъ возрастѣ весьма чудно помѣщается во Святомъ святыхъ, превосходя славою Херувимовъ.

Нынѣ возбуждаетъ (насъ) къ похвалѣ Марія, о Которой хотя бы кто и неисчетное сказалъ, никогда не приблизился бы и тѣмъ менѣе достигъ цѣли; потому что красота Ея безмѣрно превосходитъ всякій языкъ и умъ. Небесная капля, проистекшая отъ Нея, показала величіе Ея наподобіе безпредѣльнаго моря. Отсюда богатство Ея сдѣлалось, по безпредѣльности, непостижимымъ, и утѣшенія Ея — неистощимыми. Поистинѣ всѣ и во всемъ насыщаются; но торжество, сопровождаемое похвалами и пѣснопѣніями въ честь Ея, по причинѣ пріятности, не насыщаетъ. Поэтому и виды похвалъ, заимствуемые отъ Нея, кажутся неудовлетворительными, и такъ какъ источникъ обиленъ, и отъ почерпанія не только не уменьшается, но по той мѣрѣ, какъ почерпаютъ изъ него, умножается во сто и тысячу разъ болѣе, — почерпающимъ нельзя бояться недостатка. При созерцаніи Ея, таинство преизобилуетъ и, увеличиваясь, превосходитъ нетолько умы, погруженные въ вещество, но и невещественные. Такова всеблаженная и пречистая Отроковица.

Родители Ея, по исполненіи трехъ лѣтъ, приносятъ (Ее) Богу. Тройное число — какъ превосходно, какъ досточтимо и удовлетворительно для всякаго доказательства! Тремя камнями Давидъ повергъ на землю преступнаго Голіаѳа (1 Цар. 17, 40); Илія Ѳесвитянинъ располагаетъ (народъ) къ вѣрѣ троякимъ обхожденіемъ (около жертвенника), когда надъ небеснымъ огнемъ, горящимъ въ водѣ, показывается пламя (3 Цар. 18, 34); Іона, /с. 73/ столько же дней носимый въ нѣдрахъ плавающаго звѣря, служитъ образомъ Бога, управляющаго великимъ китомъ (Іон. 2, 1); таковы числомъ были отроки, благодушно ходившіе въ огненной печи, напоенные небесною росою (Дан. 3, 23. 24). По прошествіи трехъ періодовъ по десяти лѣтъ, Іисусъ, Господь мой, очищаетъ меня отъ скверны преступленія (Лук. 3, 21-23); а также по прошествіи еще извѣстнаго времени, врачуетъ всякую болѣзнь и всякій недугъ. Онъ восходитъ на гору, чтобы столькимъ же по числу ученикамъ, въ великой тайнѣ, показать явленіе Своей славы (Матѳ. 17, 1). На третій день Онъ возставляетъ отъ ада души, отъ вѣка содержавшіяся во мракѣ. И что еще? Смотри число три и въ самомъ главномъ. Божество, сотворившее и совершившее все, благоволило прославиться какъ-бы въ совершенномъ числѣ въ трехъ святыняхъ, трехъ свойствахъ, трехъ ѵпостасяхъ или, что тоже, трехъ лицахъ, при единосущіи, въ единеніи, чуждомъ слитія или смѣшенія, и, какъ говоритъ великій въ Божественныхъ предметахъ и искуснѣйшій въ Богословіи Григорій, нельзя ни безчестить Его, отнимая (что либо), ни измышлять сверхъ (показаннаго) числа многоначаліе.

Итакъ, поелику Единъ изъ самой пресвятой и вѣчной Троицы, по благоволенію Отца, самопроизвольно, осѣненіемъ всесвятаго Духа, благоизволилъ вселиться во чревѣ этой Дѣвы-Матери Отроковицы: то нужно было, чтобы и Она, украшенная славою того же числа, была свѣтлѣйше посвящена; Она вводится въ храмъ трехъ лѣтъ, по непреложному и извѣстному устроенію Творца Ея и Сына.

