От редакции «Православного Апологета»

Публикация нами двух наиболее авторитетных документов, дающих церковную оценку имябожию, вызвана поднявшейся очередной волной «критики» Святейшего Синода Всероссийской Церкви и Вселенской Патриархии в осуждении имяславия-имябожничества. Активная защита «культа имени Божия» проводится в книге Преосвященного епископа Венского и Австрийского Илариона (Алфеева) с весьма интригующим и пленяющим именованием «Священная тайна Церкви». Преосвященный Иларион, вслед за основоположниками ереси имябожничества, демонстративно утверждает, игнорируя всю тщательную работу Всероссийской Церкви и Вселенской Патриархии по уничтожению очага новой ереси в начале 20 столетия, что «имя Божие – это Бог». Преосвященный Иларион, дерзновенно перетолковывая учение свмч. Дионисия Ареопагита о Божественных именах, абсолютно необоснованно утверждает, что «ветхозаветный культ имени Божия был полностью воспринят Православной Церковью». Более того, внося путаницу в богословские понятия символ, энергия, знак, личность, объект, поклонение и почитание, и т. д., Преосвященный Иларион делает еще одно еретического характера заключение: «Если в Ветхом Завете объектом богослужебного поклонения было имя Яхве, то в Новом Завете таковым стало имя Отца и Сына и Святого Духа»¹. То что это не ошибка, а развитие и раскрытие Преосвященным Иларионом имябожнической ереси об имени Божием как Боге доказывает и еще более яркая фраза в начале этой же 3-ей главы его книги: «Во многих случаях «имя Божие» является синонимом слова «Бог», и под поклонением имени Божию понимается поклонение Богу». Еще раз укажем на то, что имя Божие не является объектом поклонения, а словесным указанием на Божественную личность, неким словесным знаком и символом неразрывно связанным с Богом.

Ссылки на свм. Дионисия Ареопагита бессмысленны потому, что этот величайший таинник Божественных тайн не высказывает идей имябожников и Преосвященного Илариона. Для свмч. Дионисия Ареопагита имя - это «доступный для нас символ» от которого «по мере сил устремляемся опять к простой и соединенной истине умственных созерцаний»², символ, «разъясняющие Промысл»³.

Прп. Иоанн Дамаскин вслед за свмч. Дионисием Ареопагитом и свт. Григорием Богословом говорит о безымянности Бога в силу Его непостижимости, а также что данные Божественным Откровением имена указывают лишь на Божественные действия: «Божество, будучи непостижимым, непременно будет и безымянно. Итак, не зная существа Его, да не станем отыскивать имени Его существа, ибо имена – годны к показанию дел.... Итак, поколику Бог – непостижим, Он и безымянен». (Точное изложение Православной веры, кн. 1, гл. 12)

Очень важное определение об имени Божием мы находим в ^«Συνόδικος τῆς ὀρθοδοξίας» Константинопольского собора 1351г.: “Тем же, которые мудрствуют и говорят о Божественном имени, что им называется только Божественная сущность, и не исповедуют же согласно богословию святых богодухновенных (Отцов) и благочестивому мудрованию Церкви, что оно налагается не меньше и на божественную энергию, и при этих обстоятельствах вновь почитающим всеми способами одно Божество, Отца, Сына и Святого Духа, считать ли Божеством их сущность или энергию, как этому нас научают божественные тайноводцы, - анафема”⁴. То есть орос этого догматически важного Константинопольского собора 1351г. указывает на то, что имя Божие только называет божественную сущность или не Божественную энергию, а не является ни сущностью ни энергией, то есть не Богом ни Божеством.

Во время разгара имябожнической смуты на Святой Горе известный святогорский старец Каллиник Исихаст сразу распознал тонкость возникшей ереси. В своем слове, которое дошло до Вселенского патриарха, он точно выразил суть имябожнической ереси: “Скуфью почитают, а голову забыли”.

Мы еще раз подчеркнем, что вопрос об учении Церкви о имени Божием был Всероссийской Церковью тщательно и глубоко изучен. Хотя в докладе архиепископа Никона (Рождественского) об имени Божиим приводятся в основном Святые Отцы Каппадокийской школы, но на них же строится учение и всей Церкви, которое продолжается и в творениях прп. Иоанна Дамаскина и свт. Григория Паламы. И все они вполне однозначно учат об имени Божием как словесном указании на Его свойства и энергии.

То есть орос этого догматически важного Константинопольского собора 1351г. указывает на то, что имя Божие только называет божественную сущность или указывает на Божественную энергию, а не является ни сущностью ни энергией, то есть ни Богом ни Божеством.

Во время разгара имябожнической смуты на Святой Горе известный святогорский старец Каллиник Исихаст сразу распознал тонкость возникшей ереси. В своем слове, которое дошло до Вселенского патриарха, он точно выразил суть имябожнической ереси: “Скуфью почитают, а голову забыли”.⁵

Мы еще раз подчеркнем, что вопрос об учении Церкви о имени Божием был Всероссийской Церковью тщательно и глубоко изучен. Хотя в докладе архиепископа Никона (Рождественского) об имени Бога приводятся в основном Святые Отцы Каппадокийской школы, но важно знать, что на них же строится учение и всей Церкви, которое продолжается и в творениях прп. Иоанна Дамаскина и свт. Григория Паламы. И все они вполне однозначно учат об имени Бога как о словесном указании на Его свойства и энергии.