Когда была воскормлена (млекомъ) Питательница нашей жизни: родители Ея исполняютъ данный обѣтъ. Созвавъ, гово/с. 74/рятъ, сосѣднихъ и окрестныхъ дѣвицъ, они устроили такъ, что дѣвицы со свѣчами шли впереди, а (Отроковица) слѣдовала позади, для того, чтобы увеселяемая горящими свѣчами, Она продолжала путь не оглядываясь назадъ.

Отдавая все свое Богу, (нѣкогда) неплодная и бездѣтная Анна, громкимъ голосомъ ясно взывала: пріидите, сорадуйтесь мнѣ всѣ, кто присутствовалъ при моемъ разрѣшеніи, особенно теперь, когда я приношу Господу Боголѣпный и освященный даръ изъ моихъ нѣдръ. Пріидите, начальники ликовъ, съ ликами и дѣвами тимпанницами, радостно воспойте новую пѣснь, не подъ предводительствомъ Маріамы (сестры) Моисеевой, на подъ руководствомъ Рожденной мною. Пріидите и вы, ближніе и дальніе, и когда я, благочадствуя и проникнутая искреннѣйшею благодарностію, отдаю святилищу плодъ моихъ болѣзней, всерадостно воскликните Боговдохновенные гимны. И вы сонмъ Пророковъ, избранное собраніе, устройте пѣснь изъ славныхъ похвалъ, внушенныхъ вамъ Духомъ Божіимъ, потому что гдѣ раздается звукъ пророческаго слова, тамъ теряетъ силу всякое сопротивное злорѣчіе.

Ты — Праотецъ и Богоотецъ Давидъ, пріятно потрясая музыкальнымъ орудіемъ, издай благогласнѣйшій звукъ на струнахъ Духа Боговдохновенными своими устами, ясно изображая сонмъ отроковицъ, какъ приведутся Царю дѣвы въ слѣдъ Ея, искреннія Ея приведутся (Псал. 44, 15). Вотъ составляется сонмъ отроковицъ на улицахъ и ведется въ священное жилище въ храмѣ святомъ, съ царскою славою, въ веселіи и радости, (Дщерь) Царева, исполняющая прореченіе твое, которую ты самъ назвалъ дочерью, — Она мое дитя. Вся слава Дщере Цареви внутрь; рясны златыми (Псал. 44, 14) облечена чистымъ и /с. 75/ непорочнымъ дѣвствомъ и украшена несравненною красотою. Пріиди и ты также, потомокъ Давида, и возгласи: кто сія проницающая аки утро, добра яко луна, избранна яко солнце (Пѣсн. 6, 9)? Что украсишася стопы твоя (7, 1), Ты, имѣющая облечься въ солнце и устроить новое подъ солнцемъ зрѣлище.

И ты, громогласный Іезекіиль, держащій Богоданный свитокъ животворящаго Духа, возгласи хвалу запечатлѣнной двери, обращенной къ востоку и проходимой для Бога! А также и другой кто изъ священноизбраннаго чина и весь остальной ликъ прозорливцевъ, возвысьте голосъ, видя приближающееся исполненіе предсказаній. Что же? И вы, праотцы, разрѣшаемые отъ клятвы и опять получающіе жилище сладости, изъ котораго извергли себя, — ужели вы не воспоете Виновницу спасенія приличными, величайшими похвалами? Не вамъ ли особенно и надобно взывать, а съ вами радоваться мнѣ и всей твари?

Мудрая Анна такими мыслями, какъ и слѣдовало, приспособляя себя къ происходящему, съ сладчайшимъ супругомъ ведя Рожденную ими, въ предшествіи дѣвъ, несущихъ свѣчи, достигаетъ храма. Двери (его) отверзаются, принимая умную дверь Еммануила Бога, и порогъ освящается вхожденіемъ Маріи. Домъ (Божій) весело освѣщается лампадами; но еще свѣтлѣе сіяетъ блистаніемъ этой одной лампады: благолѣпіе Ея красуется при Ея входѣ. Одежды роговъ жертвенника покрываются багряницею отъ пурпуровой и дѣвственной одежды Ея. Захарія радуется, удостоившись принять Богоматерь; веселится Іоакимъ, совершеніемъ приношенія свидѣтельствуя объ исполненіи пророчествъ; торжествуетъ Анна при освященіи своей Дочери; ликуютъ прародители, избѣгая осужденія; утѣшаются /с. 76/ Пророки, и съ ними радостно движется всякій возрастъ, украшенный благодатію.

Такимъ образомъ Богоотроковица вводится и становится у роговъ (жертвенника), между родителями молящимися и священникомъ, имѣющимъ благословить (Ее). Опять родители взываютъ къ священнику: пріими имѣющую принять невещественный и необъятный огонь; пріими будущее вмѣстилище Сына и Слова Отца и единаго Бога; пріими отъявшую отъ насъ поношеніе безчадія и неплодство; приведи къ жертвеннику Ту, Которая вселяетъ насъ въ прежнюю область рая; держи Ту, Которая Своимъ рожденіемъ (т. е. Христомъ) укротитъ страшную для насъ силу смерти и господство ада: обними Ту, Которая прикроетъ нашу природу, обнаженную въ Едемѣ; возьми рукою Ту, Которая повіетъ пеленами удерживающаго нашу неудержимо, бурно и гордо простертую руку; принеси Богу принесшую насъ, въ Которой сокрыто исполненіе надеждъ нашихъ.

Воззри, Господи, воззри; возьми Ту, Которую далъ; пріими Ту, Которую даровалъ; пріими данную намъ для разрѣшенія неплодства; чрезъ Нее Ты отъялъ безчадіе закона и искупилъ насъ отъ продолжительнаго и тягчайшаго бѣдствія. Пріими Ту, Которая прекрасно управляетъ нами, Которую предъизбралъ, предопредѣлилъ и освятилъ; привлеки преданную Тебѣ и прельщенную благоуханіемъ Твоимъ, Ту, Которую Ты избралъ между нами недостойными, какъ кринъ (лилію) среди тернія; обними Ее, приносимую Тебѣ съ радостнымъ духомъ. Вотъ мы Тебѣ вручаемъ Ее и предаемъ себя.

Такова согласная рѣчь праведныхъ; таково единодушіе Боголюбезнаго супружества; таково единство дѣйствія Богоотцевъ, Поэтому Захарія, принявъ Отроковицу, какъ и слѣдовало, прежде /с. 77/ всего говоритъ родителямъ: виновники нашего спасенія, что вамъ сказать? какъ васъ назвать? Ужасаюсь, видя, какой вы приносите плодъ; онъ чистотою своею привлекаетъ Бога къ обитанію въ себѣ. Никогда не было и не будетъ другой, сіяющей такою красотою. Вы явились двумя раздѣляющимися рѣками, исходящими изъ рая, принося лампаду, дражайшую золота и цѣнныхъ камней, просвѣщающую всю землю красотою непорочнаго дѣвства Ея и усладительнымъ блистаніемъ. Вы какъ-бы свѣтлѣйшія звѣзды, утвержденныя на тверди: вы оба ясно освѣщаете мрачную тьму темной буквы и закона, даннаго среди бури; мудро и непреткновенно путеводите вѣрующихъ во Христа къ новой благодати новаго свѣта. Вы — свѣтлѣйшіе роги умнаго храма Новаго Завѣта, въ нѣдрахъ своихъ имѣющіе разумнѣйшій, освященный и Божественный жертвенникъ священной жертвы. Еще болѣе: вы, въ воспитаніи (Отроковицы), уподобились Херувимамъ, таинственно осѣняющимъ очистилище Вождя міра и Первосвященника. Вы — выше золота, устроеннаго въ древнее время для покрытія ковчега; потому что укрывали разумный и Божественный кивотъ Новаго Завѣта, (содержавшій) подписавшаго намъ на крестѣ оставленіе. Ваша радость — всемірная радость; ваша слава — общее веселіе. Блаженны вы, родители такой Отроковицы! Благословенны вы, принесшіе Господу такой благословенный даръ! Блаженны сосцы, которыми Она воспитана, и чрево, въ которомъ была носима!

Пріиди и Ты, дитя, высшее неба. Пріиди, по виду младенецъ, но на самомъ дѣлѣ — Божіе орудіе. Пріиди и лучше Сама освяти преддверіе святилища; сказать коротко: не Ты очистись и освятись въ немъ, но обильно Сама освяти его. Приникни въ сокровенный и страшный чертогъ Ты, неприступное и неиз/с. 78/слѣдимое сокровище. Войди въ преддверіе алтаря, сокрушающая врата смерти. Воззри на завѣсу, сіяніемъ Своимъ просвѣщающая ослѣпленныхъ помрачающимъ вкушеніемъ. Дай руки мнѣ, ведущему Тебя, какъ младенца; но возьми и мою руку, старца утомленнаго, и, по склонности къ земному, спѣшнаго въ преступленіи заповѣди, и приведи меня къ жизни. Вотъ я Тебя беру, какъ старческій жезлъ и опору природы, ослабленной паденіемъ; смотрю на Тебя, какъ на будущее укрѣпленіе ниспадшихъ до смерти. Приблизься съ благоговѣніемъ къ трапезѣ, — Ты, о Которой въ весьма многихъ образахъ говорится, что будешь разумнѣйшею и чистою трапезою. Пройди по окружности всего жертвенника, Ты, издающая какъ-бы благоуханіе ѳиміама, для обоняющихъ выше мѵра, и прекрасно названная Богодвижнымъ и Духоноснымъ языкомъ Пророка, — кадиломъ. Взойди, взойди на ступени священнаго зданія, Ты, Которой дщери Іерусалима, услаждаясь превосходствомъ красоты, соплетаютъ похвалы, и Которую ублажаютъ земные цари; Божественная ступень и лѣствица, утвержденная Богомъ, показанная весьма утѣшительно великому патріарху Іакову. Возсяди, Владычица; потому что пристойно Тебѣ, Царицѣ и прославленной выше всѣхъ царствъ міра, возсѣдать на такой высотѣ. Тебѣ — престолу, высшему Херувимовъ, подобаетъ въ жилище освященное мѣсто. Вотъ предлагаю Тебѣ, какъ Царицѣ всѣхъ, по достоинству, первое сѣдалище; возстави и Ты низверженныхъ. Почему теперь взываю къ Тебѣ съ Давидомъ: слыши, дщи, и виждь, и приклони ухо Твое, и забуди люди Твоя и домъ отца Твоего, и возжелаетъ Царь доброты Твоея (Псал. 44, 11. 12).

Такъ говорилъ старецъ, хотя въ мысли представлялъ еще /с. 79/ бóльшія похвалы. Между тѣмъ родители удалились, а Отроковица, посвященная Богу, осталась. Относительно пропитанія, Ангелы служили Ей со страхомъ, и Дѣва получала отъ невещественныхъ вещественную или невещественную пищу. Такъ совершилось, при содѣйствіи Божіемъ, Божественное посвященіе. Младенецъ возрасталъ и укрѣплялся, а противная сила клятвы, наложенной на насъ въ Едемѣ, ослаблялась.

Послѣ этого, Боголюбезное собраніе, единогласно и сколько есть силы въ нашемъ младенчествующемъ умѣ, воззовемъ Дѣвѣ: радуйся! не съ тѣмъ, чтобы прославить и безъ того совершенный праздникъ Ея, но чтобы, по возможности, утѣшить нашу слабость: потому что Богу пріятно то, что совершается посильно. Но единая Дѣва и вмѣстѣ Матерь превосходитъ всякую мысль, и понятно — почему? Какая еще дѣва родила, или родивъ, сохранила неповрежденнымъ дѣвство, кромѣ Тебя единой, неизмѣнно для насъ понесшей плотію Бога, всеблаженная Дѣва!

И такъ, радуйся, нынѣ вшествіемъ Твоимъ во Святая святыхъ въ славной и нерукотворенной одеждѣ, облекшая насъ, обнаженныхъ смертоноснымъ и душевреднымъ вкушеніемъ въ Едемѣ, багряновидною одеждою, то есть, отъ Бога посланною одеждою отпущенія грѣховъ, даннаго Богомъ намъ погрязшимъ, Богоневѣста! Радуйся, нынѣ свѣтлѣйшимъ и честнѣйшимъ вхожденіемъ собирающая весь пророческій сонмъ, воспѣвающій Богогласный гимнъ, какъ-бы на доброгласнѣйшихъ музыкальныхъ органахъ и кимвалахъ, и духовно ликующій въ веселіи. Радуйся, стопами Своими поправшая лукаваго и ненавистнаго змія діавола, бывшаго для меня страшнымъ вождемъ къ паденію; поврежденное же естество, клонившееся, казалось, къ паденію, съ Собою возведшая опять въ невещественную, свя/с. 80/тую и нетлѣнную храмину. Радуйся, блистаніемъ входа Твоего свѣтло возсіявшая день радости и веселія содержимымъ въ сѣни смертной и безднѣ слабости, и свидѣтельствующая совершеніе разрѣшенія мрака Богомъ, имѣющимъ родиться отъ Тебя, всечудная Марія! Радуйся, свѣтлое облако, источающее намъ умную Божественную росу, — нынѣ вхожденіемъ во Святая святыхъ возсіявшая всеозаряющее солнце для содержимыхъ въ сѣни смертной; Боготочный источникъ, изъ котораго рѣки Богопознанія, источая ясную и свѣтлую воду православія, разгоняютъ множество ересей. Радуйся, пріятнѣйшій и разумный рай Божій, нынѣ насаждаемый, по Его изволенію, вседержительною десницею на востокѣ, и произращающій для Него благоцвѣтный кринъ (лилію) и неувядаемую розу (во врачевство) испивающимъ на западѣ вредную, душепагубную горечь смерти; (рай), въ которомъ цвѣтетъ дерево жизни въ познаніе истины, и вкушающіе отъ него получаютъ безсмертіе! Радуйся, священный, непорочный и чистѣйшій чертогъ Всецаря Бога, облеченный величіемъ Его, пріемлющій и таинственно успокоивающій всѣхъ странныхъ; Ты, утверждающаяся нынѣ въ дому Господнемъ, то есть, святомъ храмѣ Его, въ Которой нерукотворенный и украшенный чертогъ духовнаго жениха, — въ Которой Слово обручило (Себѣ) плоть, восхотѣвъ обратить заблудшее и примирить (съ Отцомъ) удалившихся по своему хотѣнію! Радуйся, новый Сіонъ, Божественный Іерусалимъ, святый градъ великаго Царя, Богъ: въ тяжестехъ его знаемъ есть (Псал. 47, 3. 4), заставляя царей преклоняться предъ славою Твоею и побуждая весь міръ въ веселіи проводить праздникъ входа Твоего; по истинѣ златовидный и свѣтлый, седмисвѣщный свѣтильникъ, возжигаемый неприступнымъ свѣтомъ и увлажаемый елеемъ чистоты, возвѣща/с. 81/ющій восходъ свѣта, во мракѣ прегрѣшеній ослѣпленнымъ тьмою. Радуйся, Божія гора тучная (Псал. 67, 16) и пріосѣненная, въ которой разумный Агнецъ воспитавшись понесъ наши грѣхи и болѣзни; изъ которой отдѣлившись нерукосѣчный камень (Дан. 2, 34) сокрушилъ идольскіе жертвенники, и бысть во главу угла и есть дивенъ во очесѣхъ нашихъ (Псал. 117, 22. 23). Радуйся, святый Божій престолъ, Божественное возношеніе, домъ славы, велелѣпное украшеніе, избранное сокровище, всемірное очистилище, и небо, повѣдающее Божію славу (Псал. 18, 2); востокъ, возсіявающій свѣтъ незаходимый, отъ края небесе исходъ его и нѣсть, иже укрыется теплоты его (Псал. 18, 7), то есть управительнаго промышленія. Радуйся, рожденіемъ Своимъ разрѣшившая узы неплодства и удалившая поношеніе безчадія, устранившая законную клятву и произрастившая благословеніе благодати; Твоимъ вхожденіемъ во Святая святыхъ исполнившая молитву родителей, положившая основаніе отпущенія нашего и верхъ радости, приводя начало благодати. Радуйся, Благодатная Марія, Святѣйшая святыхъ, высшая неба, славнѣйшая Херувимовъ, честнѣйшая Серафимовъ и досточтимѣйшая всей твари; — голубица, славнымъ и свѣтлымъ входомъ Твоимъ приносящая намъ елей — Избавителя отъ духовнаго потопа и возвѣщающая намъ спасительную пристань; крилѣ ея посребренѣ и междорамія ея въ блещаніи злата (Псал. 67, 14), сіяя свѣтомъ всесвятаго и просвѣтительнаго Духа, — стамна всезлатая, носящая манну — сладчайшее утѣшеніе душъ нашихъ, то есть Христа.

Но, пречистая, всепѣтая, всечестная жертва Божія, превосходнѣйшая всѣхъ твореній, земля невоздѣланная, нива неоранная, цвѣтущій гроздъ, чаша увеселяющая, источникъ те/с. 82/кущій, Дѣва родившая и Матерь неискусомужная, сокровище чистоты и украшеніе святыни! Благопріятными и матерними молитвами къ Твоему Сыну, рожденному Тобою безъ Отца, и Богу, всѣхъ Творцу, управь кормила церковнаго благочинія и приведи въ тихую пристань, свободную отъ волнъ ересей и соблазновъ; свѣтло облеки священниковъ въ правду и веселіе истинной, непорочной и искренней вѣры; укрѣпи въ мирѣ и благосостояніи скиптры православныхъ правителей, стяжавшихъ въ Тебѣ вѣнецъ, покровъ и безопасное украшеніе своего царства, выше всякаго блеска багряницы и золота, жемчуга или драгоцѣнныхъ камней. Повергая къ ногамъ ихъ, покори злые варварскіе народы, изрекающіе хулу на Тебя и Бога (рожденнаго) Тобою. Во время войны споборствуй воинству, всегда опирающемуся на Твою помощь. Послушный народъ утверди въ кроткомъ, благочинномъ повиновеніи, согласно заповѣди Божіей. Твой городъ, имѣющій Тебя, какъ столпъ и утвержденіе, вѣнчай побѣдною добычею и, окруживъ силою, храни. Жилище Божіе и благолѣпіе храма навсегда соблюди. Пѣвцовъ Твоихъ избави отъ всякаго обстоянія и душевныхъ скорбей. Плѣннымъ подай избавленіе. Страннымъ, лишеннымъ крова и помощи, покажи утѣшеніе. Всему міру простри на помощь Твою руку, чтобы мы въ радости и веселіи свѣтло совершали Твои праздники, вмѣстѣ съ нынѣшнимъ, во Христѣ Іисусѣ Царѣ всѣхъ и истинномъ Богѣ нашемъ, Которому слава и держава, вмѣстѣ со святымъ и живоначальнымъ Отцомъ и со вѣчнымъ, единосущнымъ и сопрестольнымъ Духомъ, нынѣ, и всегда, и во вѣки вѣковъ. Аминь. 
 

Источникъ: Избранныя слова Святыхъ Отцевъ въ честь и славу Пресвятой Богородицы. Съ приложеніемъ подобія иконы Божіей Матери Одигитріи, написанной Св. Евангелистомъ Лукою. — Изданіе Русскаго на Аѳонѣ Пантелеимонова Монастыря. — СПб.: Въ Типографіи А. Траншеля, 1868. — С. 70-82. 



Подписка на новости

Последние обновления

События